Китайское правительство остается верным выбранному курсу на мягкую девальвацию юаня, что и было в очередной раз продемонстрировано в последний понедельник лета, 29 августа. Девальвация в 0,55% по меркам других валют развивающихся рынков — это совсем немного, поэтому почти никакой реакции на международных финансовых рынках, кроме небольшого роста акций крупнейших китайских компаний и резкого подъема японского индекса Nikkei, не последовало.

Снижение курсовой стоимости китайской национальной валюты преследовало три основные цели, которые ЦБ Китая озвучил еще за неделю до девальвации. Во-первых, это снижение затрат на поддержание курса юаня, которые, по мнению китайского руководства, при повышении ставок ФРС могут возрасти многократно. Во-вторых, это очередная попытка максимально сблизить офшорный и материковый валютные рынки страны и таким образом сделать их как можно прозрачнее и стимулировать приток внешних инвестиций. И наконец, третье — убедить иностранных инвесторов в том, что «беспорядочное падение» юаня невозможно — его девальвация жестко контролируется властями. Рублю же это действие пока принесло неожиданное падение на фоне укрепления цен на нефть. Это падение имеет все шансы продолжиться при дальнейшем снижении курса юаня.

Надо сказать, российские трейдеры приняли немедленные меры для возможного хеджирования рисков от девальвации. 24 и 25 августа, как перед выступлением главы ФРС Джанет Йеллен и после него, объем торгов с участием юаня и рубля на Московской валютной бирже подскочил вдвое: с обычных 200 млн рублей до более чем 400 млн. 24 августа валюту в основном покупали, 25 августа в основном продавали. В результате средневзвешенный курс рубля к юаню на Московской бирже фактически не изменился и колеблется в районе 9,7 рубля за юань, в то время как на Шанхайской и Гонконгской биржах рубль несколько подорожал относительно китайской валюты. Однако это укрепление весьма временное и, скорее всего, никак на поведении рубля относительно мировых валют, не скажется.

В конце июня Банк Китая разрешил иностранным компаниям торговать своими акциями на биржах Шанхая и Шеньчженя посредством китайских депозитарных расписок. Но на данный момент объем этих торгов с участием российских компаний ничтожно мал — всего несколько миллионов юаней, и за два последних месяца он существенно не вырос. Стало быть, ждать, что успехи российских компаний на китайских биржах окажут хоть какую-то поддержку рублю в моменты девальвации китайской валюты, в обозримый год бессмысленно.

А вот ожидание снижения рубля на фоне девальвации юаня — это уже фактически аксиома. Более того, высока вероятность, что этот фактор уже в ближайшем будущем может стать значительно важнее для курсовой стоимости рубля, чем даже цены на нефть. Доля Китая в российском экспорте увеличивается (хотя само сальдо торгового баланса снижается: по последним данным, Россия занимает третье место по экспорту нефти в Поднебесную, периодически оспаривая второе у Саудовской Аравии, а разрыв с лидером нефтяных поставок в Китай Анголой составляет почти полмиллиона баррелей в месяц). Доля импорта из Китая в Россию к концу лета перевалила за 30%, это самый высокий показатель за всю историю взаимоотношений двух держав. Получается, что вроде бы экспорт и в России, и в Китае падает, а взаимное проникновение экономик растет. Именно этот фактор и делает рубль все большим заложником поведения юаня.

Впрочем, есть два возможных сценария. Первый, наиболее вероятный — правительство Китая продолжит плавно девальвировать юань, при этом время от времени затрачивая гигантские суммы из резервов на поддержание этой плавности и попутно поддерживая текущую ликвидность китайских банков (скажем, в последнюю неделю августа Центробанк Китая потратил 60 млрд долларов на поддержание текущей ликвидности банковской системы). Такой сценарий хорош тем, что по косвенным признакам всегда можно будет понять, собирается руководство Поднебесной снижать курс юаня в очередной раз или нет. Плох он тем, что снижение курса юаня на 0,5% «опускает» рубль почти на 1,5% в течение двух последующих месяцев. Второй — это снизить учетные ставки и как-то либерализовать требования по достаточности капитала. Второй сценарий хорош тем, что в краткосрочной перспективе он наверняка отразится на юане самым положительным образом. Плох же тем, что в среднесрочной перспективе он приведет к разгону инфляции и соответствующему снижению курса юаня.

Пока китайское руководство следует первому сценарию, а значит, девальвация будет продолжаться. Пока юань подешевел к мировым валютам почти на 3% с начала года. Если темпы девальвации сохранятся, у китайской валюты есть все шансы к декабрю 2016 года стоить на 5% меньше, чем в январе.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции