Анатолий Аксаков: «Равный доступ к ликвидности — залог нормального развития банковской системы»

Анатолий Аксаков: «Равный доступ к ликвидности — залог нормального развития банковской системы»

2352

Меры, предпринятые российскими финансовыми властями для урегулирования кризиса ликвидности, устраивают пока далеко не всех участников рынка. Практически все региональные банки, независимо от своего размера, оказались «чужими на празднике жизни» распределения госсредств. О том, какие проблемы это может вызвать на национальном банковском рынке, и о мерах, которые необходимо предпринять для обеспечения банкам равного доступа к «длинным деньгам», рассказал в интервью журналу «Банковское обзрение» глава Ассоциации региональных банков «Россия» Анатолий АКСАКОВ.

Банки первого, второго и третьего сорта

— Анатолий Геннадьевич, сейчас один из самых актуальных для банков вопросов — это вопрос о привлечении краткосрочной и долгосрочной ликвидности. В апреле эта проблема, по мнению экспертов, обострилась из-за больших налоговых платежей. Как в целом вы оцениваете ситуацию здесь?

— Некоторая нервозность со стороны банков пока ощущается. Март-апрель стали для национальных финансово-кредитных организаций не слишком приятными периодами: март — потому, что на этот месяц пришелся пик платежей по внешним долгам, апрель — потому, что пришлось выплачивать налог на добавленную стоимость по новой схеме. Положительным моментом можно считать то, что своевременные и эффективные действия Банка России несколько «сгладили» напряженность на рынке. В то же время нервозность на рынке ощущается, несмотря на неоднократные заявления финансовых властей о том, что банковскую ликвидность будут поддерживать на необходимом уровне.

— Не совсем понятно: ЦБ уже не раз на деле продемонстрировал свою готовность не допускать кризиса ликвидности, а нервозность, тем не менее, сохраняется.

— Как раз понятно. Во-первых, нынешнему кризису ликвидности предшествовали события 1995 года, и 1998 года, и 2004 года. Конечно, сейчас ЦБ действует гораздо более эффективно, но определенный уровень недоверия на рынке еще сохраняется. С другой стороны, необходимо отметить, что Банк России предпринимает необходимые шаги по увеличению ликвидности на рынке фактически от случая к случаю, когда этого, с точки зрения регулятора, требует сложившаяся ситуация. Это, наверное, нормальная практика, если речь идет о слабом банковском рынке. Но президент Владимир Путин поставил задачу превращения России в один из мировых финансовых центров. А если мы притязаем на такую роль, значит, наши банки не должны постоянно беспокоиться об уровне текущей ликвидности; они должны знать, что действует некий механизм-автомат, при котором они имеют доступ к необходимым средствам на постоянной основе. Наличие подобного механизма позволило бы финансово-кредитным структурам, честно и добросовестно работающим на рынке, планировать долгосрочную стратегию, а не ставить свои действия в зависимость от уровня текущей ликвидности на межбанковском рынке.

— Но как раз эту задачу, если я правильно понимаю, и призваны решить последние действия финансовых властей, в частности размещение остатков бюджетных средств на депозитах в коммерческих банках.

— В том-то и дело, что эти действия лишь подтверждают наблюдение, весьма неприятное для многих российских банков. Судя по тому, на каких условиях проводится конкурс по размещению государственных средств, финансовые власти фактически разделили банки на две, а может, и на три группы. В первую, как легко догадаться, вошли топ-10 или, возможно, топ-30. Между ними, соответственно, и будут распределены бюджетные деньги. Остальные финансово-кредитные организации, и прежде всего региональные банки, не будут иметь такого доступа к средствам правительства, средствам бюджета, как «крупняк». Им придется довольствоваться тем, что им предоставят банки из топ-30, причем предоставят на заведомо невыгодных условиях.

— Когда вы говорите о критериях отбора, «неподъемных» для региональных банков, вы имеете в виду требования к размеру капитала?

— Конечно, прежде всего речь идет именно об этом. На сегодняшний день в России достаточно региональных банков, имеющих высокие рейтинги, зачастую более динамичных в своем развитии, чем структуры, занимающие лидирующие позиции. Стоит отметить и другое: региональные банки в течение последних нескольких лет доказали свою устойчивость, в то время как крупные банки неоднократно разорялись и исчезали с рынка. И если бы такой расклад был характерен только для нашего рынка — но посмотрите, то же самое мы можем увидеть сейчас и на рынках стран с развитой экономикой. Кто списывает огромные убытки из-за ипотечного кризиса в США и кризиса ликвидности на рынках капитала? Крупнейшие международные банки. А кто наименее болезненно переживает эти кризисы? Сравнительно небольшие финансово-кредитные структуры, работающие в тех или иных регионах. Тот факт, что они при этом обладают меньшим уставным капиталом, чем «крупняк», никак не отражается на их устойчивости. То же самое наблюдается и у нас. А благодаря явно завышенным требованиям к размеру капитала региональные банки автоматически «отсекаются» от участия в конкурсе на управление бюджетными средствами. Фактически им дают понять: ребята, извините, но вы — игроки второго сорта. Мы дадим деньги «крупняку», а вы уж с ним договаривайтесь.

— Но «крупняк» как раз выражает готовность делиться. Несколько дней назад глава ВТБ Андрей Костин заявил, что госсредства, размещенные на депозитах в крупных банках, будут затем распределяться среди прочих игроков в форме межбанковских кредитов.

— Мы не противопоставляем крупные федеральные банки и региональные банки. Тем более что те и другие являются членами нашей ассоциации. Слава богу, что финансовые власти хотя бы кого-то поддерживают. Но мы считаем, что справедливее и более эффективно с точки зрения интересов страны было бы пропорциональное размещение ресурсов во всей банковской системе в зависимости от размеров капитала и надежности банков. Ведь значительная доля этих госсредств скорее всего пойдет на выполнение финансовых обязательств крупных банков, кредитование их и перешедших по понятным причинам к ним клиентов, определенная часть осядет на счетах в ЦБ. В пользу такого предположения говорит то, как ведет себя «крупняк» на межбанке: что-то мы не наблюдаем его повышенной активности при кредитовании малых и средних банков. На межбанковские кредиты направляется лишь небольшая доля полученных денег.

«Крупняк» будет предоставлять скорее всего кредиты, сформированные из госсредств, на определенных условиях, и эти условия будут заведомо невыгодными для региональных банков. Прежде всего из-за высоких процентных ставок, но не только поэтому. Крупные банки будут давать понять: «Вы хотите, чтобы мы вас прокредитовали? Отлично, тогда переведите финансовые потоки своих клиентов в наш банк для того, чтобы мы были уверены в возврате кредитов и, в случае чего, в возмещении нам возможных потерь». То есть речь фактически пойдет о переманивании лучших клиентов, о создании ситуаций, при которых региональные банки попадают в заведомо проигрышную позицию, о фактическом удушении этих участников рынка. Соответствует ли это интересам регионалов? Конечно, нет. Соответствует ли это интересам российской экономики? Очень сомневаюсь в этом. Единственные, кто может остаться и останется в выигрыше от использования такого механизма распределения средств, это крупные федеральные банки. Но разве цель в том, чтобы «подкармливать» их?

«Федералы» и «дочки» не заменят региональные банки

— Итак, по вашему мнению, все движется к формированию в России так называемой «системы 30-ти банков», при которой на рынке фактически останутся только крупнейшие игроки. Но, может, это не так плохо, особенно если учесть, что банки-лидеры в последнее время заявляют о своей готовности работать в регионах, развивать филиальные сети и т. д.

