У российской экономики появилась новая беда — укрепление рубля. О масштабах проблемы говорит тот факт, что ей посвятили специальное экономическое совещание у президента. Чем же он так опасен, крепкий рубль, который пока все равно вдвое слабее того, что был два с половиной года назад, когда начинался кризис?

В последние два-три месяца рубль перестал ходить ходуном, демонстрируя удивительную и неожиданную для самого Банка России — представители регулятора неоднократно говорили, что не в силах уменьшить волатильность курса, — стабильность. А в последние две-три недели рубль и вовсе начал укрепляться до годовых максимумов. С начала лета курс рубля к доллару менялся в очень незначительных пределах 63—66 за доллар. Чуть сильнее были колебания курса евро, что неудивительно — один Вreхit поначалу навел шороху на все финансовые рынки.

С начала года рубль подорожал к доллару аж на 17%. Причем в последнее время наша валюта укреплялась практически независимо от колебаний мировых цен на нефть. В результате при барреле марки Вrent по 47 долларов «деревянный» стоил дороже, чем когда нефть поднималась выше 50 долларов. Эта тенденция вызвала настоящий шквал заявлений чиновников и экономистов об опасности дальнейшего укрепления национальной валюты, а также спровоцировала специальное совещание у президента.

Вот как видит проблему сам глава государства: «Рубль укрепляется, несмотря на известную ценовую волатильность на сырьевых рынках, и в этой связи нам, конечно, нужно подумать, как и что мы будем делать в ближайшее время в связи с этими факторами». Эту мысль главы государства рынок истолковал как призыв к монетарным властям не допустить дальнейшего резкого укрепления национальной валюты. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков попытался развить рассуждения главы государства, чем только усилил подозрения, что власти сделают все возможное, чтобы в обозримом будущем (если не будет нового резкого роста цен на нефть) доллар не опустился ниже 60 рублей. «В целом, безусловно, укрепление рубля имеет позитивные стороны, с одной точки зрения. С другой точки зрения, это требует каких-то мер в отношении экспортно ориентированных отраслей. Это требует таких тонких настроек, которые нужно заранее продумывать и реализовывать», — сказал Песков журналистам.

Гораздо резче высказался помощник президента по экономике Андрей Белоусов: «Укрепление рубля стало чрезмерным и приводит к замедлению роста российского экспорта… С моей точки зрения, сегодня рубль начинает переукрепляться. Это работает в минус, сокращает доходы бюджета и усиливает бюджетные проблемы. Это снижает конкурентоспособность российской промышленности и сельского хозяйства, обесценивая задачи по импортозамещению. И мы действительно наблюдаем тенденцию замедления роста экспорта».

«То, что рубль должен укрепляться, — это вполне объективно, потому что цены на нефть благоприятные, экспорт растет, отток капитала сокращается. Но сильное укрепление тормознет, естественно, импортозамещение», — вторит Белоусову заместитель председателя правления Внешэкономбанка Андрей Клепач. По его оценкам, «изменение курса рубля на один рубль к доллару в сторону укрепления — это потери 150—160 миллиардов рублей для федерального бюджета в год».

Андрей Белоусов обозначил главную опасность сильного рубля с предельной откровенностью — резкое сокращение доходов бюджета. Бюджет 2016 года сверстан исходя из среднегодового курса 67,2 рубля за доллар. При этом формально средний курс с начала года по 20 июля все еще выше этого уровня — 69,5 рубля за доллар. Однако, если считать с начала II квартала, этот курс составляет уже 65,4 рубля за доллар. А с середины июня доллар в среднем стоил дешевле 65 рублей.

При этом дефицит федерального бюджета за первое полугодие, по данным Министерства финансов, составил 1,514 трлн рублей, или 4% ВВП. Хотя это меньше показателя 4,6% ВВП за пять месяцев этого года, но значительно выше заложенного в действующий бюджет показателя 3% ВВП. При таких раскладах у государства не только не будет денег на вторую индексацию пенсий, хотя даже она не покроет реальную годовую инфляцию. (Притом что государство ранее обещало индексировать ежегодно пенсии и пособия именно на размер реальной инфляции, а в 2015 году уже не выполнило свое обещание). Могут возникнуть проблемы просто с выплатой текущих зарплат и пенсий гражданам. Не говоря уже о финансировании социальной сферы.

Причем изменения в бюджете происходят действительно драматические. Добыча нефти в России в первом полугодии 2016 года, включая газовый конденсат, увеличилась на 2,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — до 272 млн тонн, следует из данных Росстата. При этом доходы России от экспорта нефти, по данным Федеральной таможенной службы, по итогам I квартала сократились на 38% в годовом выражении и составили 14,09 млрд долларов — минимальный показатель с 2004 года. Поскольку российский бюджет исполняется в рублях, а мировые цены энергоносителей номинируются в долларах, резкое укрепление национальной валюты автоматически делает главные источники доходов казны дешевле в рублевом эквиваленте.

Положительное сальдо платежного баланса России в первом полугодии 2016 года составило всего 15,9 млрд долларов, сократившись в 2,92 раза по сравнению с январем — июнем прошлого года. Притом что в 2015 году по сравнению с 2014-м оно уже упало почти на четверть. Именно положительное сальдо торгового баланса помогало России продержаться в кризис на фоне снижающихся беспрерывно с октября 2014 года реальных доходов населения, резкого сжатия внешней торговли и падения ВВП. Никакие запасы ликвидности в банках не помогут экономике, если у людей не будет денег, чтобы отдавать кредиты, а у государства — чтобы финансировать свои бюджетные обязательства. Конечно, рубли можно напечатать, в том числе и «вертолетные» — прямо в бюджет для финансирования дефицита. Только это при отсутствии роста экономики (а у нас главные поставщики рабочих мест и денег в казну — крупные сырьевые компании, доходы которых при относительно сильном рубле и относительно дешевой нефти резко падают) вызовет лишь рост инфляции.

Конечно, нам с вами кажется, что если доллар опять будет стоить хотя бы 50 рублей, не говоря уже о докризисных 32, то мы снова заживем в условиях потребительского и кредитного бума «безмятежно счастливого» 2013 года (хотя масштабный спад инвестиций и почти нулевой экономический рост были уже тогда). Но не все так просто. Одно дело, когда доллар стоит 50 рублей при экономическом росте и нефти по 70 за баррель, и совсем другое — когда экономика все еще в минусе, а за баррель нефти не дают и 50 долларов. Когда деньги кончаются у государства, они автоматически кончаются у всех бюджетников. А при отсутствии экономического роста — еще и у частного сектора. Вот и приходится властям спешно искать новый баланс между курсом рубля, доходами населения, выручкой экспортеров, интересами бюджета и возможностью экономического роста в условиях, когда Россия продолжает оставаться под санкциями.

У экономических кризисов нет дна. Всегда можно упасть еще ниже. Но даже когда дно вроде бы нащупано и вы начинаете подниматься, делать это приходится осторожно, чтобы вас не разорвало на части от декомпрессии.