Елена Матросова: «Управление «плохими» долгами — это поиск компромиссов»
Фото: Banki.ru

Елена Матросова: «Управление «плохими» долгами — это поиск компромиссов»

3370

Российский банковский сектор заканчивает 2010 год на оптимистичной ноте: кредитование растет, просроченная задолженность сокращается, акции банков резко выросли в цене, доступ к инструментам финансового рынка улучшился. Однако, как считает директор ЦМЭИ и стратегических разработок компании БДО в России Елена МАТРОСОВА, основная проблема сектора — «плохие» долги — никуда не делась. А спрос на залоговые активы банков остается очень низким.

— Насколько актуальна сейчас для банковского рынка проблема «плохих» долгов?

— В 2010 году банковский сектор смог вздохнуть с некоторым облегчением. Со второго полугодия статистика демонстрирует улучшение ситуации. На «радостях» банки с октября начали снижать резервы на возможные потери по ссудам.

В то же время стоит помнить, что статистика учитывает только задолженность по текущим платежам. В мировой практике принято учитывать в просроченной задолженности всю сумму долга, по которому была допущена просрочка. И эти показатели уже менее радужные. По данным Банка России на 1 ноября 2010 года, доля размещенных средств, которые в западной практике принято считать «плохими» долгами (просрочка по кредиту более 90 дней, «стрессовые» реструктуризации и др.), составила 20,2% выданных ссуд. Данный показатель снизился с пикового значения в 21%, однако улучшения связаны преимущественно с ростом кредитования.

Так что «плохие» долги никуда не делись, просто банки научились их скрывать с помощью реструктуризации, отсрочки платежей. По некоторым кредитам банки не хотят изымать залоги, ожидая наступления лучших времен, когда заемщик сможет обслуживать долги. Стоимость и ликвидность залогового имущества из-за кризиса резко упали и не позволяли банкам «выйти» из данных активов, не зафиксировав убыток. Так, залоговое имущество могло быть реализовано в среднем по цене в 10—20% от балансовой стоимости. Коллекторы дисконтируют еще сильнее — до 3—5%.

Наибольший объем долга (5,6 триллиона рублей или 40% всей суммы) перед российскими банками, и, соответственно, просроченной задолженности приходятся на предприятия оптовой и розничной торговли, организации, занимающиеся операциями с недвижимостью, а также девелоперские и строительные компании. Вторую группу составляют предприятия сельского хозяйства и пищевой промышленности, транспорта и связи, а также металлургии — их суммарный долг равен 2 триллионам рублей.

— Стоит ли ожидать качественного улучшения ситуации в экономике в будущем году?

— Основные макроэкономические показатели (промпроизводство, инвестиции, розничный товарооборот, реальные доходы населения и др.) на протяжении 2010 года показывали позитивную динамику, что свидетельствует о начале восстановления экономики. Даже ноябрьская статистика, несмотря на эффект высокой базы, внушает оптимизм. Но темпы восстановления экономики пока очень скромные.

Рост фондового рынка полностью обусловлен вливанием ликвидности денежными властями развитых стран и не соответствует фундаментальным факторам. Поэтому связывать рост котировок акций с адекватным восстановлением стоимости непрофильных активов банков не стоит. Рынок залогового имущества по-прежнему низколиквиден, спрос вялый, необходима индивидуальная работа с активами.

— Какие отрасли экономики лучше других чувствуют себя после кризиса?

— Положительная динамика имеет место в металлургии, так как внешний спрос, прежде всего со стороны Китая, позволяет резко повысить добычу металлических руд. Так, в ноябре 2010 года прирост добычи к ноябрю 2009-го составил 27,9% (за 11 месяцев 2010 года 8,5%). Также поддержку металлургам оказал спрос на трубы со стороны прогосударственных компаний ТЭКа, реализующих инвестпроекты. Поэтому здесь вопрос с управлением долгом можно решать достаточно успешно.

Также явное улучшение состояния наблюдается среди предприятий машиностроения, промышленности строительных материалов, где драйверами роста выступили те же инвестпрограммы естественных монополий и госкорпораций.

— Как будет меняться потребительский спрос?

— Что касается населения, ситуация остается сложной. Ни рост доходов (только на 4,3% в январе — ноябре), который фактически замедлился с октября 2010 года, ни рост розничного товарооборота (на 4,5%) не позволяют надеяться на устойчивый рост потребительского спроса в будущем. К тому же с сентября безработица начала расти, а спрос скорее стагнирует, чем растет (в ноябре розничный товарооборот сократился на 1% к октябрю).