— О готовности они, конечно, заявляют, а вот работают в регионах, по моим наблюдениям, зачастую менее эффективно, чем их региональные коллеги. Что вполне объяснимо, если учесть, что все решения о реализации того или иного проекта принимаются в головном офисе. Управляющие филиалами риски на себя брать не хотят, они слишком дорожат своим местом, чтобы самостоятельно принимать решения о кредитовании региональных предприятий, особенно компаний малого и среднего бизнеса. Вот и получается, что «федералы» вытесняют региональных игроков с рынка, занимают их места, но не выполняют их функций. В результате под вопросом оказывается кредитование реального сектора и в целом экономическое развитие регионов. А дальше уже следует вести речь об увеличении дифференциации между центрами и регионами, поскольку в центре сосредотачиваются основные финансовые потоки, а регионы остаются без таковых. Выходит, что в теории мы только и говорим о том, что нужно сокращать разрыв между уровнем жизни в центре и уровнем жизни в регионах. А на практике делаем все для того, чтобы этот разрыв не только не сокращался, но, напротив, увеличивался.

— Но ведь, наверное, есть крупные банки, реально заинтересованные в работе в регионах?

— Есть. Но проблема в том, что наряду с ними есть другие, которые ставят перед собой совсем другие цели — нарастить филиальную сеть, увеличить таким образом свою капитализацию и затем продаться тому или иному иностранному банку. Не секрет ведь, что многие наши финансово-кредитные структуры, вынашивают именно такие планы и приводят себя сейчас в предпродажное состояние.

— Но иностранные банки как раз, наверное, смогут адекватно заменить ушедших с рынка «регионалов».

— Не факт. У иностранных банков очень консервативные подходы к бизнесу, зачастую они не готовы финансировать даже очень привлекательные проекты, просто потому, что те не проходят по их критериям. К тому же здесь будет действовать тот же самый ограничительный механизм, что и в случае с крупными нашими банками: филиалы будут ожидать решения центра по тому или иному проекту. А ведь иногда деньги предприятиям необходимы срочно, и региональные банки как раз в таких случаях действовали очень быстро и эффективно. Уйдут они — «крупняк» и иностранцы не смогут стать адекватной заменой.

Равный доступ для банков — возможность, а не иллюзия

— Хорошо, но пока условия для массового исхода региональных банков с рынка не сложились, еще, по-видимому, можно предпринять меры для того, чтобы избежать подобного развития событий. Что предлагает ваша Ассоциация в рамках обеспечения равного доступа банков к краткосрочной и долгосрочной ликвидности?

— Если говорить о текущей ликвидности, то мы считаем, что необходимо узаконить краткосрочное беззалоговое кредитование Центральным банком региональных кредитных организаций. Не секрет, что достаточно часто возникает ситуация, при которой у банка возникает кассовый разрыв. Чтобы закрыть его, он обращается за кредитом к ЦБ, предоставляет требуемое обеспечение. Но на принятие решения в результате уходит столько времени, что к моменту получения средств они оказываются уже не нужны банку. Беззалоговое кредитование как раз призвано максимально облегчить доступ финансово-кредитных структур к необходимым краткосрочным займам.

— Но не будет ли такое кредитование чревато слишком высокими рисками? И кто будет принимать решение о предоставлении займов на региональном уровне?

— Решения, на мой взгляд, вполне способны принимать главные управления (далее ГУ. — Прим. «БО») Банка России, и они же будут оценивать уровни рисков при таком кредитовании. Не сомневаюсь в том, что у них для этого достаточно и опыта, и информации. Кстати, хотел бы отметить, что взаимоотношения между ГУ и региональными финансово-кредитными структурами зачастую являются предельно понятными и прозрачными. ГУ ЦБ знают, чем дышит каждый банк, поскольку сотрудники ГУ постоянно общаются с руководителями банков, постоянно проверяют балансы финансовых организаций, знают их историю, результаты их деятельности, их планы развития и т. д. Естественно, они представляют себе и уровни рисков при кредитовании, и то, кому можно давать беззалоговые кредиты, а кому нет.

— Но в данном случае речь идет о мере, направленной на пополнение краткосрочной банковской ликвидвидности?

