Ричард Хейнсворт: «Полагаться на мнение только иностранных рейтинговых агентств нецелесообразно»
Фото: Viperson.ru

Ричард Хейнсворт: «Полагаться на мнение только иностранных рейтинговых агентств нецелесообразно»

2518

Сегодня рейтинг международного агентства дает российским банкам больше возможностей. Так, например, включение ценных бумаг в ломбардный список ЦБ возможно только при наличии международного рейтинга. Вместе с тем хорошо управляемые банки имеют по два-три рейтинга от разных агентств. Среди банков, рейтингуемых российским агентством «Рус-Рейтинг», есть и международные, и крупные российские кредитные организации с высокими рейтингами международных агентств, утверждает в интервью «Банковскому обозрению» глава «Рус-Рейтинга» Ричард ХЕЙНСВОРТ.

— Ричард, как вы считаете, российские рейтинговые агентства упрочили свое положение на рынке в период кризиса?

— Сложно сказать. Когда ЦБ объявил, что к беззалоговым кредитам будут допущены только банки с международными рейтингами, началось возмущение и в банковской среде, и среди политиков. Через месяц ЦБ принял решение о признании и российских рейтингов, но банки с международными рейтингами могли получать кредиты на три месяца, а с российскими — только на пять недель. То есть все равно получился явный дисбаланс в сторону международных агентств.

— Решение о признании российских рейтингов имело целью расширить круг банков, допущенных к беззалоговым кредитам?

— Не очевидно, что ЦБ ставил перед собой именно такую цель.

— Тогда чем оно было обусловлено, на ваш взгляд?

— Стало ясно, что полагаться исключительно на мнение только иностранных рейтинговых агентств нецелесообразно, тем более что именно на них была возложена большая доля вины за кризис. В этой ситуации использование оценок только «большой тройки» было бы политически некорректно. Сам факт признания российских агентств изменил конъюнктуру рынка. Однако складывается впечатление, что, признав национальные агентства, ЦБ сделал все возможное, чтобы принизить их значение.

— В любом случае, число банков, обратившихся в российские агентства, возросло. Ведь услуги международных существенно дороже?

— Решение банка о получении рейтинга того или иного агентства зависит не столько от стоимости, сколько от возможной выгоды. А сегодня рейтинг международного агентства дает банку больше возможностей. Так, например, включение ценных бумаг в ломбардный список ЦБ возможно только при наличии международного рейтинга. Агентства «большой тройки» это прекрасно понимают, поэтому и цены у них выше. Вместе с тем хорошо управляемые банки имеют по два-три рейтинга от разных агентств. Среди банков, рейтингуемых «Рус-Рейтинг», есть и международные, и крупные российские банки с высокими рейтингами международных агентств.

— А как получилось, что когда международные агентства понижали рейтинги, «Рус-Рейтинг», наоборот, повышал?

— Было такое. Международные агентства в течение 2008—2009 годов понизили рейтинги. Мы же, наоборот, считали, что банковская система показала свою устойчивость, поскольку была создана хорошая инфраструктура и приняты разумные меры поддержки ликвидности. На этом фоне риски каждого банка в отдельности снизились и, на наш взгляд, появились веские основания для повышения рейтингов. Одновременно все банки, чьи рейтинги были ниже порогового значения, установленного ЦБ, не захотели их публиковать. И постепенно все низкие рейтинги исчезли. Со стороны это выглядело так: мы повысили рейтинги и все наши рейтинги оказались выше или на уровне порогового значения. Из-за этого ЦБ усомнился в правильности наших оценок. Но «за кадром» остался тот факт, что более 250 банков, обратившихся в «Рус-Рейтинг», после проведения предварительного экспресс-анализа (услуга предоставляется бесплатно) были проинформированы, что не смогут получить рейтинг на уровне порогового значения, и, естественно, не воспользовались нашими услугами. С февраля этого года ЦБ повысил требования к российским рейтингам.

— Вы считаете, что имеет место несправедливое и предвзятое отношение?

— Сначала ЦБ в отношении банков с российскими рейтингами ввел ограничения по срокам кредитов, затем повысил требования к уровню рейтингов — отношение явно небеспристрастное. Я считаю, что ЦБ вообще не должен публично устанавливать пороговые значения рейтингов и лимиты по срокам. Он мог бы выдавать кредиты в соответствии с рейтингами — чем лучше рейтинг, тем «длиннее» деньги. Хоть нас и критиковали за повышение рейтингов, я считаю, что мы были правы. Сейчас и международные агентства начинают повышать свои рейтинги.

— Но были же случаи, когда банки, имевшие хорошие оценки от российских агентств, вдруг сталкивались с проблемами?

