Джон Сондерс: «Рыночные силы приведут к сокращению за несколько лет числа кредитных бюро в России до двух-трех»

Джон Сондерс: «Рыночные силы приведут к сокращению за несколько лет числа кредитных бюро в России до двух-трех»

4562

Крупнейший игрок мирового рынка кредитных историй — компания Experian, создавшая в России дочернее кредитное бюро (Experian — Interfax), сделала чрезмерно амбициозное заявление. Experian планирует подвинуть нынешнего без пяти минут монополиста — Национальное бюро кредитных историй (НБКИ).

По закону «О бюро кредитных историй» (БКИ) с 1 сентября 2005 года все банки обязаны заключать договоры как минимум с одним бюро. БКИ получает информацию о выданных кредитах и о том, как по ним расплачиваются заемщики. Титульная часть каждой кредитной истории хранится в Центральном каталоге Банка России. Регистрацией же бюро занимается Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР). Сейчас в списке ФСФР 16 БКИ. Но основную часть рынка контролирует НБКИ, созданное при Ассоциации российских банков (АРБ). Задача НБКИ — захватить не менее 75% рынка кредитных историй. Фактически речь идет о монополизации этой услуги АРБ. Предполагается, что уже через несколько лет большинство ныне действующих кредитных бюро просто продадут базы персональных данных лидеру рынка.

О том, как Experian будет завоевывать место под «российским солнцем» «Газете» рассказывает исполнительный директор компании Experian Джон СОНДЕРС.

Какой отдачи вы ждете от российского рынка БКИ?

Мы, наконец, получили право легальной, законной работы нашей системы в России. И мы удовлетворены той поддержкой, которую мы получаем от банков России. У нас уже сейчас несколько сот тысяч кредитных историй от 150 банков, которые оформили отношения с нами.

Оцените, пожалуйста, перспективы российского рынка кредитных бюро. В чем, по-вашему, отличия работы Experian на российском рынке от работы на других рынках?

Хороший вопрос. Мой прогноз таков, что в течение нескольких лет в России останется несколько кредитных бюро, а не 16, как сейчас. На рынках США и Великобритании, где есть развитая система оборота кредитных историй, работает 2—3 крупных кредитных бюро, обладающих большим объемом данных. И, скажу честно, эти данные очень похожи, что гарантирует их достоверность, поскольку их всегда можно сравнить.

Вам удается лоббировать российское законодательство о кредитных бюро?

Наш партнер — «Интерфакс» — лучше понимает местные условия работы. Хотя мы работаем более чем в 60 странах, и ситуация в России, на мой взгляд, аналогична ситуации во многих других странах. Мы полностью удовлетворены тем, как российские власти прислушиваются к нашим аргументам. С другой стороны, само российское правительство имеет очень ясное представление о том, что они хотят видеть в этой индустрии.

В США три бюро собираются использовать единую систему кредитного скорринга. Может ли аналогичная практика прижиться в России?

Да, действительно, там три БКИ объединяются. И причина как раз в том, что их консолидация выгодна всем. В какое бы БКИ вы ни обратились, вы получите справку по одинаковой методологии. Это очень удобно. Маловероятно, что работа в России слишком быстро придет к похожей ситуации.

Но проблема России в том, что кредитные бюро не обмениваются кредитными историями друг с другом.

Именно поэтому будет сокращение числа кредитных бюро. Все говорит в пользу консолидации отрасли. Кредитные бюро — весьма дорогой бизнес. Банкам дорого обходится поставка своей информации кредитным бюро. В связи с этим выгоднее обращаться в специализированную организацию за кредитными историями, чтобы увидеть полную картину происходящего. Таким образом, рыночные силы приведут к сокращению в течение нескольких лет числа кредитных бюро на российском рынке до двух-трех. И это показал мой опыт ведения бизнеса в других странах. Так, в Северной Америке были сотни кредитных бюро, а сейчас — три общенациональных БКИ. Да, конечно, там остались еще и региональные бюро, но все они так или иначе работают вместе с этими тремя.

Каков сегодня спрос банков на получение историй о заемщиках? Сколько у вас уже было запросов?

Да, у нас есть запросы. К сожалению, мы отстаем от того плана, который был намечен, поскольку сама регистрация заняла больше времени, чем мы планировали. Но количество операций растет.

А не могли бы вы назвать цифры, их динамику?