— Да. Мы предлагаем и другие меры — например, установление процентного коридора, при котором банки могли бы брать краткосрочные кредиты у ЦБ. При этом нижняя планка процентной ставки не опускалась бы ниже уровня доходности депозитов ЦБ, а верхняя не поднималась бы выше процентной ставки по кредитам overnight. И в этом процентном коридоре Центральный банк должен работать. Подобная практика минимизирует возможность внезапных всплесков процентных ставок на рынке межбанковского кредитования. Просто потому, что при появлении таких всплесков банки будут обращаться за займами в ЦБ и получать фондирование на условиях более выгодных, чем на межбанке. Кстати, подобные процентные коридоры действуют в Англии, Норвегии и других странах с развитыми финансовыми рынками.

— То есть это не изобретенный велосипед, а мировая практика, уже доказавшая свою эффективность?

— Конечно. И эту практику вполне можно было бы использовать. Другая мера, также применяемая в странах с развитыми финансовыми рынками, — механизм кредитной линии. На практике это означает следующее: ЦБ проверяет банк и заключает с ним договор на предоставление такой линии по требованию финансово-кредитной структуры. То есть банк обращается в ЦБ и тут же получает необходимые средства, кредитные договора не оформляются каждый раз, не требуется время на проведение новых проверок и т. д.

— Хорошо, но мы говорим о способах пополнения краткосрочной банковской ликвидности. А как обеспечить банкам равный доступ к «длинным» средствам?

— Главное, что надо сделать для этого, — убрать нынешнее требование к размеру уставного капитала банка. Потому что мы видим, что из этого получается: рассчитывать на долгосрочные ресурсы, в данном случае на госсредства, могут только крупные структуры с мощными лоббистскими возможностями. На мой взгляд, вместо завышенного требования к показателям капитала, следует руководствоваться такими критериями, как баланс банка, выполнение банком определенных нормативов, наличие рейтинга, наконец. Причем рейтинга российского агентства, а то сейчас по непонятной, на мой взгляд, причине российские финансовые власти руководствуются при выборе банков-получателей средств рейтингами американских агентств. Давайте выберем наши агентства, вырастим их, и будем ориентироваться на их оценки, а не на рейтинги Standard & Poor’s и Moody’s Investor Service.

— А как вы видите роль Банка развития в обеспечении банков «длинными» ресурсами?

— На мой взгляд, Банк развития должен играть в фондировании национальной банковской системы активную и, что особенно важно, постоянную роль. Сейчас же у нас складывается парадоксальная ситуация: нашим банкам дают взаймы «буржуи» — иностранные финансовые организации, тот же ЕБРР (Европейский банк реконструкции и развития), а Банк развития никак национальную банковскую систему не поддерживает. Почему? Потому что реализует инфраструктурные проекты — строит дороги, финансирует развитие нанотехнологий, модернизирует производство и т. д. Но создание развитой банковской инфраструктуры — это тоже национальный проект, это вопрос не только обеспечения высоких темпов экономического развития, но и вопрос обеспечения национальной безопасности. На мой взгляд, Банк развития мог бы входить в капиталы мелких и средних банков, предоставлять им необходимые средства для развития, а затем продавать свои пакеты акций. Это позволило бы ему, с одной стороны, активно участвовать в развитии банковской системы, а с другой — получать доход от подобного инвестирования средств.

Угроза «оккупации» остается в силе

— Многие российские банки сейчас расширяют свой бизнес, в том числе в регионах, с прицелом на последующую продажу иностранцам. В связи с этим вопрос: насколько, с вашей точки зрения, велик риск «оккупации» национальной банковской системы иностранным капиталом?

— На мой взгляд, этот риск есть, и он довольно большой. Посмотрите, как быстро росла в течение последних нескольких лет доля нерезидентов в совокупном капитале российских банков. И я уверен, что в следующие несколько лет темпы этого роста будут не менее высокими, хотя бы потому, что благодаря последним решениям по распределению госсредств многие региональные банки потеряли веру в поддержку государства. Что им делать в сложившейся ситуации, если не рассматривать предложения о продаже и не готовить себя к поглощению со стороны крупного игрока? А иностранные финансовые группы не скрывают своего интереса к российскому рынку, и они готовы предлагать высокие коэффициенты — три, четыре и даже пять раз к капиталу банков.

