Татьяна Парамонова: «Красен банк не рублями, а извилинами»

Татьяна Парамонова: «Красен банк не рублями, а извилинами»

2231

Банк России в течение 2003—2004 годов организовал за свой счет обучение более пяти тысяч специалистов теоретическим основам и практическим навыкам применения МСФО при составлении финансовой отчетности. Пошла ли учеба впрок? На этот и на многие другие вопросы в интервью «Национальному банковскому журналу» ответила первый зампред Центробанка Татьяна ПАРАМОНОВА.

В профессиональной среде финансовых экспертов нет недостатка в пессимистических настроениях. К примеру, недавно группа аналитиков инвестиционных банков обратилась с письмом к Правительству Российской Федерации, в котором бюджетная политика государства характеризовалась как рискованная. Более того, авторы обращения не исключают возможности повторения дефолта 1998 г. Татьяна Владимировна, возможен ли еще один дефолт?

На мой взгляд, в стране сегодня хорошая макроэкономическая ситуация, что связано, в том числе, и с мировой конъюнктурой, высокими ценами на нефть и на ряд других российских сырьевых товаров.

С этой стороны нет объективных предпосылок для ухудшения экономической ситуации в России. В то же время многое зависит от того, насколько правильно обозначены макроэкономические цели и средства их достижения, насколько правильно используются все имеющиеся ресурсы.

На вопрос, какова основная проблема банковской системы России, большинство отвечает одно и то же: проблема доверия.

1998 год был самым тяжелым периодом в истории российского банковского сектора. Но принятые Правительством Российской Федерации и Банком России меры позволили довольно быстро восстановить доверие. Может быть, и года не прошло с момента кризиса, как объем средств, привлекаемых банками, в том числе вкладов населения, стал увеличиваться.

Что касается доверия к Сберегательному банку, в котором Банку России принадлежит основная доля в капитале, то оно сохранялось даже во время кризиса.

Но Сбербанк всегда воспринимался как ипостась государства. А как насчет других коммерческих банков?

Доверие к коммерческим банкам различно и зависит во многом от уровня профессионализма, прежде всего, руководства. На мой взгляд, ситуация в банковском секторе и доверие к банкам сейчас очень дифференцированы.

Есть банки, их около ста, где уровень менеджмента, уровень достаточности капитала полностью отвечают современным требованиям. Такие банки приспосабливаемы к современным условиям, хорошо понимают суть бизнеса, поэтому им доверяют клиенты.

Есть другая группа банков, достаточно многочисленная, которой доверяют в меньшей степени. Это вызвано недостаточным пониманием руководителями перспектив своего бизнеса. Руководство этих банков, может быть, и хотело бы развивать бизнес, но какието объективные обстоятельства не дают им это делать, что не лучшим образом сказывается на доверии к ним со стороны клиентов и других банков.

И есть, наконец, третья группа банков, руководство которых не имеет ясного представления о перспективах своего бизнеса и не обеспокоено поисками достойного места банка в будущем экономическом пространстве. Это, как правило, небольшие банки, которые имеют низкий капитал по международным стандартам. Конечно, доверие к ним не повысится до тех пор, пока их руководство не осознает свою ответственность перед клиентами и не предпримет соответствующих мер.

Но это уже не экономическая категория…

Я думаю, что впоследствии и эти банки поймут, что нет бизнеса без ответственности. Кстати, доверие к банкам — категория вполне экономическая. Как можно оценить надежность банка по российским стандартам? Уровень капитала, на мой взгляд, по российским стандартам не полностью отражает реальное положение дел. Более тысячи российских банков имеют достаточный уровень капитала. А все ли они пользуются доверием?

Или взять еще один важный показатель. Прибыль, рассчитанная по российским стандартам и по международным, в целом по банковскому сектору разнится более чем на 20%. Поэтому, анализируя только российскую отчетность, зачастую инвесторы, клиенты не всегда могут понять, к какому сегменту банковского сообщества на самом деле принадлежит банк.

