Почему снижение цен — это зло, разрушающее экономику?

Инфляция в России стремительно снижается: в октябре 2016-го годовая инфляция составила 6,1%, тогда как в октябре 2015-го она составляла 15,6%. ЦБ установил цель по инфляции на конец 2017 года на уровне 4%.

Снижение темпа роста цен радует. Но основная причина этого процесса — падение реальных располагаемых доходов населения — радости не вызывает. В октябре годовое сокращение этого показателя составило 5,9%.

С таким темпом снижения инфляции может произойти «перелет» — возникает угроза дефляции. Эта угроза тем более реалистична, что в ряде стран дефляция уже возникла. В октябре в Италии, Швейцарии и Польше уровень дефляции составил 0,2%, в Греции — 0,5%, в Болгарии — 0,6%, в Чаде — 5%. Причем дефляция возникла и в ряде бывших республик СССР: в Грузии и Киргизии — 0,2%, в Армении — 0,9%.

В интервью журналу Forbes глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина сказала: «Массовая дефляция вредна: она снижает стимулы для инвестирования, и, чтобы ее избежать в широком спектре секторов, уровень инфляции должен составлять около 4%».

Почему дефляция снижает стимулы для инвестирования? Потому что дефляция снижает спрос. Если завтра можно купить товар дешевле, чем сегодня, почему бы не отложить покупку? Поэтому дефляция дестимулирует производство и способствует сокращению инвестиций. Производители перестают создавать новые производственные мощности из-за падения цен на их товары.

Один из возможных механизмов возникновения дефляции таков: снижение реальных располагаемых доходов населения ведет к снижению спроса, что в свою очередь приводит к снижению цен. Дефляция снижает спрос и тем самым способствует дальнейшему снижению цен. Так раскручивается дефляционная спираль. Это пример положительной обратной связи, способствующей дестабилизации системы, снижающей ее устойчивость.

Разумеется, у этого процесса есть естественное ограничение: вслед за снижением спроса происходит снижение предложения — производство сокращается. Что способствует росту цен. По этой причине мы не наблюдаем «галопирующей» и тем более «гипердефляции».

При дефляции на рынке могут возникать отрицательные процентные ставки. Такой «противоестественный» уровень ставок установился, например, в Швейцарии, где Национальный банк Швейцарии установил целевой диапазон (target range) по трехмесячному LIBOR в швейцарских франках от минус 1,25% до минус 0,25%. Если процентные ставки отрицательны, это означает, что, размещая депозит в банке, вы будете платить проценты банку, а не банк — вам. И напротив: если удастся взять кредит под отрицательную ставку процента, то проценты по кредиту будете получать вы, а не банк. Если инфляция — это налог на население, то дефляция — это субсидия. Понятно, что отрицательные процентные ставки не вызывают особого энтузиазма у вкладчиков. Им выгоднее держать наличные, например, в сейфе, чем платить банку проценты за размещение депозитов.

Почему ЦБ РФ таргетирует такой высокий уровень инфляции — 4%? Например, ФРС США установила цель в 2%, и многие центральные банки придерживаются этой цели. Банк России остерегается бифляции — сосуществования инфляции и дефляции. Чем ниже инфляция, тем более вероятна дефляция по отдельным товарам. Кроме того, чем ниже инфляция, тем сложнее монетарным властям воздействовать на экономику. Ведь если нужно придать позитивный импульс экономике, то снижать ключевую ставку, которая и так уже вблизи нуля, придется в опасную отрицательную зону. Чем ниже инфляция, тем сложнее монетарным властям управлять экономикой.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции