Ниранджан Шанкар Лимайe: «ICICI Bank в Индии сопоставим по числу клиентов со Сбербанком»

Ниранджан Шанкар Лимайe: «ICICI Bank в Индии сопоставим по числу клиентов со Сбербанком»

4022

АйСиАйСиАй Банк Евразия активно работает в России чуть больше года, но уже успел пробиться в топ 50 российских банков по размеру активов. Впрочем, как утверждает руководство банка, место в рейтингах для них не главное. Куда важнее, по словам вновь назначенного председателя правления банка Ниранджана Шанкара ЛИМАЙЕ, то, что ICICI пришел на один из самых быстро растущих рынков мира. На рынок, который во многом напоминает ему родной индийский практически во всем, за исключением масштабов. О настоящем и будущем АйСиАйСиАй Банка в России Ниранджан Шанкар ЛИМАЙЕ рассказал в интервью журналу «Банковское обозрение».

— ICICI Bank известен как одна из крупнейших финансово-кредитных структур Индии, которая контролирует значительную долю банковского рынка в этой стране. А какую долю банк занимает на российском рынке?

— Конечно, не столь значительную, как в Индии: там на долю нашего банка приходится около 20—25% рынка банковских услуг. Однако сравнивать наше положение там и наше положение в России было бы некорректным: ведь здесь мы работаем всего несколько месяцев. Летом 2005 года мы приобрели небольшой региональный российский банк, а собственно «АйСиАйСиАй Банк Евразия» был официально открыт только в феврале 2006 года, то есть чуть больше года назад. Эти 14 месяцев были использованы нами для того, чтобы создать полную линейку продуктов для клиентов-физлиц — ипотечные займы, кредитные карты, автокредиты, а также депозиты и вклады. В этом году мы планируем расширить свое территориальное присутствие в России, причем не только в Москве, но и в других крупных городах, добиться увеличения числа клиентов. В ближайшей перспективе для нас гораздо важнее расширить спектр предоставляемых услуг и создать условия для дальнейшего роста банка. При этом мы не ставим перед собой задачу на данном этапе занять значительную долю российского рынка, но планируем быть активным его участником.

— В России ваш банк позиционирует себя как финансово-кредитная структура, занимающаяся исключительно работой с клиентами — физическими лицами. Планирует ли банк развивать в дальнейшем другие направления бизнеса здесь, например, private banking или инвестиционный банкинг?

— В принципе мы придерживаемся стратегии, в рамках которой два бизнеса — розничные банковские услуги и услуги по обслуживанию корпоративных клиентов — развиваются, что называется, «hand to hand» — «рука об руку». Такую стратегию диктует сама жизнь: дело в том, что бизнес, связанный с розничными банковскими услугами, не может сразу начать приносить высокую доходность, тут нельзя рассчитывать на мгновенный успех, а необходимо работать на долгосрочную перспективу. Открывать новые отделения и формировать каналы продаж, расширять клиентскую базу — все это требует значительных временных и финансовых затрат, а отдача начинается только тогда, когда этот бизнес достигает определенных объемов. Однако банки по определению являются коммерческими структурами, поэтому они вынуждены диверсифицировать свой бизнес, чтобы получать доходы от различных направлений деятельности. Я думаю, что данные особенности нашей деятельности в России ничем не отличаются в этом отношении от других стран, поэтому мы будет развивать бизнес, связанный с обслуживанием корпоративных клиентов, и здесь.

— Для «АйСиАйСиАй Банк Евразия» это будет чем-то принципиально новым или у него уже есть опыт работы с корпоративными клиентами и опыт работы на рынке инвестиционного банкинга?

— Скорее, для нас как раз розничное направление является сравнительно новым. Банк начал активно заниматься этим бизнеса шесть-восемь лет назад, когда в Индии стал формироваться рынок розничных банковских услуг. До этого же ICICI Bank был известен как один из крупнейших игроков на рынке корпоративного и инвестиционного банкинга. Да и сейчас, если посмотреть последний финансовый отчет ICICI Bank Eurasia, то можно увидеть, что доходы от корпоративного и инвестиционного банкинга составляют большую часть общего объема доходов банка. Понятно, что со временем это соотношение будет «выправляться» за счет роста доли ритейла в доходах нашей финансовой структуры. Однако ожидать его быстрой коррекции вряд ли стоит: я думаю, что доходы от ритейла станут сопоставимыми с доходами от корпоративного банковского бизнеса только к 2010 году, не раньше.

— Тем не менее на индийском рынке розничных банковских услуг ICICI Bank уже является заметным игроком. Помогает ли вам опыт, приобретенный там, при работе в России? И в целом, насколько, с вашей точки зрения, российский банковский рынок отличается от индийского?

— Начну отвечать со второго вопроса. Индийский рынок одновременно и похож на российский, и в то же время отличается от него. Похож, потому что оба они относятся к числу развивающихся рынков и поэтому для них характерна высокая маржа и быстрый рост. И в России, и в Индии при этом существуют благоприятные условия для развития банковского сектора: экономический бум, политическая стабильность, растущий интерес людей к банковским услугам. Так что определенное сходство между этими двумя рынками, действительно, есть.

— Судя по вашему ответу, есть и различия?

— Разумеется, и они достаточно серьезны. Начать хотя бы с того, что масштабы индийского и российского рынков несопоставимы. Население Индии составляет 1 млрд человек, при этом численность населения растет очень быстро. Стоит ли удивляться тому, что клиентская база у индийских банков сопо- ставима только с клиентской базой, которой располагают крупнейшие российские банки: у ICICI Bank, например, насчитывается более 25 млн клиентов, а у крупнейшего банка Индии число клиентов достигает 90 млн человек! Не все страны могут похвастаться таким населением, что уж говорить о клиентской базе банков. А я уже говорил о том, что бизнес розничных банковских услуг становится прибыльным только после достижения определенных объемов. Индийские банки — во всяком случае, крупнейшие из них — таких объемов уже достигли, большинству российских банков это еще только предстоит.

Второе отличие заключается в степени «проникновения» банковских услуг — в Индии она на несколько порядков выше, чем в России. В Индии работает несколько сотен банков, среди которых и универсальные финансовые структуры, и банки, специализирующиеся на частном обслуживании (private banking), и небольшие по размеру банки, предоставляющие услуги на региональном уровне, и, наконец, иностранные банки, которым разрешено открывать в Индии свои филиалы. В результате число подразделений и точек продаж банковских продуктов и услуг достигает у нас десятков тысяч. В России же, как известно, доступность банковских услуг для населения остается пока серьезной проблемой.

Наконец, третье, но не последнее по важности различие, которое носит не столько количественный, сколько психологический характер. Индия — благополучная страна, в том смысле, что пока она не переживала ни одного сколько-нибудь серьезного банковского кризиса. При этом здесь существуют банки, история которых насчитывает уже более 100—200 лет. Понятно, что при таком раскладе население настроено по отношению к банкам и к банковской системе в целом очень доброжелательно. Такое доверие дорогого стоит — российские банки как никто другой могут это оценить. Потому что в отличие от Индии Россия как раз пережила «кризис доверия» к банкам после событий 1998 года. И хотя в последнее время россияне все больше интересуются продуктами и услугами кредитных организаций, значительная часть населения все еще предпочитает держать деньги «под матрацами». В Индии, напротив, люди несут сбережения в банки, поскольку совершенно уверены, что с их деньгами ничего плохого там не случится.

— Из вашего ответа можно сделать вывод, что Индия не переживала и кризиса «плохих долгов», которым теперь так часто пугают Россию. Насколько, с вашей точки зрения, вероятен он у нас?

— Мне кажется, что опасность развития ситуации по такому негативному сценарию сильно преувеличена. Да, у некоторых российских банков могут возникать проблемы из-за роста объемов невозратов. Однако, на мой взгляд, сейчас нет никаких оснований говорить, что эти «локальные» неприятности могут перерасти в полномасштабный кризис. Для того чтобы понять это, достаточно посмотреть на текущее соотношение между такими показателями, как суммарные доходы домохозяйств и суммарные объемы задолженности россиян перед банками. Также очень важно и другое соотношение — между доходами людей и тем, сколько денег они отдают банкам в рамках ежемесячных платежей. Так вот, в России, как и в Индии, последнее соотношение не превышает 1%! На практике это означает, что из заработанных 1000 долларов россиянин-заемщик пока отдает ежемесячно в погашение своего долга перед банком только 10 долларов. Такое соотношение нельзя считать предвестником кризиса «плохих долгов», особенно если учесть, что в некоторых странах оно достигает 25 и даже 50%!

— Но ведь если объемы плохих долгов продолжат увеличиваться с такой скоростью, с которой они увеличиваются сейчас, упомянутое вами соотношение может составить и 25, и 50%.

— Я не думаю, что такое возможно. Страх перед кризисом «плохих долгов» неизбежно заставит банки стать более осмотрительными при предоставлении кредитов и более тщательными при проверке кредитоспособности заемщика. Но главным препятствием для развития ситуации по негативному сценарию, на мой взгляд, будет не это, а поведение заемщиков. Для россиян, как и для индийцев, характерен достаточно высокий уровень кредитной культуры: люди готовы не только брать у банков кредиты, но и отдавать их. Поэтому я не предвижу каких-то глобальных потрясений в российском банковском секторе из-за проблемы «плохих долгов».

