Герберт Степич: «Верю в Россию больше, чем русские»
Фото: Vminsk.by

Герберт Степич: «Верю в Россию больше, чем русские»

4186

Герберт СТЕПИЧ смог уделить «Ведомостям» лишь час, после чего достал из-за стола свой маленький черный чемоданчик и полетел дальше — осматривать восточноевропейское хозяйство группы Raiffeisen. Судя по размерам саквояжа, он очень мобильный человек. Приходится, объясняют его коллеги: из-за бурного роста бизнеса банковской группы за пределами Австрии его встречи расписаны на год вперед.

— Многие экономисты предрекали, что проблемы банков Восточной Европы могут стать непосильными для банков из Западной Европы, что создаст проблемы для ведущих экономик. Насколько эти прогнозы еще актуальны?

— Не нужно преувеличивать такие прогнозы. Основные игроки на банковском рынке Центральной и Восточной Европы — Raiffeisen, Unicredit, Intesa, Societe Generale — показали достаточно позитивные результаты работы в регионе. Кстати, эти прогнозы — следствие резкого скачка стоимости рефинансирования в начале 2009 г.: Австрия должна была на тот момент платить по CDS такую же ставку, как и Греция. Все мы видим, какие проблемы вскрылись в экономиках Греции, Италии, Испании и Португалии, но эти проблемы не связаны с ситуацией в восточноевропейских странах. Здесь все как раз относительно лучше.

— Как глубоко банк пересмотрел свою стратегию во время кризиса?

— Мы видим, как заканчивается самый большой кризис в истории банковской системы. И сейчас основное внимание уделяется тому, как управлять кризисом и глобальными рисками. Кроме того, многие осознали, что во имя будущего ресурсы необходимо вкладывать уже сейчас.

— Каковы планы группы на ближайший год?

— Наращивать кредитный портфель! Но концентрировать работу и внимание мы будем на качестве, а это сейчас непростая задача, учитывая, какая агрессивная конкуренция идет за хороших клиентов.

— А каковы ваши планы в отношении России?

— Группа всегда ориентировалась на долгосрочные инвестиции. Наша политика такова, что нам и не нужно было бороться за долю рынка: бизнес в России мы начинали в 1996 г. — и даже после кризиса в августе 98-го акционеры банка приняли решение оставаться на этом рынке. И у нас были далеко идущие планы. Мы инвестировали много денег в свой российский бизнес, потому что пришли сюда, чтобы остаться надолго. Я считаю, что Россия одной из первых в Восточной Европе преодолеет кризис. Российская экономика будет расти быстрее, чем все остальные.

— А вы оптимист! Только мне, как человеку, живущему в России, такой оптимизм может быть не совсем понятен.

— Интересно. Большинство моих русских коллег внутри группы более пессимистично настроены в отношении своей страны, чем я. Они скорее думают, как вы. Получается, я верю в Россию больше, чем русские! Так было, когда мы только начинали бизнес здесь, и с тех пор ничего не изменилось. Мои коллеги спрашивают, почему ты так думаешь, а ответ очень прост: российский рынок — самый быстро растущий в регионе, а экономика — самая большая. У нее самый значительный потенциал по сравнению со всеми остальными странами СНГ. Рост ВВП в России будет наивысшим в этом регионе в 2010 г., а именно на уровне 5%.

— В чем преимущество России, по-вашему?

— У страны много ресурсов. А деньги от экспорта нефти и газа дают России время, необходимое для того, чтобы пополнять бюджет и, возможно, в будущем перестроить экономику.

— Райффайзенбанк долгое время был крупнейшим иностранным банком в России, но в этом году российская «дочка» Unicredit обогнала вас по объему активов.

— У Unicredit совсем другой подход к рискам и резервированию, да и банковский бизнес в России они начинали по-другому. Если вы сравните наши результаты за последние два года, то увидите, что Райффайзенбанк более консервативен по части рисков и просроченных кредитов.

— Когда вы собираетесь вернуть себе первое место?

