Хавьер Солана: «Я оптимистичен, но не наивен»
Фото: Wikia.com

Хавьер Солана: «Я оптимистичен, но не наивен»

5758

Экономические проблемы в еврозоне, столкновения на Ближнем Востоке, северокорейская угроза… Эти и другие события, происходящие сегодня в мире, отнюдь не внушают оптимизма и наводят на мысль о том, что повсюду царит хаос. Однако нынешние проблемы можно разрешить, пусть это и будет непросто, утверждает бывший верховный представитель Европейского союза по общей внешней политике и политике безопасности Хавьер СОЛАНА. Во всяком случае, в беседе с вице-президентом Брукингского института Мартином ИНДИКОМ он подчеркнул два слова, касающихся решения нынешних мировых проблем: по его мнению, это «трудно», но «осуществимо».

— Начнем с Европы. Если взглянуть на нее с американской точки зрения, то там постоянно происходят те или иные потрясения, особенно в сфере финансов и экономики. Каково ваше видение перспектив этого региона и возможностей стабилизации в будущем?

— По моему видению, как только там решается одна проблема, тут же назревает новая, и это создает пессимистичный настрой. В то же время проблема с банковской системой Кипра была решена, пусть и очень непрофессионально. Но впереди нас ждут два важных события. Первое и, пожалуй, самое важное — выборы в Германии в конце 2013 года, а также выборы в Европарламент в 2014 году. Это очень значимый властный орган (пусть мы и не всегда это понимаем), поскольку он совместно с Еврокомиссией обсуждает самые существенные вопросы. Так что стоит дожить до выборов в Германии, а после того нам уже откроется более широкая перспектива для обозрения.

— То есть вы ожидаете, что новый канцлер ФРГ будет проводить более мягкую политику?

— Я полагаю, что вероятность смены канцлера невысока, скорее, там поменяется состав правительства. Мне кажется, что соотношение сил там может измениться и в ближайшие пять лет новое правительство осуществит перемены, необходимые для дальнейшего роста, — те перемены, которых не происходит сейчас.

— В последнее время распространены опасения относительно того, что весь европейский проект «расползется по швам». Но вы сохраняете оптимизм и считаете, что процесс интеграции будет в итоге успешно завершен…

— Да, я оптимистичен — но не наивен. Эти процессы будет очень трудно осуществить, но любая другая альтернатива все равно оказалась бы намного хуже. Так что лидеры стран этого региона будут идти вперед, и единственным результатом этого процесса станет усиление интеграции, а не ее ослабление. Конечно, трудностей не избежать, поскольку, к примеру, Великобритания не стремится к углублению интеграции. Но мы должны найти решение, которое сплотит ядро основных стран еврозоны, а также поможет наладить взаимоотношения со странами, не входящими ни в Евросоюз, ни в еврозону…

— …и следовать за Европой?

— Да, следовать за ней. На разных скоростях, но следовать.

— Вписывается ли Турция в эту картину, если вообще вписывается?

— Я думаю, что у Турции на сегодня перспектива несколько иная. Если путь «следования за Европой» будет реализован (а в ближайшее время этого не произойдет), то все равно у Турции несколько иная стезя, ведь в еврозону она вступать не будет и войдет во «вторую очередь» стран. Это, конечно, мечта, но мечта, над которой стоит поразмыслить и реалистам.

— Поговорим о соседе Турции — Иране. Каковы перспективы этого государства, учитывая переговоры по иранской ядерной проблеме в Казахстане?

— Думаю, никаких подвижек в Иране не будет до выборов, которые состоятся в июне. Им нужно добиться положительных результатов сейчас, а потом более энергично продолжить процесс с участием нового правительства. Решение ядерной проблемы Ирана очень трудное, но осуществимое. Я хочу особо подчеркнуть два слова: «трудно» и «осуществимо».

— И как же будет выглядеть это «осуществимое»?

— Ирану нужно согласиться на <сворачивание работ по обогащению урана> до уровня в 20%. Это вполне достижимо.

— Поговорим о Сирии. Сложившаяся там ситуация чем-то напоминает Косово. Вы лично участвовали в разрешении кризиса в Косово. Десятки тысяч убитых, миллионы беженцев, и, кажется, все там близко к хаосу. Как вы считаете, что международное сообщество должно предпринять по этому поводу?

— Первое чувство, которое здесь возникнет у любого человека, — фрустрация. Совет безопасности ООН не может найти решение для этой проблемы — проблемы по-настоящему трагичной. Это ставит под вопрос саму возможность наведения порядка в мире. У нас есть серьезная проблема, которая заключается в том, что США, Европа, Россия и другие страны находятся не на одной волне.