— Были. Например, мы присваивали достаточно хороший рейтинг банку «Северная казна», который столкнулся с внезапными проблемами из-за отсутствия ликвидности в разгар кризиса. Но сразу же началось соревнование между московскими банками, желающими приобрести этот актив, — значит, сам по себе он был хорошим. Поэтому я не считаю это нашим просчетом. На самом деле это подтверждение того, что рейтинг мы присвоили правильно.

— Как вы относитесь к приказу Минфина об аккредитации рейтинговых агентств?

— Я «за». Полностью. В России необходимо государственное признание чего-либо, чтобы и участники рынка это тоже признали. То есть, с одной стороны, работать без государственной аккредитации легче, потому что не надо мучиться со сбором документов, но, с другой стороны, это труднее по причине отсутствия нормального восприятия у пользователей.

На наш взгляд, рейтинговое агентство должно дорожить своей репутацией и опираться исключительно на достоверную информацию. Однако никто из других агентств, в том числе «Рус-Рейтинг», не обращался к нам с предложениями по совместной работе или запросами о наших методах работы и опыте рейтингования. Высказывания же г-на Хейнсворта относительно деятельности «Эксперта РА» не соответствуют действительности. На наш взгляд, подобные необоснованные заявления недопустимы для рейтинговых агентств, они крайне негативно сказываются на отношении общества, бизнеса и власти к рейтингам вообще и на нашей репутации в частности». В своем иске «Эксперт РА» требует от «Рус-Рейтинг» публикации опровержения высказываний своего руководителя и выплаты компенсации в 1 млн рублей. Предварительное судебное заседание состоялось 10 июня 2010 года. «Рус-Рейтинг» и «Эксперт РА» прокомментировали для «БО» свои позиции по данному делу.

— На ваш взгляд, какую задачу решает приказ Минфина в его нынешнем виде?

— Описывает статус-кво. Есть опасения, что теперь все кому не лень смогут создавать рейтинговые агентства и попытаются получить аккредитацию. В документе Минфина оговаривается несколько конкретных условий: наличие как минимум 20 контактных рейтингов, два года работы на рынке, присутствие кодекса этики и т. д. В принципе появляется возможность создать рейтинговое агентство и получить аккредитацию, а одновременно с ней — определенный уровень доверия, которого другие агентства добивались десять лет.

На самом деле я за то, чтобы компаний было больше. Я думаю, если появятся 20—30 агентств, то они начнут бороться за место «под солнцем», и это поспособствует расширению области применения рейтингов. Например, я считаю весьма перспективным направлением оценку непубличных компаний с целью получения банковских кредитов. При наличии хорошего рейтинга компания может рассчитывать на лучшие условия кредитования. В то же время такие рейтинги будут востребованы и кредиторами в качестве дополнительного инструмента проверки кредитоспособности контрагентов.

— В отличие от других агентств у «Рус-Рейтинг» много дистанционных рейтингов…

— Для нас нет разницы, контактный рейтинг или дистанционный. В одних случаях у нас есть договоры с банками — заказчиками рейтинга, в других — договоры с инвесторами. На оценку это не влияет.

— Разве наличие договора с банком не позволяет получать больший объем информации? Проводить рейтинговые интервью, например?

— Мы получаем почти одинаковое количество информации в любом случае. Есть редкие исключения (одно или два), когда банк не предоставляет рынку актуальную информацию. И к оценке этих банков у нас более консервативный подход. А в остальных случаях мы регулярно получаем от банков то, что хотели бы видеть. Что касается рейтинговых интервью — они нам не требуются. Поэтому я и говорю, что разницы между рейтингами, оплаченными банками или инвесторами, у нас нет. Мы выделяем контактные рейтинги только потому, что таково требование Минфина.

У нас был случай, когда одному из банков, не имевшему с нами договора, не понравился наш рейтинг. Представитель банка заявил, что это псевдорейтинг — якобы настоящий рейтинг может быть присвоен только на основании договора. Он, наверное, не знал, что до 1970 года ни одно рейтинговое агентство вообще не брало деньги с эмитента за присвоение рейтинга.

— Можете ли вы прояснить свою позицию по тем высказываниями, из-за которых «Эксперт РА» подал на вас в суд?

— Да, конечно. Во-первых, рекомендую прочесть мою статью «Пусть нас всех проверяют», вызвавшую бурную реакцию со стороны «Эксперт РА». На самом деле я озабочен тем, что рейтинговые агентства подвергаются критике со всех сторон, и необходимо, чтобы была возможность отсева справедливых претензий от необоснованных. Опыт «большой тройки» за последние годы показал, что нельзя оставлять рейтинговые агентства без контроля. Но каким образом контролировать деятельность рейтинговых агентств, не ущемляя свободы их высказываний? Я убежден, что действия рейтинговых агентств должны соответствовать стандартам этики и профессионализма. И в данной статье призываю главных пользователей рейтингов на российском рынке проверять нас.