— Кого из российских банков и из «дочек» иностранных банков вы видите в качестве своих главных конкурентов здесь?

— Всех. Мы не выбираем себе конкурентов исключительно по размеру активов или по количеству клиентов. С моей точки зрения, большинство российских банков способны составить достойную конкуренцию любому иностранному банку, даже весьма крупному. У них хорошая технологическая база, развитая продуктовая линейка.

— Но есть же, наверное, банки, чей опыт вы хотели бы перенять, или банки, которые, с вашей точки зрения, наиболее успешно работают на рынке?

— Безусловно, есть. Из иностранных банков я бы назвал Райффайзенбанк — нам очень импонирует его стратегия работы на российском рынке. А из российских — конечно, Сбербанк. Такой игрок волей-неволей обращает на себя внимание.

— В свое время ICICI Bank вошел на российский рынок, приобретя небольшой региональный банк. Планируете ли вы новые сделки по покупке российских банков с целью расширения своего присутствия здесь?

— Мы не исключаем для себя такой возможности, однако не готовы к тому, чтобы покупать банки по любой цене и на любых условиях. Не секрет, что сейчас многие иностранные банки, желающие войти на российский рынок, готовы покупать российские финансовые структуры с коэффициентом в 4, 5 и даже 6 раз к капиталу. При этом не всегда можно с уверенностью сказать, что приобретенный банк оправдает надежды, которые возлагают на него покупатели: ведь, по идее, они должны надеяться, что банк в непродолжительное время вырастет в 4, 5 и даже 6 раз по сравнению с тем уровнем, на котором он был куплен.

— То есть, с вашей точки зрения, российские банки сейчас слишком дороги?

— Я бы не стал в данном случае обобщать — дороги они или нет, этот вопрос каждый покупатель решает для себя в каждом конкретном случае. Наша позиция такова, что мы готовы рассматривать вопрос о приобретении новых банковских активов, но только в том случае, если нас устроит соотношение цены и качества.

— Название «АйСиАйСиАй Банк Евразия» звучит не слишком привычно для слуха россиян. Не планирует ли банк проведение ребрэндинговой кампании с целью изменения имени своей российской «дочки»?

— Знаете, мы работаем на российском рынке больше года и не замечали пока, чтобы клиенты покидали нас из-за непривычного звучания нашего имени или чтобы они не доверяли из-за названия банка. Я думаю, что инвестиционные симпатии и антипатии определяются совсем иными вещами, и прежде всего качеством обслуживания в банке. Над его повышением мы работаем постоянно, а проводить ре- брэндинговую кампанию не собираемся ни сейчас, ни в обозримом будущем.

ДОСЬЕ

Ниранджан Шанкар Лимайe родился в 1969 году в Индии. В 1991 году он окончил Инженерный колледж (г. Бомбей) и получил степень бакалавра инженерных наук. В 1995 году он окончил программу «управление бизнесом» в Институте менеджмента (Индия). В ICICI Group Ниранджан Шанкар Лимайe работает с 1995 года. Он пришел в банк в качестве помощника менеджера в группу финансирования проектов и уже через три года был назначен на должность заместителя начальника группы управления проектами, а еще через три года — вице-президентом. В 2004 году Ниранджан Лимайe был переведен в Международный банковский департамент ICICI Bank Limited в качестве руководителя представительства в Южно-Африканской Республике. Он занимался созданием представительства ICICI Bank Limited в Йоханнесбурге и возглавлял его до получения назначения в «АйСиАйСиАй Банк Евразия» в марте 2007 года.

СПРАВКА

ICICI Bank является крупнейшим частным банкам Индии, его активы составляют 67 млрд долларов США по данным от 31 декабря 2006 года. Банк имеет более 685 отделений и точек продаж, присутствует в 17 странах, включая дочерние банки в Великобритании, Канаде и России, оффшорные подразделения в Сингапуре и Бахрейне, консультационное отделение в Дубаи, отделения в Гонконге, Шри-Ланке и Бельгии, а также представительства в США, ОАЭ, Китае, ЮАР, Бангладеш, Таиланде и Малайзии.
«АйСиАйСиАй Банк Евразия» — 100-процентный дочерний банк ICICI Bank Ltd. «АйСиАйСиАй Банк Евразия» входит в 50 крупнейших российских банков по размеру активов (по данным ЦЭА Интерфакс по состоянию на 1 января 2007 года). По итогам 2006 года банк стал лидером процентного роста активов: за год они увеличились на 1320% и составили на начало 2007 года 8,37 млрд рублей.

Анастасия СКОГОРЕВА

Фото: «Банковское обозрение»