Владимир Сафронов: «Мы создаем сквозную систему контроля»
Фото: Деловая неделя

Владимир Сафронов: «Мы создаем сквозную систему контроля»

3892

Первый зампред ЦБ Геннадий Меликьян 9 сентября покидает свой пост. Нынешний руководитель главной инспекции кредитных организаций, зампред ЦБ Владимир САФРОНОВ рассказал спецкорреспонденту РБК daily о том, как коллектив воспринимает уход г-на Меликьяна и какие изменения произойдут в работе инспекции.

— Банк России покидает один из видных его представителей — Геннадий Меликьян. Как его работу оценивают в ЦБ?

— Обычно руководителя оценивают по трем составляющим: профессионализм, организаторские способности и человеческие качества. Как правило, значимость этих составляющих определяется в такой последовательности. А я в первую очередь отметил бы человеческие качества Геннадия Георгиевича: именно они позволили коллективу надзорного блока преодолеть тяжелейший период — гибель Андрея Козлова (первый зампред ЦБ был убит в 2006 году. — РБК daily), а затем — глобальный финансово-экономический кризис. В это непростое время Геннадий Меликьян смог сплотить коллектив. Поэтому, я считаю, главное и ценнейшее его качество как руководителя надзорного блока — это умение пробудить в сотрудниках их лучшие каче­ства, инициативу и творчество, дать людям почувствовать радость и удовлетворение от надзорной работы, которую, откровенно говоря, нельзя назвать комфортной.

Именно при нем началось формирование второго контура банковского надзора. Начато и успешно осуществляется централизация инспекционной деятельности в Банке России. Это важнейшие направления реформирования надзора и инспектирования, которые, я надеюсь, мы продолжим развивать и совершенствовать.

— Вы говорите о централизации как важнейшем направлении инспекционной деятельности. Как этот процесс развивается сейчас?

— С 1 января 2012 года инспекционная деятельность будет централизована в 51 территориальном учреждении Банка России, что составляет почти 65% от общего количества его территориальных учреждений. Это Северо-Западный федеральный округ, Сибирский, Дальневосточный федеральный округ, Уральский и Центральный, за исключением Москвы и Московской области. В этих территориальных учреждениях будут созданы 43 региональных инспекционных учреждения.

В восьми территориальных учреждениях региональные инспекции создаваться не будут. Это те территориальные учреждения, где отсутствуют самостоятельные кредитные организации или их количе­ство небольшое, как, например, в Карелии, на Чукотке, в Туве, Забайкальском крае, Еврейской, Магаданской, Брянской и Тамбовской областях.

Централизация — это не просто переподчинение инспекций из компетенции территории центральному аппарату, она предполагает целый ряд мероприятий, направленных на повышение качества инспекционной деятельности. Это внедрение новых подходов и процедур, направленных на повышение качества проверок, усиление контроля за их результатами. С 1 января 2012 года мы планируем в центральном аппарате Банка России создать отдел внутреннего контроля, который будет опираться на свои низовые звенья в межрегиональных инспекциях. В то же время на местах в межрегиональной инспекции будут соответствующие сотрудники, которые станут осуществлять процесс внутреннего контроля. То есть мы создаем сквозную систему контроля.

Как сопрячь надзор с инспекцией

— Почему вы считаете, что переподчинение инспекционных подразделений от территориальных учреждений центральному аппарату ЦБ позволит принципиально улучшить качество инспекционной работы?

— Централизация — это и комплекс мер, инструментов и технологий, таких как мониторинг и координация хода проверок, внедрение технологических карт проверок, а также автоматической системы «инспектор» и электронного макета актов проверок. Но самое главное — это построение принципиально новой системы взаимодействия надзора и инспектирования, что, с моей точки зрения, является ключевым моментом.

— В чем это будет выражаться?

— Это четкая регламентация действий надзора и инспектирования. Речь идет о построении системы взаимодействия с четко прописанными полномочиями и функциями, а также ответственностью инспекции надзора. По существу, мы говорим о перманентном взаимодействии надзора и инспектирования.