Во-вторых, я считаю, что имею право открыто выражать свое мнение в отношении ситуации, складывающейся на российской рейтинговой площадке. Поскольку в России действует всего четыре национальных агентства, в случае возникновения различных недоразумений и недопонимания между ними, на мой взгляд, надо начинать с переговоров. И только в случае, если сторонам не удается разрешить конфликт, следует обращаться в суд. По-моему, так выглядит цивилизованный подход. Именно такой подход должен быть использован при создании рейтингового рынка в России, именно такой подход соответствует духу Кодекса этики рейтинговых агентств. В данном случае о претензиях в наш адрес мы узнали только из предъявленного иска. Никаких попыток обсудить с нами возникшее недоразумение до подачи иска «Эксперт РА» не предпринимал. По моему глубокому убеждению, мнения, высказанные участниками рейтингового рынка, не должны становиться предметом судебных разбирательств. Предметом полемики на страницах профессиональных изданий или трибунах конференций — да, но не предметом судебных исков.

— Как бы вы оценили текущее состояние рынка рейтинговых услуг в России?

— Зачаточное.

— А что мешает развитию, на ваш взгляд, и что может помочь?

— В одной своей презентации я показал, что после признания рейтингов на государственном уровне рынок переходит в иное качественное состояние. До госпризнания рейтинг — это роскошь, есть большие хорошие компании, которые не имеют рейтинга и не считают, что это нужно. Поэтому любой инвестор или банк, который хочет работать на таком рынке, должен иметь свой развитый штат риск-менеджеров. Но когда появляется госпризнание, тогда рынок переходит из одного состояния в другое. Количество рейтингов быстро растет, и в какой-то момент само отсутствие рейтинга уже настораживает.

В России первые шаги по государственному признанию уже сделаны — сначала это было признание ЦБ в кризис, сейчас начнется аккредитация при Минфине. Мне кажется, процесс полноценного признания займет два-три года и примерно столько же уйдет на переход рынка в принципиально другое состояние.

Спор «Рус-Рейтинга» И «Эксперт РА»

Рейтинг или ранжировка? Игра слов на миллион

В конце 2009 года Ричард Хейнсворт в интервью порталу Bankir.ru в числе прочего заявил следующее: «Если вы помните, еще в декабре 2007 года мы объединили усилия трех агентств (АК&М, НРА и «Рус-Рейтинг». — Прим. «БО») и разработали профессиональный Кодекс этики, где учли ошибки международной практики. Также мы втроем обсуждали институт аккредитации рейтинговых агентств. Предлагали и «Эксперт РА» присоединиться и объединить усилия. Но у «Эксперт РА» принципиально другой подход к рейтингам. Мы считаем, что рейтинги должны исходить из качественной оценки. Для этого нужна команда аналитиков, а если опираться только на компьютерные обработки, то это не рейтинг, а ранжировка».

После этого высказывания «Эксперт РА» подал к «Рус-Рейтингу» иск о защите деловой репутации в апреле 2010-го. Вот выдержки из опубликованного по этому поводу пресс-релиза «Эксперт РА»:

«Из слов г-на Хейнсворта следует, что «Эксперт РА» неуважительно относится к коллегам по цеху, не имеет команды аналитиков, а за рейтинги выдает принципиально иной продукт — ранжировки.

Ни Ричард Хейнсворт, ни другие рейтинговые агентства не обращались в Агентство и не приглашали Агентство войти в инициативную группу для обсуждения профессионального Кодекса этики и института аккредитации рейтинговых агентств. Кроме того, рейтинги «Эксперт РА» не являются ранжировкой, а представляют собой комплексную оценку на основе большого количества формальных и неформальных факторов.

Досье

Ричард Хейнсворт родился 14 ноября 1957 года в г. Кампала (Уганда). Учился в Imperial College (Лондон), диплом бакалавра наук в области химической технологии, и в российско-европейском центре Бирмингемского университета, диплом магистра экономики.

В России с 1982 года. С 1992 года работал в банковских структурах. С 1996 года — представитель фирмы Thomson Bank Watch в Москве. В 2001 году основал группу Global Rating International Ltd. и рейтинговое агентство «Рус-Рейтинг». В 2004 году инициировал создание Ассоциации сертифицированных финансовых аналитиков в России, был избран ее президентом.

Беседовал Александр ГОЛОВИН