— Я не знаю. Для меня это не цель. Моя цель — иметь сильные рыночные позиции, которые помогут вести долгую успешную работу на этом рынке, а размер баланса не так уж и важен.

— Недавно председатель наблюдательного совета Raiffeisen Zentralbank (RZB) Кристиан Конрад рассказал в интервью, что группа может продать часть бизнеса в России и на Украине. Что должно случиться, чтобы RZB снизил свою долю в дочерних банках?

— Конрад как председатель наблюдательного совета RZB говорил по радио о нескольких возможных сценариях развития группы. Он сказал, что никогда нельзя со 100%-ной уверенностьюпредсказать будущее, и всего лишь предположил, что нельзя исключать падения нашей общей доли ниже 50% в банках, которые работают на таких больших рынках, как Россия и Украина, где мы владеем 100% (Россия) и 96% (Украина) наших дочерних структур. Он всего лишь рассуждал о том, каким может быть рост группы на рынках и в банковском бизнесе вообще. В нынешних условиях любой должен быть открыт для возможности пополнить капитал альтернативными способами. Но пока это чисто теоретически. Мы не собираемся менять нашу долю в Райффайзенбанке и «Райффайзен банке Аваль». Сейчас ничто не предвещает, что мы привлечем дополнительных акционеров.

— Пять лет назад во время IPO Raiffeisen International (RI) и RZB были разделены, а теперь банки снова сливаются. После этой новости акции упали примерно на 25% — на рынке множество разных мнений, но хотелось бы услышать, что вы расскажете…

— То, что мы сейчас делаем, — это переустройство нашей группы на ближайшие 15—20 лет. До этого последняя глобальная перестройка бизнеса была в 1989 г., тогда я думал, что RZB больше не может оставаться исключительно австрийским банком, — он должен становиться международным финансовым институтом для стран Центральной и Восточной Европы. На тот момент это был уникальный шанс, такой, который выпадает раз в миллион лет. Если ты не используешь его, то проигрываешь. Тогда коллеги меня поддержали. И вот прошло 20 лет — и мы объединяем RZB и RI, чтобы сделать нашу структуру еще более конкурентоспособной в новых условиях после кризиса.

— Аналитики говорили о том, что из-за убытков у RZB и RI начались проблемы с капиталом.

— Да они просто разрывались между банками и не могли решить, у кого же все-таки не хватает капитала — у материнской структуры или у «дочек» (смеется). Наш бизнес не убыточен и нам хватает капитала, причем всем банкам группы. В 2009 г. консолидированная прибыль RI составила 212 млн евро, в то время как консолидированная прибыль группы RZB возросла до 433 млн евро, и обе структуры показали прибыль по итогам I квартала 2010 г. У объединения есть множество причин. Мы хотим использовать каналы продаж в Центральной и Восточной Европе для продуктов, которые мы предлагаем в Австрии. Наша сеть сегодня насчитывает около 3000 отделений и обслуживает более 15 млн клиентов в Центральной и Восточной Европе. К тому же мы намерены предложить привлекательные условия инвесторам на долговом рынке и рынке капитала. Наша деятельность в Центральной и Восточной Европе началась много лет назад и развивалась довольно быстро. После периода такого быстрого роста мы бы хотели убедиться, что мы эффективны и целенаправленны, насколько это возможно, не говоря о том, что в двух банках многие функции дублируются.

— А как обстоят дела с капиталом у дочерних банков?

— Прекрасно! Я не шучу. Например, коэффициент достаточности капитала Райффайзенбанка составил 18%, по данным на конец марта, в то время как рекомендуемый Центробанком уровень — только 11%. На Украине коэффициент достаточности капитала был почти на 7 п. п. выше рекомендуемого уровня. Фактически на всех 15 банковских рынках наши дочерние структуры показали уровень достаточности капитала выше рекомендуемого местными органами власти. Во всех этих странах у нас большой запас капитала — это самая адекватная мера, которую только можно противопоставить рискам. Прошедший год был весьма рисковым, и все банки группы накапливали ликвидность, как и остальные участники на рынке. Мы были слишком не уверены в том, что же будет с международным рынком: случится там очередной коллапс или нет.