Приведу пример. Информация, полученная в ходе проверки (и до ее окончания), предоставляется надзору. В течение нескольких дней ее анализируют, и по ней принимается решение о необходимости проведения совещания с руководством и собственниками банка для выработки мер по устранению этих нарушений. Затем эти меры направляются для анализа рабочей группе инспекторов, чтобы в ходе продолжающейся проверки они оценили реальность выполнения коммерческим банком таких мер, а также качество источников, привлеченных им для решения выявленных проблем. Пока инспектирование и надзор не решат проблемы стимулирования банка к изысканию и направлению на решение проблем, выявленных в ходе проверки, реальных ресурсов, а не новых схем — нельзя говорить об эффективной работе надзора.

Такие же процедуры и действия должны быть регламентированы для всего надзорного и инспекционного процесса. В частности, для инспектирования — они должны быть регламентированы с момента формирования сводного плана проверки, предпроверочной подготовки, формирования риск-ориентированного задания, активного взаимодействия куратора и уполномоченного представителя с рабочей группой в ходе проверки и постпроверочных мероприятий, а также во время работы над возражениями кредитной организации, анализом акта проверки. При всей бюрократичности и обыденности этих действий без их регламентации мы не сможем повысить эффективность работы сотрудников надзора и инспектирования.

— Если все так хорошо с реформированием инспекций, как объяснить последние события с банкротством и санацией ряда крупнейших банков?

— Безусловно, в деятельности инспекции, как и в деятельности любого подразделения, есть свои недостатки. Для этого мы реформируем инспектирование. Я могу со всей ответственностью заявить: у меня нет оснований краснеть за качество актов по итогам проверок, которые проводились сотрудниками центрального аппарата главной инспекции ЦБ или структурными подразделениями, перешедшими в состав главной инспекции в ходе централизации.

Чего банкам ждать от ЦБ

— Планируете ли вы в связи с этим какие-то нововведения в инспекционной деятельности?

— Работа по совершенствованию инспекции и надзора в целом идет постоянно. Я бы внес такие предложения по совершенствованию инспектирования. Во-первых, одним из ключевых моментов является формирование риск-ориентированных заданий на проведение проверки. То есть заданий, в которых рабочей группе четко указаны те зоны риска, где, по мнению надзора, требуется повышенное внимание: что проверять, за какие периоды проверять. Именно концентрация инспекционных ресурсов на этих зонах риска позволит максимально повысить качество проверки. Привлекать к формированию риск-ориентированного задания нужно как кураторов кредитных организаций, так и уполномоченных представителей.

Необходимо разработать новые подходы к определению выборки при проверке кредитного портфеля. В частности, мы предлагаем при проверке кредитного портфеля крупных банков смотреть все виды кредитов. То есть не только на 30 крупнейших ссуд, как это принято сейчас, а из каждого вида кредита брать определенную выборку. Для оценки качества кредитного портфеля можно также применять метод сплошной проверки отдельных видов ссуд: то есть тех, где, как предполагается, высока концентрация рисков. Это, допустим, кредитование инвестиционных проектов или ссуд, предоставленных заемщикам-нерезидентам.

— Что нужно сделать, если выйти за рамки инспекции?

— Нужно совершенствовать нормативные документы Банка России, в том числе положение № 254-П, а конкретно — уточнить перечень минимальной информации и документов, помещаемых в досье заемщика. Сейчас такого минимально необходимого перечня нет. И нормативная неурегулированность этого вопроса влечет за собой возможность манипулирования внутренних методик оценки рисков под конкретных заемщиков и личные интересы топ-менеджеров ряда банков без учета долгосрочных интересов банка. Дает возможность изменять структуру досье заемщика, то есть изымать отдельные документы о заемщиках, в том числе и для сокрытия информации об их реальном состоянии и характере их деятельности.

Кроме того, необходимо определить минимальные требования к контрольным мероприятиям, которые должна осуществлять сама кредитная организация при проверке достоверности информации о заемщике и его деятельности. И еще один немаловажный вопрос — это законодательное закрепление минимальных требований к организации управления рисками в банке.

Беседовал Игорь ПЫЛАЕВ