К тому же действует и такой аргумент: наши банки получают дополнительную защиту, уходя под крыло к иностранному игроку. К «дочкам», как известно, регулятор относится куда более трепетно, чем к «своим», первых стараются не притеснять, на вторых, как мы видим, почти не обращают внимания. Вывод, к которому придут регионалы с учетом всех этих факторов, очевиден. И если ничего не изменится, расклад сил на рынке в пользу иностранцев может измениться уже очень скоро.

— Но так ли страшна ситуация, при которой контрольный пакет акций в совокупных активах банков перейдет в руки иностранцев?

— Опять же я не против иностранных банков. Они создают конкурентную среду, несут за собой новые технологии облуживания клиентов, многому учат нас. Но контрольный пакет в совокупном капитале должен быть у России. Может, я слишком большой ретроград, но полагаю, что для России потеря контроля над своей банковской системой — слишком большая роскошь. Хотя бы потому, что Россия хочет оставаться самостоятельным игроком на мировом экономическом рынке, хочет развивать те отрасли, которые она считает приоритетными. Скажите, кто будет кредитовать предприятия военно-промышленного комплекса и атомной энергетики, кто будет учитывать специфику работы российского бизнеса? «Западники» будут делать акцент на кредитовании крупных предприятий, при этом львиная доля средств пойдет на развитие компаний, связанных с добычей и обработкой сырья. Возможна ситуация, когда предприятия реального сектора не смогут рассчитывать на существенные финансовые вливания, потому что в интересах иностранного капитала, чтобы они ушли с рынка, освободив место для западных игроков. Подобная ситуация уже сложилась в странах Восточной Европы, где национальные банковские системы фактически прекратили свое существование. То же самое сложится и в России, если нынешняя тенденция развития не будет скорректирована.

На рынке нет места для двух регуляторов

— В последние несколько месяцев Ассоциация «Россия» активно выступала не только за обеспечение равного доступа банков к долгосрочным ресурсам, но и за то, чтобы деятельность банков контролировал только Центробанк. Ваша позиция по этому вопросу и по вопросу о том, должен ли Роспотребнадзор регулировать банковский рынок, не претерпела изменений?

— У меня нет оснований менять свою точку зрения. Я очень уважаю и Роспотребнадзор, и его руководство, и очень высоко ценю роль этого ведомства в очистке рынка от недоброкачественной продукции. Но мне не совсем понятно, почему Роспотребнадзор постоянно пытается заняться регулированием банковского рынка — есть еще много сфер, где его вмешательство не просто желательно, а необходимо. Судя по статьям, публикуемым в российских СМИ, до 70% всех реализуемых в России лекарственных препаратов не соответствует стандартам ГОСТа. Я бы посоветовал ведомству Геннадия Онищенко заняться проблемой освобождения полок аптек от этой некачественной продукции, а с проблемой освобождения «банковских полок» от недобросовестных банков, на мой взгляд, вполне успешно справляется Центральный банк. Появление на рынке еще регулятора или нескольких регуляторов легко может породить ситуацию, при которой у семи нянек дитя будет без глазу.

— Но Роспотребнадзор настаивает на том, что банки нарушают права потребителей, не соблюдая, в том числе, инструкции ЦБ.

— Не стану отрицать очевидную истину, что не все банки работают добросовестно. Но повторю — пусть этими недобросовестными участниками занимается ЦБ, у которого есть знания и необходимый опыт в решении подобных вопросов. Банковская система — очень уязвимый механизм: для того чтобы она началась сыпаться, зачастую достаточно затронуть один банк. Не следует забывать, что финансово-кредитные структуры работают с деньгами, а деньги обладают мультипликативным эффектом. Достаточно их где-нибудь вырвать из оборота, и проблемы могут возникнуть у десятков банков. Поэтому здесь необходима очень тонкая, аккуратная профессиональная работа, а не попытки решить проблемы быстро и хирургическим путем.

Беседовала Анастасия СКОГОРЕВА