Цифры меняются постоянно. И, кстати говоря, у нас были запросы не только от банков, но и от потребителей. Хотя количество запросов велико, банки пока нам ничего не платят. Дело в том, что они уже предоставили какое-то количество бесплатной информации, а это значит, что мы теперь их должники. Для нас это был «накопительный» период, который закончился в апреле. Все, кто поставлял нам информацию до этого времени, имеют теперь право на такое же количество бесплатных услуг с нашей стороны. То есть банки, с которыми были заключены соглашения до апреля, будут получать информацию бесплатно. И можно считать, что наше бюро завершило строительство технического центра в Москве для работы с клиентами на всей территории Российской Федерации, который работает в соответствии со стандартами защиты информации, используемыми Experian. Мы рассчитываем, что количество наших партнеров-банков будет расти.

А какие банки наиболее активно работают с вами?

Мы сосредоточиваем свои усилия на крупнейших банках. И естественно, приоритет дается тем, кто предоставляет наибольший объем информации. К тому же, это еще и зарубежные банки, которые убедились в эффективности сотрудничества с нами еще на зарубежных рынках.

И все же, какой отдачи от российского рынка вы ожидаете? Какую прибыль он уже принес и насколько оправдал ваши ожидания?

Я не хотел бы называть цифры. Могу только сказать, что бюро — это очень большие инвестиции, и окупаемости мы можем ожидать лишь через 3—5 лет.

Какими источниками вы пользуетесь при сборе информации?

Это только публичные и только законные источники. Их список фигурирует в законе о кредитных бюро, который повторяет зарубежные аналоги. Мы бы хотели, чтобы и здесь, в России, идентификация заемщика происходила исключительно на законных основаниях. Потому мы и опираемся именно на использование государственных баз данных.

Но в России ваши коллеги уже начали действия, направленные на то, чтобы заполучить полный компромат на граждан и у жилищно-коммунальных служб, и у телефонных операторов.

Почему-то обычно все говорят о негативной информации, но наша цель — получать больше позитивной информации, которая помогает быстрее оценивать кредитные риски. Примерно 20 лет назад в Великобритании нужно было потратить несколько недель на принятие позитивного решения о выдаче ипотечного кредита. Сегодня это занимает несколько минут.

Может ли технология оценки платежеспособности заемщика угрожать конфиденциальности частной информации?

Проблема защиты информации — это проблема не только России. Но для нас критически важно, чтобы и в России сформировалось доверие к кредитным бюро. Мы гарантируем, что предпримем максимум усилий по обеспечению защиты информации.

А где, по-вашему, пролегает граница конфиденциальности информации?

Мы не используем никаких секретных источников. Вся информация о частных лицах, которая у нас хранится, не секретна. И мы ориентируемся на исполнение законных гарантий прав потребителей запрашивать информацию. Мы, как БКИ, публикуем открыто все источники, которыми пользуемся. Они законны. Но, с другой стороны, вся информация, которой мы владеем, является конфиденциальной, и мы гарантируем ее эксклюзивность. А если речь идет о негативных сведениях о заемщике, то, если суд принял решение в отношении недобросовестного заемщика, эта информация всегда является публичной.

Как вы оцениваете контракт НБКИ и Сбербанка?

Если я не ошибаюсь, в нем идет речь о передаче очень незначительного количества информации, которая стала публичной по решению суда. Если это так, то реальное значение этого договора для участников рынка не представляется существенным. Я не в курсе этого контракта.

А насколько агрессивными будут ваши действия на российском рынке?

Мы очень воодушевлены теми возможностями, которые есть на российском рынке. Ищем хороших партнеров, и конечно, хотим быть агрессивными и конкурентоспособными.

И каким же оружием вы намерены воспользоваться?

Рынок стимулирует конкуренция. Мы уверены, что будем лидировать в уровне качества сервиса и цен. Этим обычно отличается глобальный бизнес. А именно его мы и представляем.

В таком случае оцените, пожалуйста, своих конкурентов в России и тех потенциальных конкурентов, которые могут прийти в Россию?

Мы уважаем своих конкурентов. Но мы крупнейшее кредитное бюро в мире и собираемся усилить наше бюро дополнительным сервисами и услугами. Мы рады тому, что в России складывается действительно конкурентный рынок. Это очень важно. Во всех странах монополизм плохо заканчивался для банков.

Лена ТИХОМИРОВА