Деньги — как мед. Тоже предмет очень странный. Даже когда кажется, что их нет и не должно быть, откуда-то берутся. И на новые кредиты, и наоборот.

Сюрреализм какой-то. Премьер большой страны утверждает, что надо держаться, потому что денег нет. Какое-то количество министров ему вторит. Да. В смысле нет. И взяться неоткуда. Инвестиций нет, промышленность стоит, сокращение реальных доходов населения происходит. Радужные прогнозы выглядят особенно дико. А новости, которые выходят в стране премьера и его министров, утверждают обратное.

Пожалуйста, например. Приставы взыскали с должников 20,3 млрд рублей с января по сентябрь 2016 года. По 2,2 млрд в месяц примерно. Это как если бы каждый экономически активный россиянин с каждой зарплаты скидывал бы по 31 рублю каждый месяц. Такой налог на неаккуратных плательщиков. Или как если бы вообще все платили в месяц по 15 рублей. В прошлом году, говорят приставы, в это же время сборы были в два раза меньше. И не то чтобы у людей появились-таки деньги, а просто отнимают права, не пускают за границу, вносят данные в кредитную историю. И вот сидишь и думаешь. За воду у человека нет денег долг заплатить. А на Мальорку поехать отдыхать, получается, есть?

Или второй пример. Индекс кредитного здоровья второй квартал подряд вверх ползет, сообщает Национальное бюро кредитных историй. Тоже не ахти какой рекорд — всего-то 91 балл в среднем по стране. Но это значит, что «плохих» кредитов в общей массе становится меньше. За счет чего? Неужели и тут у кого-то права отобрали, и он поспешил в банк, чтобы вернуть их? Скорее всего, нет. Как сидел на безнадежной просрочке человек, так, вероятно, и сидит, ожидая кредитной амнистии или того, что… я не знаю, банки в стране запретят. Это намек на то, что новых кредитов стало больше.

Да ну не может быть! Министры-то все за сокращение реальных доходов населения с экрана бубнят. Но нет, правда, так и есть.

ОКБ пишет: меньше стали выдавать только той самой, поддерживаемой и передерживаемой государством ипотеки. А всех остальных кредитов, действительно, стало больше. Или в штуках, или в объемах, или по среднему кредиту на заемщика, или во всем вместе.

Кредитов наличными в штуках стало за год больше на 2%, по объемам — на 22%, средний размер вырос с 93 тыс. до 111 тыс. рублей. Автокредиты добавили 2% и 16% соответственно, средний размер вырос с 675 тыс. до 770 тыс. рублей. Кредиток стало меньше на 15%, но объемы одобренных лимитов выросли на 58%, и средний теперь не 31 тыс., как раньше, а 57 тыс. рублей.

И вот как это оценить? Как пир во время чумы не получается. Не такая уж вокруг чума для тех, кто помнит 1992 год (а большинство сегодняшних заемщиков помнит). И уж тем более никакой не пир. Чего там и напируешь-то на 111 тыс. рублей потреба.

Может, это граничащий с легким помешательством безотчетный оптимизм? Тоже вряд ли. Не та мы нация, чтобы слепить окружающих жизнелюбием и нести позитивное мировоззрение.

Скорее, тут «жизнь продолжается» и это наше вечное «авось». Не случится худшего, да как-нибудь и справимся. Чай, не первый раз. И далее по тексту. Тем более что в 85 случаев из 100 все равно же никакой заграницы не светит. И в скольких-то еще прав нет. И на кредитную историю все равно.

Взять кредит — дело нехитрое. Даже сейчас. Гораздо хитрее отдать его вовремя, со всеми кредитору причитающимися великими барышами. И я за то, чтобы получилось. Но просто и так уже у многих «краешек». Не разумнее ли немного погодить? Кажется, что разумнее.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции