Александр Долгополов: «Гонка ставок» ничего хорошего никому не даст»
Фото: Пресс-служба банка «Возрождение»

Александр Долгополов: «Гонка ставок» ничего хорошего никому не даст»

3129

Привлекая средства населения по высоким ставкам, российские банки работают на грани безубыточности, если уже не за гранью. Размещать эти деньги в таких объемах сейчас на рынке просто негде. «Балуя» клиентов подобной доходностью по депозитам, кредитные организации отвлекают внимание вкладчиков от такого важного показателя финансового института, как его надежность. Об этом в интервью Банки.ру заявил заместитель председателя правления банка «Возрождение» Александр ДОЛГОПОЛОВ.

— Какие коррективы банк внес в стратегию розничного бизнеса из-за кризиса?

— Наша розничная стратегия принципиально не менялась. Скорее, мы немного сместили акценты. Сейчас самое главное для нас — привлекать ресурсы населения. С этой целью мы проводим различные акции для клиентов, расширяем продуктовую линейку. Мы полностью решили проблему возврата тех средств частных вкладчиков, отток которых наблюдался в конце прошлого года. Тем не менее ситуация на рынке по-прежнему нестабильна, так что приходится бороться за свою долю в сегменте розничных депозитов.

— Банк «Возрождение» всегда отличался консервативной политикой, у вас никогда не было самых больших процентов по депозитам. Как вы конкурируете с теми банками, которые предлагают 17—18% годовых и выше?

— По нашему новому летнему вкладу максимальная доходность −13,85%. У нас есть продукты и с более высокими ставками, но 17—18% годовых мы не предлагаем.

Я считаю, эта «гонка ставок» ничего хорошего никому не даст: ни банковскому сообществу, ни клиентам, желающим правильно ориентироваться на рынке. Сейчас привлечение ресурсов по такой стоимости находится на грани безубыточности, если уже не за этой гранью. Полученные в таких объемах средства населения в настоящее время просто негде размещать. Более того, их опасно размещать в подобных масштабах. Рынка ценных бумаг сегодня, по сути, нет, кредитов выдается гораздо меньше, чем еще год назад. Мы видим, что существенно сократилось число заявок на кредиты.

По моему мнению, сейчас ставки по вкладам в 17—18% годовых абсолютно не оправданны, причем некоторые участники рынка обещают и более высокую доходность — 20% и выше.

— Тем не менее такие ставки позволяют банкам быстро нарастить портфель и занять свою долю на рынке…

— Столь большими ставками интересуются в основном вкладчики, не очень хорошо разбирающиеся в специфике рынка банковских услуг. Ведь за высокими ставками могут скрываться высокие риски. Можно предположить, что при таких ставках идет битва за привлечение ресурсов в те кредитные организации, которые пытаются подобными методами решить свои проблемы, например, с ликвидностью.

Я думаю, более опытные клиенты оценивают не только ставку, но и надежность банка, удобство вкладов. Это особенно актуально сейчас, в условиях нестабильности рынка.

Наши ставки по вкладам и те депозитные продукты, которые мы предлагаем, ориентированы на людей, которые серьезно относятся к своим финансам и пытаются соизмерять доходность с рисками. Во время всех финансовых кризисов мы сознательно не вводили никаких ограничений на досрочное снятие средств со вкладов. Напротив, обеспечивали ликвидность в кассах и банкоматах, чтобы не было технических проблем с выдачей средств гражданам.

— Вы считаете, что таким образом приобретается лояльность клиентов?

— За этим стоит более глубокая философия, которую исповедует глава нашего банка Дмитрий Орлов, — деньги клиентам нужно всегда возвращать беспрепятственно. И то, что мы придерживаемся такой позиции, приносит свои результаты — клиенты очень быстро вернули в банк средства, которые забрали со вкладов на пике кризиса в конце прошлого года. Наши вкладчики не сталкивались ни с какими трудностями при снятии денег и, видя, что банк исправно работает, впоследствии возвращали их на депозиты.

— Какая сейчас динамика по частным вкладам?

— В первые три месяца года ситуация на рынке розничных депозитов была неопределенной. Затем она стабилизировалась, и уже в мае-июне прирост объема вкладов в нашем банке существенно опережал докризисную динамику. Очень важна рублевая составляющая в общем объеме привлеченных средств. Рублевые вклады с начала мая приросли более чем на 7% (1,8 миллиарда рублей), их доля в розничных депозитах составляет 57%. Только в июне депозиты вкладчиков увеличились на 1,2 миллиарда рублей. Объем вкладов частных лиц на 1 июля превысил 44 миллиарда, а всего средства населения составили 55,8 миллиарда.

— Недавно Сбербанк понизил ставки по вкладам. Планируете ли и вы их менять?

— Ставки Сбербанка, конечно, служат индикатором на рынке, но далеко не единственным. И я не считаю, что наши ставки настолько высоки, что мы должны автоматически равняться на крупнейший банк и снижать их. А дальше посмотрим.

— Насколько важно для банка сейчас кредитовать население?

