Кирилл Царев: «Назрел вопрос о разграничении трех видов лизинга»
Фото: сайт ОЛА

Кирилл Царев: «Назрел вопрос о разграничении трех видов лизинга»

Евгения НОСКОВА
1431

Лизинг поделят на троих

Участники рынка готовят поправки в отраслевой закон

Объединенная лизинговая ассоциация (ОЛА) опубликовала отзыв на проект поправок в ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», в котором отмечается, что и сам законопроект, и пояснительная записка к нему нуждаются в существенной переработке и не могут быть поддержаны в представленном виде. О том, что не устроило участников рынка и какие изменения в закон они считают необходимым внести, в интервью «Российской бизнес-газете» рассказал президент ОЛА Кирилл Царев.

— Вы предлагаете законодательно разделить три вида лизинговых отношений — выкупной лизинг, «истинная финансовая аренда» и возвратный лизинг. В чем главные различия этих видов и как они должны быть прописаны в законе?

— Такое разделение может стать полезным в стратегической перспективе, причин для спешки нет, многие активные голоса в нашей ассоциации давно предлагают это сделать, но мы понимаем, что вопрос требует проработки. Пока можем обозначить только общие контуры. Во всех трех видах лизинговая компания вкладывается в предмет лизинга для клиента. Выкупной лизинг — это договор, в котором право собственности на предмет лизинга при полном исполнении сторонами своих обязательств должно перейти к клиенту. Суть такого договора — приобрести имущество для клиента и предоставить рассрочку за определенный процент; лизингодатель возмещает свои затраты и получает вознаграждение, по сути, это финансовое посредничество. Именно этот вид лизинговых отношений весьма распространен в российской практике. Так называемая «истинная финансовая аренда» означает, напротив, неизвестность, перейдет ли право собственности: в конце срока лизинга имущество вполне может и вернуться к лизингодателю, стороны предусматривают опцион или вообще не предусматривают выкупа. Тем не менее остаются важные черты именно «финансовой» аренды, отличающие ее от проката: срок пользования имуществом составляет существенную часть его срока службы, значительная часть рисков и выгод пользования имуществом переходит на клиента. Отраслевые эксперты называют этот вид лизинга «истинной финансовой арендой», имея в виду, что этот вид ближе к аренде, чем выкупной лизинг — финансовое посредничество: ясно, что никакой «ложной» финансовой аренды нет. Мы назвали в отзыве лизинг, где нет однозначного выкупа, эксплуатационным лизингом, а не операционным, чтобы не путать эти отношения с прокатом, обычной арендой. В России такой вид лизинговых отношений встречается редко, он больше распространен в Европе. Различие между двумя видами лизинга проводится не просто по формальным условиям договора, а по экономической сути отношений.

— Наконец, возвратный лизинг…

— Это, по сути, заем под передачу заемщиком права собственности на свое имущество в обеспечительных целях. Должник получает заем, но оформляется это как продажа имущества и уплата его цены. Дальше должник пользуется имуществом как арендатор и выкупает имущество, возвращает заем, платит проценты, но оформляется это как обратная покупка. Каждый из этих трех видов лизинга имеет важные особенности, но сейчас на практике они смешиваются; из-за этого сложнее составлять договоры и вести судебные споры. Мы считаем, что назрел вопрос о разграничении этих видов, по ним нужно установить особенности законодательства в трех ключевых вопросах — о лизинговых платежах, о выкупе предмета лизинга и о расчетах при изъятии предмета лизинга. В международных стандартах финансовой отчетности (МСФО) такое различие прослеживается давно, сейчас обсуждается проект новых МСФО об аренде, где оно может стать еще более явным. Важно, что МСФО — это не просто методика отражения проводок в учете, основной принцип МСФО — приоритет существа отношений над их формой, и мы полагаем, что этого очень не хватает нашему законодательству.

— Законопроект в текущей версии признает повторный лизинг, однако статья нуждается в существенной доработке. Что необходимо учесть при внесении изменений в проект закона и в ГК РФ?

— Мы считаем, что для признания повторного лизинга нельзя обойтись без изменения ГК РФ, а законопроект таких изменений не вносит. Другие замечания касаются юридических формулировок, законопроект в этой части ухудшен по сравнению с прежней версией.

— Авторы нынешней редакции законопроекта предлагают считать все платежи при выкупном лизинге, кроме символической выкупной цены, платой за пользование предметом лизинга. В отзыве ОЛА отмечается, что «довод, что такое предложение выгодно лизингодателям, очевидно, нельзя положить в основу закона». Почему? Какой подход предлагаете вы?