— А что происходит с клиентами?

— Во время кризиса мы реструктурировали значительное число кредитов, и это оказалось правильным решением. Многие из наших клиентов адаптировались и теперь нормально работают.

— Какую часть реструктурировали?

— Мы не раскрываем данную информацию. Но я могу сказать, что уровень просроченной задолженности в России составил 10,8% по кредитам физическим лицам по итогам I квартала 2010 г. Уровень просроченной задолженности в странах СНГ, где мы присутствуем, — на Украине и в Белоруссии — достигал 23%, в то время как в Центральной и Юго-Восточной Европе он составлял 7,6 и 7% соответственно.

— Как вы оцениваете ситуацию в Европе сейчас? Каковы ваши прогнозы в отношении Греции, Испании и Италии?

— Несколько последних недель особенно заметна нервозность на рынке из-за неспособности ряда государств Средиземноморского региона обслуживать свой долг. Экономики Греции, Испании и Италии стали менее конкурентоспособными за последнее десятилетие — рост оплаты труда опережал рост его производительности. Их также объединяет значительный дисбаланс бюджета по сравнению со средними показателями еврозоны. Но есть и существенные отличия. Госдолг Испании, к примеру, составляет примерно 65% ВВП в 2010 г. — это меньше, чем у Германии (там 79%), не говоря уже о среднем по ЕС показателе в 85%. Разработка пакета мер поддержки на 750 млрд евро была решительным шагом по стабилизации еврозоны. Для всех трех [стран], да и для остальной Европы ход событий будет зависеть от того, окажутся ли успешными попытки консолидации госбюджетов.

— Почему так хотят продать ваш украинский банк? Может, вы все-таки его продаете либо им живо интересуются инвесторы? Дыма без огня не бывает — откуда-то рождаются такие слухи.

— Дым без огня бывает — если средства массовой информации сообщают о проблеме, это не превращает слух в факт. Некоторые банки могут желать расширить свое присутствие на украинском рынке. Также может быть верным, что некоторые из этих банков могут смотреть на нашу украинскую «дочку» как на привлекательную невесту. Из-за широкого присутствия и серьезного имиджа бренда «Райффайзен банк Аваль». Но все это не значит, что мы ищем жениха «Райффайзен банку Аваль»! Нет, безусловно нет!

2009 год был особенно сложным для украинских банков — это видно по результатам банка за 2009 г. Но уже в I квартале 2010 г. он вернулся к прибыльности. В любом случае никто не должен сомневаться в нашей преданности украинскому рынку и 4,9 млн местных клиентов.

Биография

Родился в 1946 г. В 1972 г. окончил Венский университет с докторской степенью по специальности «экономика и бизнес-администрирование». В 1969—1970 гг. служил в армии
1973
начал финансовую карьеру в «Геноссеншафтлихе центральбанк», позднее переименованном в Raiffeisen Zentralbank
1986
вошел в правление Raiffeisen Zentralbank, где курировал международный бизнес
2001
назначен председателем правления банка Raiffeisen International, который контролирует бизнес группы в Восточной Европе

Raiffeisen International
коммерческий банк

Основные акционеры: Raiffeisen Zentralbank — 72,8%, фонды — 18%, частные инвесторы — 9%.
Капитализация — 5 млрд евро.
активы — 77,1 млрд евро.
прибыль — 100 млн евро.
Входит в группу Raiffeisen Zentralbank

Степич о стабильности

«Людям нравится работать в «Райффайзене». Вот Павел Гурин, к примеру, работает у нас уже 12 лет, из них два года руководит [российским] Райффайзенбанком. И так везде: 13 из 14 наших региональных менеджеров занимают должности довольно долгий срок, а некоторые даже неприлично долго».

Беседовала Татьяна ВОРОНОВА