Значит, доверие во многом зависит и от отчетности, составляемой банком?

Для того чтобы получить более объективную картину о положении дел в банке, нужно посмотреть не только его отчет по российским стандартам, но и отчет по международным стандартам, который более информативен с экономической точки зрения.

Кстати…

Выступая на заседании Всемирного экономического форума в Москве, Татьяна Парамонова заявила: «Сохранять банки, в том числе в системе страхования, не имеющие необходимого капитала по МСФО, — это риск». Таким банкам она предложила «красивый способ самостоятельного ухода из бизнеса».

Комментарии* последовали незамедлительно.

Алексей Мамонтов, президент Московской международной валютной ассоциации: «Проблему с банковской системой и системой страхования вкладов можно решить радикально, оставив только три банка: Сбербанк, Внешторгбанк и Банк России».

Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков: «Я считаю, что это заявление Татьяны Парамоновой само по себе и есть риск для банковской системы

*Из российской прессы

Ряд российских банков публикуют финансовую отчетность по МСФО, что позволяет их контрагентам определить, как на самом деле сопряжены показатели деятельности по российским и международным стандартам.

Многие банки этого пока не делают по разным причинам, поэтому отношение к ним внутренних и внешних инвесторов, клиентов бывает более осторожным.

И все-таки я не могу сказать, что доверие к банковскому сектору полностью восстановлено. Можно доверять только тогда, когда ты уверен, что в этом банке все в порядке: профессиональное руководство, объективная отчетность, отлаженная и действенная система внутреннего контроля. Только тогда можно быть уверенным: да, у меня есть внутреннее доверие к этому банку.

Мы столкнулись с сопротивлением части российских банков

2005 год можно считать годом перехода нашей банковской системы на международную отчетность. Работа по внедрению международных стандартов финансовой отчетности в российскую банковскую практику была начата Банком России еще в 1992 г. В 1993 г. Банком России была издана Инструкция № 17 — «Временная инструкция по составлению общей финансовой отчетности коммерческими банками», которая определила для банков базовые, фундаментальные понятия, применяемые в международных стандартах финансовой отчетности, и первые шаги по реализации их на практике. Многих понятий в российской экономической литературе вообще не существовало. Наша цель была — привнести эти стандарты в банковское сообщество и обучить банкиров.

В чем смысл?

Смысл в том, что параллельно с российским отчетом подготавливалась финансовая отчетность, при составлении которой применялись подходы, используемые в международной практике. Постепенно такая отчетность модифицировалась.

В 1998 г., после кризиса, мировое финансовое сообщество осознало, что вялотекущая работа по внедрению международных стандартов финансовой отчетности требует существенного ускорения.

Почему это важно?

Финансовый кризис 1998 г., имевший разрушительные последствия для экономики страны, еще раз наглядно подтвердил необходимость активизации работы в этом направлении. Анализ ситуации показал, что те компании, банки, которые по собственной инициативе осуществляли подготовку финансовой отчетности в соответствии с МСФО, смогли на основе ее анализа выявить слабые места в тактике и методах управления, сделать правильные выводы и принять необходимые меры, позволившие в самое тяжелое время сохранить свой бизнес.

Кризис подорвал доверие не только к финансовому сектору, но и к стране в целом. Поэтому, по рекомендации Международного валютного фонда, заемщиком которого была Россия, Банк России подготовил собственную финансовую отчетность по международным стандартам для внутреннего ее использования.

С тех пор Банк России ежегодно составляет такую финансовую отчетность, которая подтверждается международными аудиторскими организациями. В 1998 г. Банк России начал работу по переводу всего российского банковского сектора на международные стандарты финансовой отчетности, которые к тому времени были существенно модифицированы.

Как поначалу реагировали банки?