Наша огромная ошибка в самом начале была в том, что мы не выработали решения, приемлемого для всех, особенно для Европы, русских и американцев. Не стоит забывать, что Сирия и Иран во многом взаимосвязаны, и, таким образом, тут возникла двойная проблема.

— То есть ключ к решению проблемы — достижение согласия между Россией и США?

— Несомненно, европейско-американско-российская договоренность должна стать ключевым решением проблемы, и в ходе встречи в Женеве мы очень близко подошли к данному вопросу. Но тем не менее ситуация со временем все ухудшается, и трудностей все больше.

— Говоря обо все увеличивающихся трудностях: израильско-палестинский конфликт все еще застрял в той же точке, скоро пройдет очередной раунд переговоров. Госсекретарю США Джону Керри предстоит уже третья поездка в Израиль, связанная с этим вопросом. Что, по вашему мнению, можно сделать в данном случае?

— Секретарь Керри, как и было сказано, участвовал в этих переговорах уже трижды за довольно короткий промежуток времени. У него довольно плотное расписание… и он очень сильная личность. То, что он повсюду ездит, не значит, что он забыл о ближневосточной проблеме. И у него есть способности к тому, чтобы продвинуть этот процесс дальше. Я очень надеюсь, что так и будет. В противном же случае ближневосточная проблема так и останется нерешенной, и израильско-палестинский конфликт по-прежнему будет очагом нестабильности в Ближневосточном регионе.

— То есть не то чтобы это решило все прочие проблемы, но значительно облегчит их решение.

— Да, правильно.

— Еще одна проблема — события в Египте, там сложилась напряженная и непростая ситуация во взаимоотношениях ООН и правительства братьев-мусульман. В страну введены войска, идут переговоры с Международным валютным фондом относительно поддержки им египетской экономики, состояние которой меж тем грозит катастрофой. Что, по-вашему, нужно сделать там?

— С моей точки зрения, приоритетом в данный момент должна стать экономика. И если экономические проблемы не будут решены, то ни о какой политике говорить не придется. Поэтому необходимо достичь соглашений с МВФ, но прежде правительство страны должно провести целый ряд реформ. А когда экономическая ситуация улучшится, то и пространство для политики расширится. Несмотря на то что политики в Египте достаточно обособлены от экономики, им все равно стоит помнить о том, что людям необходимо не только чувство национальной гордости, но также им нужны и новые рабочие места. И если экономическая ситуация не будет разрешена, то политическая будет только ухудшаться. Я ставлю на достижение договоренности с МВФ, однако и президент Египта Мохаммед Мурси должен что-то сделать.

— Каждый раз, когда я просыпаюсь и слушаю новости, у меня возникает чувство, что в мире царит хаос. Столько проблем, столько трудностей — будь то стагнирующая экономика, напряженность вокруг Северной Кореи, проблемы банковской системы на Кипре или уже обсуждавшаяся активность Ирана в вопросе ядерных вооружений… Будучи человеком, весьма заинтересованным в том, чтобы на планете был порядок, вы не можете не отметить, что на деле беспорядка очень много. В какую сторону, с вашей точки зрения, развивается общемировая система?

— Я опечален, если можно так сказать. Я ожидал совсем другого — что мир усвоит уроки кризиса и прочих событий, но на деле «большая двадцатка» не играет той роли, которую должна. Я очень надеюсь, что более активную роль начнут играть региональные организации (Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Лига арабских государств, Африканский союз). Я думаю, они способны придать системе новую динамику, но в целом мировые правительства не улучшаются и не оправдывают ожиданий.

Биография

Франсиско Хавьер Солана де Мадариага (исп. Francisco Javier Solana de Madariaga) родился в 1942 году в Мадриде. Ученый-физик, работал на исследовательских и преподавательских должностях в Мадридском университете Комплутенсе. В 1988 году стал министром образования и науки Испании, в 1992-м — министром иностранных дел страны. С 1995 по 1999 год — генеральный секретарь НАТО, с 1999 по 2009 год — генеральный секретарь Совета Европейского союза и верховный представитель ЕС по общей внешней политике и политике безопасности. В настоящее время — заслуженный старший научный сотрудник Брукингского института.

Брукингский институт (англ. Brookings Institution) — исследовательский институт в США, основанный в 1916 году. Признан одним из важнейших мировых научных и аналитических центров и специализируется на общественных науках, внешней политике и мировой экономике.

Наталья ЧЕРКАШИНА, специально для Banki.ru