— Сначала объясню, как мы поняли авторов. Зачем понадобилась эта формулировка? Ее смысл в том, что все платежи, кроме символической выкупной цены, не подлежат возврату, если договор расторгнут и лизингодатель изъял предмет лизинга. В подавляющем большинстве ситуаций так и должно быть. Если клиент перестал вносить платежи, то лизингодатель может изъять имущество. Чаще всего даже тогда лизингодатель остается в убытке, в таких ситуациях мы убеждены, что клиент хотя и лишился возможности выкупить имущество, но не может требовать возвратить какую-то часть платежей. Это признано в деле лизинговой компании «Европлан», которое рассмотрел Высший арбитражный суд в конце 2011 года. Но есть и другие ситуации, когда лизинговая компания, изъяв имущество за неплатежи, например в конце срока лизинга, оказывается в выигрыше. Она получает в виде уже начисленных платежей и стоимости изъятого имущества больше, чем должна была получить, уплати клиент в срок, даже с учетом дополнительных расходов на изъятие, хранение и перепродажу имущества. ВАС говорит, что так нельзя, потому что нарушение обязательств не может приносить больше, чем их исполнение. Закон не может изменить экономическое содержание отношений: выкупной лизинг заведомо направлен не только на пользование, но и на приобретение в собственность, клиент платит и за возможность сделать предмет лизинга своей собственностью по окончании срока лизинга. Плата за право собственности на самом деле заложена в текущих платежах, а не только в символической выкупной цене. Если лизинговая компания получила в виде начисленных платежей и стоимости изъятого предмета лизинга все, что должна была получить по договору, и покрыла дополнительные расходы, то сумма, которая получена сверх, по сути — переплата клиента за право собственности, которое он уже не сможет получить. Недавно представитель ВАС в Красноярске подчеркнул, что такой подход не случаен, это принцип. Казалось бы, если ВАС определенным образом истолковал закон, можно изменить сам закон и вернуть прежнюю практику, но, по сути, доводы ВАС не опровергнуты, и приходится признать, что в своем существе эта позиция более сбалансирована, чем прежняя практика. Нельзя составлять законы о договорных отношениях строго в пользу одной стороны, должно быть равновесие интересов. С другой стороны, у нас есть вопросы по методике расчетов, мы приветствовали бы по этому поводу уточнение позиции ВАС.

Наш подход — развивать позицию ВАС (что расчеты сторон при расторжении договора и изъятии имущества должны вестись по сальдо: сколько лизингодатель должен был получить и сколько получил). На практике чаще всего сальдо оказывается к взысканию с лизингополучателя, но в некоторых случаях может возникать и обязательство лизингодателя возвратить часть платежей лизингополучателю. Мы указали в отзыве, по каким вопросам хотелось бы большей правовой определенности, но наше мнение, что это возможно через развитие судебной практики и договорную работу, для этого не обязательны законодательные изменения.

— Как вы планируете действовать дальше? Будет ли подготовлен на основе отзыва новый пакет поправок к ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)»?

— Несколько лет назад три отраслевые ассоциации выработали единый подход к тексту законодательных изменений, но на стадии согласований с правительственными структурами и президентским Советом по кодификации возникли вопросы, насколько наши предложения сбалансированы, не слишком ли будут ущемлены интересы клиентов. Тогда у нас оказалось недостаточно опыта в отстаивании своих законных интересов. Поправки были доработаны, но начался процесс системного реформирования Гражданского кодекса, лизинговый законопроект временно ушел из приоритета ведомств. Сейчас возобновилось обсуждение законодательных изменений в лизинговой сфере. Наша позиция: нельзя повторить прежнюю ошибку, создать у правительственных и президентских юристов впечатление, будто мы пытаемся решить свои проблемы за счет своих клиентов. Нужно тщательно переработать текст, добиться, чтобы он был сбалансированным, не пошел на отклонение, как в прошлый раз. Годы развития судебной практики тоже нельзя просто «отменить» — судебная практика стала основным каналом развития права, ее нужно систематизировать. Закон должен стать современным, учитывать обновленные подходы к экономической и правовой природе лизинга. Работа только начата. Мы хотим выработать единую позицию отрасли через взаимодействие отраслевых ассоциаций. Мы как руководители лизинговых компаний готовы к совместной работе, будем привлекать экспертов. Отраслевые эксперты, которые работали над законопроектом несколько лет назад, сейчас сотрудничают с нашей ассоциацией, раньше мы с ними, бывало, спорили, теперь по многим вопросам они приняли нашу позицию, где-то мы с ними согласились. Мы не ставим цель главенства в этой работе и готовы вложить в нее наши силы и время.

См. также инфографику на сайте источника