Мы столкнулись с непониманием того, что отчетность нужна самим коммерческим банкам, а не Банку России, и даже с сопротивлением со стороны некоторых российских банков и аудиторских организаций. В основном это банки, у которых не было корреспондентских отношений с западными коллегами. Распространялось мнение о том, что Центральный банк искусственно насаждает международную финансовую отчетность. Многие не понимали цели внедрения МСФО — сохранение банковского сектора и его дальнейшее интенсивное развитие. Добиться этого можно, лишь работая в координатах международных стандартов.

Дерево посадить, банковскую систему вырастить… Жизнь удалась!

В чем выражалось сопротивление?

В публикациях в прессе. Банки действовали либо напрямую, либо через ассоциации. Даже некоторые аудиторские организации публично выражали недовольство политикой Банка России в данном вопросе.

Банк России провел большую работу по разъяснению целей внедрения международных стандартов финансовой отчетности. Было организовано совещание для первых лиц всех российских банков, на котором присутствовали почти все, в том числе и руководители банков с иностранным участием в капитале.

Наверное, Банк России — единственный центральный банк в мире, который за свой счет обучил большое количество руководителей, главных бухгалтеров, внутренних аудиторов коммерческих банков. Мы хорошо понимали: банки не станут тратить собственные деньги на обучение, либо будут обучаться, где подешевле, что не обеспечит должного уровня профессионализма при подготовке финансовой отчетности в соответствии с МСФО.

На ваш взгляд, что удалось заложить Банку России в головы наших банкиров?

То, что отчетность по международным стандартам — не чисто бухгалтерская работа. Это современный, новый метод ведения бизнеса. В этом суть! И тот, кто эти стандарты осваивает, тот понимает, как ведется современный бизнес в развитых рыночных странах.

Состоялся ли ваш проект?

Да, наш проект полностью удался. Практически все российские банки — 99,8% — составили такую отчетность за девять месяцев 2004 г. Порядка тысячи банков впервые. Около двухсот пятидесяти, в основном крупные банки, делали это и раньше.

Каковы предварительные итоги?

Многие банки довольно объективно оценили свое финансовое состояние. По международным стандартам их показатели значительно отличаются от российских. Причем выявились две тенденции. У ряда банков результаты были лучше, чем по российским стандартам, а у довольно значительной группы — существенно ниже. Но это предварительные данные. Мы сейчас будем анализировать показатели за год.

В новой отчетности появилось понятие «профессиональное суждение».

Да, профессиональное суждение становится элементом отчетности. Есть профессиональные стандарты. Вы не можете быть нечестным, не можете не знать основных требований к профессии, к составлению той или иной отчетности, не можете поставить подпись под неправильным документом. Вы должны обосновать то или иное решение. Это и называется профессиональным мнением.

Есть надежда, что мы доживем до того, что у нас появятся в большом количестве честные профессионалы, чье суждение будет объективным?

Могу сказать только одно: совершенно очевидно, что профессиональное суждение базируется на знаниях и на объективности, а не на субъективности. То есть вы обязаны, если знаете, что этот актив оценивается по рыночной оценке, сделать это по рыночной оценке. Если вы видите, что этот заемщик плохой, вы должны профессионально оценить степень риска. Этот элемент совершенно новый для нашей практики вообще и для банковской в частности. И мы потратили много сил для разъяснения его в банковском сообществе.

Долго ли будут существовать два параллельных отчета?

Как правило, в настоящее время страны не отказываются от национальных стандартов учета. Когда говорят об отмене российского учета, то надо понимать, что существует различие между понятиями «учет» и «отчетность». Речь идет о том, отказаться ли от национального бухгалтерского учета вообще и перейти к какой-то другой системе учета, более близкой для составления финансовой отчетности в соответствии с МСФО. Или составлять международную финансовую отчетность путем корректировок, как мы делаем сейчас, базируясь на российском бухгалтерском учете с применением профессионального суждения.