Более того, даже незначительное увеличение потребительского спроса будет нивелировано притоком импорта и не позволит кардинально поддержать рост экономики. Именно поэтому результаты пищевой промышленности выглядят хуже по сравнению с остальными. Действительно, рост производства за 11 месяцев 2010 года составил здесь 5,7%, тогда как в целом по обрабатывающим производствам — 12,1%. В условиях сохранения сильного торгового баланса рублю показано как минимум не слабеть, что придаст новый импульс росту импорта на фоне ускорения инфляции. Поэтому повышения привлекательности активов, ориентированных на потребительский спрос, пока особо не видно.

— Каковы основные риски для банковской системы в 2011 году?

— Во-первых, это риск высокой неопределенности состояния мировой экономики. Финансовый рынок держится на постоянных денежных инъекциях со стороны мировых центробанков, но долговые проблемы европейских стран, США, перегрев экономики Китая никуда не делись. Поэтому ситуация на сырьевых рынках и в первую очередь на нефтяном остается неопределенной. Сохранение прежней политики количественных смягчений может привести к раскручиванию инфляции и росту недоверия инвесторов к финансовым инструментам. В случае реализации данных рисков экономика вновь столкнется с кризисными явлениями, но с существенно меньшим объемом суверенных фондов.

Во-вторых, внутренние факторы — прежде всего рост импорта и давление на отечественных производителей при сильном торговом балансе, усиление инфляционных процессов. Это негативно скажется на состоянии заемщиков и их возможности обслуживать свои обязательства.

В-третьих, начинается период низкого экономического роста в России, а значит, медленного роста зарплат (3—4% за год) и розничной торговли. Поэтому ситуация с проблемными долгами населения и розничной торговли может даже ухудшиться.

Прогнозы развития экономики и существующие риски требуют нового восприятия банкирами «нормального» уровня экономического роста, с соответствующим ожиданием относительно выручки, которую можно получить при реализации активов на рынке.

— Как скоро экономика получит импульс к восстановлению, что позволит сформировать спрос на непрофильные активы банков и улучшить ситуацию с обслуживанием долгов заемщиками?

— Ожидать в ближайшее время выхода на устойчивую траекторию роста экономики не стоит. Россия зависит от мировой экономики, где далеко не все благополучно. Прогнозы аналитиков относительно роста российской экономики на 2011 год очень разнятся — от 2% до 5%, большинство склоняется к оценке в 3—3,5%. При этом основная ставка делается на инвестиционный спрос, но всегда подчеркивается как необходимое условие позитивный внешний фон, а именно цены на нефть. Поэтому можно предполагать сохранение волатильности, в целом рост экономики будет невысоким.

В 2011 году драйверы роста в экономике находятся в сегменте инвестиционного спроса со стороны госкорпораций и монополий. Спрос на коммерческую недвижимость, землю сильно не вырастет. При этом нельзя говорить о полном отсутствии интереса со стороны инвесторов к объектам коммерческой недвижимости и земельным участкам, однако цена спроса зачастую находится ниже стоимости активов, значащейся на балансе банков и их дочерних структур.

Оживление внешнего спроса не предвидится из-за трудностей в экономике США, Европы и возросших рисков «перегрева» экономики Китая, что не создаст стимулов для роста в экспортоориентированных отраслях. Однако ценовая конъюнктура на мировых рынках может оставаться благоприятной, что позволит ТЭКу в 2011 году чувствовать себя несколько лучше, чем в нынешнем.

Ожидаемый рост экономики в 2011 году будет недостаточным для активизации спроса на непрофильные активы банков. Причем ситуация в мировой экономике склоняется к затяжной стагнации, что отразится и на внутрироссийских процессах.

— Как в такой ситуации следует управлять «плохими» долгами?

— Ловить благоприятный момент, так как экономические процессы будут сохранять волатильность и с этим придется долго жить. Необходимо начать работать с активами, а не искать пути консервации проблем. Лучшие времена, возможно, уже наступили. Необходимо применять новые подходы управления активами, а не ждать улучшения общеэкономической ситуации в целом, в том числе по возможности сокращать портфель непрофильных активов. В стагнирующей экономике доходы тоже стагнируют.

Сейчас управление «плохими» долгами — это поиск компромиссов. Необходима адаптация к рынку, текущим реалиям без расчета на повторение чуда 2003—2007 годов.

Беседовала Наталья РОМАНОВА, Banki.ru