— Мы не останавливали ни одну из кредитных программ, продолжаем выдавать в том числе и ипотечные кредиты (выдаем только по стандартам АИЖК). Приостановлено лишь предоставление займов на индивидуальное строительство и на покупку квартир в строящихся домах.

Условия кредитования розничных клиентов мы скорректировали достаточно давно — уже с осени 2007 года. Учитывая неблагоприятную экономическую конъюнктуру, мы намеренно продолжили сдерживать рост нашего портфеля в 2008-м, а когда произошли сентябрьские события, выдача кредитов сократилась еще значительнее. У нас происходит сжатие портфеля. Дело в том, что ежемесячно гасятся часть основного долга и проценты примерно на сумму 400—500 миллионов рублей, а объем предоставления новых кредитов существенно меньше. Мы не форсируем кредитование, потому что полагаем, что сейчас не лучшее время для развития этого направления бизнеса. Ведь существует большая неопределенность в том, что будет на рынке в ближайшие месяцы.

— Часто приходится реструктурировать кредиты?

— Мы работаем как по собственным программам реструктуризации, так и в роли агента АРИЖК. Что касается взаимодействия с агентством, то через нас прошло не очень много заявок, положительные решения были приняты по 9—10 заемщикам. Большая часть — это клиенты других банков.

Иногда мы идем на реструктуризацию по своим программам, не только по ипотеке, но и по другим кредитным продуктам. Если видим, что никаких шансов на возврат кредита нет, обращаемся в суд. Если существует вероятность восстановления платежеспособности заемщика, мы идем на облегчение условий по выплатам, в частности можем предложить сокращение платежей наполовину, и максимум через полгода клиент должен войти в обычный график погашения. Всего мы реструктурировали кредитов на сумму около 150 миллионов рублей при совокупном кредитном портфеле в 17 миллиардов рублей на 1 июля. Я уверен, что это часть портфеля хорошего качества.

— Какой уровень просрочки у «Возрождения»?

— По этому показателю мы отличаемся от многих других игроков рынка. Банк не проводил агрессивную политику при формировании портфеля, например никогда не предлагал экспресс-кредитов в торговых точках. Долгое время мы кредитовали преимущественно юридических лиц, и первыми нашими частными заемщиками стали сотрудники наших корпоративных клиентов. То есть мы построили свой розничный бизнес на понятной нам клиентуре. И сегодня наша кредитная политика в отношении физических лиц остается консервативной: мы кредитуем только известных нам заемщиков, в большинстве своем сотрудников предприятий — клиентов банка. В первую очередь ориентируемся на заемщиков, имеющих не только кредитную, но и платежную историю в банке.

Просрочка по частным кредитам с учетом не только процентов, но и основной суммы долга сейчас составляет 3,5%. Для нас это высокий показатель, до кризиса было в пределах 1%. Размер резервов на потери по ссудам равен 4,5%.

— Были случаи реализации залоговой недвижимости в судебном порядке?

— Да, но пока только один. Сам процесс судебного взыскания очень сложен, с этой проблемой придется столкнуться всем участникам рынка.

— Розничные заемщики более добросовестные клиенты, чем юридические лица?

— По моему субъективному мнению, люди, особенно те, кто оформил ипотечный кредит, причем покупал квартиру не в инвестиционных целях, относятся к своим обязательствам очень ответственно. Для них жилье — это последнее, чем они готовы рискнуть.

— Станете вы вводить новые продукты для розницы в этом году?

— В кредитовании вряд ли. Что касается вкладов, то у нас сейчас хорошая продуктовая линейка, включающая в себя все востребованные опции.

— На чем сейчас зарабатывает банк?

— Около 40% нашего операционного дохода формируют комиссионные доходы. Традиционно мы получаем непроцентные доходы от расчетно-кассового обслуживания, от зарплатных проектов, от комиссий с коммунальных платежей, денежных переводов, обменных операций. При этом доход банка от комиссий по кредитным операциям немного снизился.

— Ваши планы, объявленные весной, получить прибыль по итогам года не менялись?

— Да, по итогам года мы рассчитываем на прибыль. На ее размер, конечно, будут влиять резервы, но, тем не менее, планируем положительный результат.

— Будет ли банк увеличивать капитал в обозримом будущем?

— Достаточность капитала на 1 июня на уровне 18% при нормативе в 10%. Мы провели дополнительные эмиссии в 2006 и в 2007 годах, нарастили капитал — в расчете на то, что нам потребуется много средств на развитие бизнеса. Денег нам хватает, и мы не планируем дополнительной эмиссии.

— В чем основные риски «Возрождения»?

— Возможные риски не в нас самих, а в том, что будет происходить в экономике. Розничный бизнес любого банка очень чувствителен к тому, что происходит в банковском секторе в целом. Худшим сценарием развития ситуации будет, если появятся проблемы у крупных банков, что может вызвать панику частных вкладчиков. Стоит хоть раз показать по телевизору очередь вкладчиков у одного кредитного учреждения — и клиенты всех остальных начинают беспокоиться о сохранности своих средств.

Беседовала Наталья РОМАНОВА, Banki.ru