На самом деле, международных стандартов бухгалтерского учета не существует, а существуют международные принципы бухгалтерского учета и международные стандарты финансовой отчетности. В течение нескольких лет Банк России приближает российский бухгалтерский учет в кредитных организациях к международным принципам бухгалтерского учета.

Банки жалуются: с переходом на МСФО у них прибавилось работы. В смысле, бумажной.

Я еще раз хочу повторить относительно этого, что отчетность, приближенная к международной, составляется банками с 1993 г.

МСФО тесно связаны с переходом нашей банковской системы на рельсы новых базельских соглашений. Банкам будет еще сложнее?

«Базель II» действительно еще более сложная система. Она отличается от МСФО тем, что оценивает не те риски, которые есть на данный момент, а те, которые могут возникнуть в будущем. МСФО фиксирует уже полученные финансовые результаты за определенный период, а «Базель II» — это будущие риски. Международная отчетность является основой для внедрения в российскую банковскую практику принципов «Базеля II». Эта работа для наших банков, на мой взгляд, вполне по силам, но только все нужно объяснить, продумать. Есть разные точки зрения на этот счет.

Моя точка зрения такова: крупнейшие или крупные российские банки, те, кто хочет оставаться на международных рынках, бесспорно, должны переходить на «Базель II», и как можно скорее. Для этого необходимо начинать работу, связанную с применением тех методов оценки рисков, которые предполагает «Базель II», включая операционные.

Международных стандартов учета нет — есть международные стандарты отчетности

У нас есть передовые банки, которые уже начали работу по внедрению «Базеля II». Подготовительную работу по переходу на базельские стандарты надо начинать и всем другим банкам. Почему это важно? Потому что сейчас, в годы активной глобализации всех финансовых процессов, очень быстро меняются подходы, риски, технологии, и на эти перемены необходимо очень быстро реагировать, чтобы сохраниться в бизнесе.

По моему мнению, важен не только капитал, а и хорошее управление. Тот руководитель, который видит стратегию развития, включая макроэкономическую среду и свое позиционирование, видит и внедряет передовые технологии, — всегда будет в выигрыше. Достаточность капитала определяется не только величиной средств, а и умением управлять рисками. В этом смысле важна интеллектуальная работа, интеллектуальный потенциал руководства и менеджмента, который управляет бизнесом. В современном мире это совершенно четко прослеживается.

Как много надо предвидеть нашим банкирам, чтобы не оказаться в хвосте исторического обоза! К примеру, объявлено, что с 1 января 2007 г. мы переходим к полной конвертируемости рубля. А банки готовы к этому?

Переход к полной конвертируемости рубля предполагает отказ от ограничений по счету текущих и капитальных операций, которых у нас уже сейчас осталось мало. Вопрос в другом — насколько адекватен процесс перемещения безналичных рублей требованиям международного бизнеса.

На международных рынках оперируют очень крупные инвесторы. Они играют на курсовых соотношениях, на разнице во времени, на видах и типах ценных бумаг, рынка. Поэтому для них очень важно, чтобы порядок совершения платежей соответствовал их действиям. Недаром страны, которые имеют свободно конвертируемую валюту, располагают системой платежей в режиме реального времени.

С этой точки зрения, нам есть над чем трудиться, и в настоящее время соответствующая работа Банком России проводится.

Досье

Татьяна ПАРАМОНОВА — первый заместитель председателя Центрального банка Российской Федерации (Банк России), член совета директоров Банка России. Окончила Московский институт народного хозяйства им. Г. В. Плеханова по специальности «Финансы и кредит». Около 30 лет работает в Центральном банке РФ (до 1992 г. — Государственный банк СССР), в том числе на руководящих постах свыше 20 лет.

Кандидат экономических наук. Почетный доктор наук Российской экономической академии им. Г. В. Плеханова. Автор многочисленных публикаций по банковской тематике. Заслуженный экономист Российской Федерации. Награждена орденом Почета.

Андрей ЧЕРЕПАНОВ