В конце прошлой недели (точнее, в пятницу) ЦБ опубликовал на своем сайте очень интересный документ — «Основные направления развития финансового рынка Российской Федерации на период 2016— 2018 годов». То есть фактически программу. Ее еще только планируют, насколько я понимаю, представить вниманию Федерального собрания и других органов власти. Неизвестно, насколько она будет поправлена по итогам этого представления. Но первое мнение о ней уже сложилось. И оно недоуменное.

Признаюсь, что в последние годы я редко знакомился с перспективными программными документами Банка России. То есть почти совсем не «брал их в руки» — только иногда пробегал по диагонали. Но где-то с 1997 года десять лет подряд от корки и до корки прочитывал основные направления денежно-кредитной политики Банка России — главный и, в общем-то, единственный ориентированный на «внешний мир» плановый документ ЦБ. Всегда там было четкое разделение. Первая часть — «отчетная», с итогами прошедшего года (или, скорее, проходящего — так как документ начинали создавать в первой половине предыдущего года). Во второй части, собственно, речь шла о перспективных планах на будущий год со сценариями развития, макроэкономическими индикаторами и предлагаемыми мерами в части макроэкономической политики и надзорной деятельности. Все основные цифры и главная интрига содержались во второй части, потому что про первую все к моменту ознакомления знали больше, чем авторы в момент написания.

В основных направлениях развития финансового рынка до 2018 года авторы решили не тянуть резину, а сразу брать читателя за рога. То есть брать быка за рога, конечно, а у читателя возбуждать интерес. Потому что уже во вводной части Банк России провозглашает радикальную смену политики. В частности, из-за изменившихся внешнеэкономических условий регулятор декларирует приоритетность «задачи по стимулированию внутреннего инвестора и созданию благоприятных условий для его деятельности на финансовом рынке». И обещает для этого — «в целях создания основ долгосрочного устойчивого развития финансового рынка» — перенести акцент в своей деятельности «с ранее использовавшихся показателей валового роста потребления финансовых сервисов» на «рост степени удовлетворенности потребителей финансовых услуг».

Мне это представляется важным вот почему. Финансовая система России на этапе ее создания, конечно, должна была расти по принципу «чем быстрее, тем лучше». У малого ребенка мало что может так радовать, как быстрый набор веса (не приводящий, конечно, к ожирению). Так и с финансовой (и банковской) системой. Чем больше кредитов, депозитов, активов и капитала — тем лучше для страны. Тем быстрее догоним развитые экономики, получим работающую систему внутреннего инвестирования. Переход от ориентиров на количественные показатели к оценкам удовлетворенности клиентов можно назвать переходом от количества к качеству, выходом на новый уровень. Свидетельством определенной зрелости и того, что критическая масса сформирована. И теперь из нее резцом мастера будет высекаться образцовый международный финансовый центр. Ну да, у нас изначально первоначальная база для роста была так невелика, что это обеспечило многолетнее опережающее развитие. Теперь расти стало сложнее, и пришла пора выработать новые критерии для эффективности.

Красиво? Ну да. Вот только в тех самых «Основных направлениях…» ничего не говорится о том, как ЦБ представляет себе оценку этой самой удовлетворенности. Будут ли привлекаться социологи, или просто станет расширяться функционал, например, сводного экономического департамента, чтобы на основании статистики — социальной и производственной — оценивать удовлетворенность, расчленять ее на составляющие и на основании малых фрагментов делать последующие выводы (квалифицированные суждения) об эффективности функционирования банковской или, скажем, пенсионной системы?

Никаких подсказок или намеков в тексте документа на это нет. Есть только утверждение, что «мощнейшим механизмом» повышения удовлетворенности граждан использованием услуг финансового рынка является «использование обратной связи для вывода с рынка недобросовестных игроков, совершенствования финансовых продуктов и порядка их продажи населению». А препятствующим удовлетворенности фактором является недостаточный уровень финансовой грамотности населения. Но это и так было понятно.

Между тем крайне важно, в каких единицах измерять эту удовлетворенность. Хотя бы для того, чтобы начать измерять. Простор для творчества здесь, конечно, большой. А пока ничего не измеряют, очень не хотелось бы прощаться с обычными количественными ориентирами развития финансового рынка, пусть даже это, как утверждают в Банке России, соответствует международной практике.

Рубли и проценты, как ни крути, привычнее и удобнее, потому что можно не только сказать, что «а» лучше «б», но и насколько. А еще, боюсь, когда в ЦБ скажут, что степень нашей удовлетворенности финансовыми услугами достигла максимума, финансовый рынок потеряет стимул для совершенствования. Судя по новостям из телевизора, ждать этого осталось недолго.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции