«Российскому банковскому сектору необходимы реформы»
Фото: Saxo Bank

«Российскому банковскому сектору необходимы реформы»

Ларс Кристенсен
банкир
3649

Глава Saxo Bank Ларс КРИСТЕНСЕН пессимистично оценивает развитие мировой экономики, ожидая очередной волны кризиса в следующем году. Несмотря на это, он выделяет «островки стабильности».

Хотя Россия не является таковым, она может оказаться в выгодном положении. Ее дальнейшее экономическое состояние зависит от будущего реформирования банковского сектора, поделился мнением эксперт в интервью порталу Банки.ру.

— Как вы оцениваете текущую ситуацию в мировой экономике?

— Я достаточно пессимистично настроен. В большинстве стран в настоящее время ситуация очень сложная, особенно в еврозоне. В ней сейчас творится полный бардак. Тот факт, что ФРС продолжает проводить политику количественного смягчения, ухудшает ситуацию еще больше. Развивающиеся рынки сейчас замедляются, поэтому на самом деле трудно увидеть где-либо какие-то драйверы роста мировой экономики. В силу этого еврозона может снова погрузиться в волну кризиса. В 2014 году мы увидим либо нулевой рост, либо некую рецессию. Что касается роста США, то он тоже будет близок к нулю либо очень-очень слабым. Сейчас нет никаких оснований для оптимизма, ситуация будет только ухудшаться.

— Повторится ли кризис 2008 года?

— Я считаю, что кризис не заканчивался, он продолжается. Мы из него так и не вышли. Если вы посмотрите на основные показатели, то сейчас мы наблюдаем очень слабый рост. Это связано с финансовыми вливаниями и различными государственными инициативами. Дальнейшие расходы правительства еще больше увеличат долговую нагрузку и отсрочат восстановление глобальной экономики. Кризис никуда не уходил, и, к сожалению, все еще только впереди.

— Несмотря на это, какие экономики мира можно считать «островками стабильности»?

— Я не вижу таковых. Хотя есть регионы, которые можно с натяжкой так назвать. Допустим, Скандинавия и Германия. Эти страны в более или менее нормальном состоянии, в отличие от остальной части еврозоны. Швейцария очень интересная страна, кстати. За ней интересно наблюдать: она вроде бы и в еврозоне, а вроде и нет. Очень стабильная. У них сейчас профицит баланса. Поэтому, что касается 2008 года, я не вижу «островков роста», есть стабильность в некоторых регионах, но она тоже очень слабая. Реального роста не наблюдается.

— Что вы думаете по поводу экономической ситуации в России? Продолжится ли стагнация?

— Россия тоже находится под давлением, как и многие другие развивающиеся рынки. Вообще, России очень повезло, что цены на энергоносители, на нефть и другие ключевые товары очень высокие. Но в будущем, если повторится волна кризиса, при дальнейшем ухудшении глобальной экономики в 2014 году, цены на нефть и на природный газ могут упасть. Надеюсь, что они снизятся не настолько сильно, чтобы Россия потеряла значительную часть своей бюджетной выручки. Что касается финансовых рынков, фондовых рынков России, то они сейчас тоже находятся под давлением. В каком-то смысле на них давят больше, чем следовало бы. Россия на самом деле занимает хорошую позицию в плане восстановления. Просто сейчас она попала под горячую руку. То есть сейчас все выходят из развивающихся рынков, и РФ тоже оказалась в этой ситуации. Поэтому в 2014 году Россия также может пострадать от еще одной волны рецессии.

— Как вы оцениваете инвестиционный климат в нашей стране?

— На мой взгляд, у инвестиционного климата две составляющие. Когда мы смотрим на физических инвесторов и на институциональных инвесторов из России, мы видим, что они готовы рисковать, они достаточно агрессивно инвестируют. В этом отношении российские инвесторы достаточно активны, хорошо образованны. Они осознают ситуацию. Но если посмотреть в целом на финансовые рынки, то здесь явно не хватает реформ. Не хватает нового законодательства. Общекорпоративная среда, очевидно, страдает от необходимости законодательства. В России могли бы инвестировать гораздо больше, если бы прошли необходимые реформы. Поэтому наблюдается двоякая картина. С одной стороны — сами инвесторы, которые достаточно активны. С другой — есть та общая финансовая среда, которой не хватает модернизации и реформирования. Если реформы будут внедряться, то Россия окажется в хорошем положении. Сама позиция РФ сейчас очень привлекательна. В каком-то смысле судьба России находится в ее собственных руках. Все зависит от того, насколько быстро будут проводиться реформы. Но очень важно проводить не просто реформы, а правильные реформы. Тогда страна будет повышать свою конкурентоспособность, создавать более надежный свод правил, по которому могли бы действовать международные инвесторы в России.

— Как вы оцениваете развитие банковского сектора в России?

— Сама среда слишком непрозрачная. Она не совсем понятна, не совсем комфортна внешнему инвестору. Также финансовые рынки недостаточно ликвидны. Законодательство тоже не является оптимальным, оно недостаточно способствует открытию рынка для конкуренции. На самом деле открытая конкуренция на руку всем игрокам, и в этом отношении Россия должна брать пример с удачного опыта других стран. Ей нужно рассмотреть нормативно-правовую базу, конкурентную среду, ликвидность своих финансовых рынков. Все эти элементы должны быть синхронизированы. Любому инвестору хочется свободно входить на рынок и выходить с него, а среда пока к этому не располагает. Вдобавок в течение уже некоторого времени наблюдается отток средств. С другой стороны, кредитование в каком-то смысле растет бесконтрольными темпами, и это может стать проблемой в определенный момент.

В целом банковский сектор выглядит неплохо. Но здесь опять же надо смотреть на то, что будет происходить дальше с кредитами населения, и на бесконтрольный рост потребительского кредитования — это очень важные факторы. Так, вероятность «кредитного пузыря» существует. Закредитованность населения растет. И в каком-то смысле Россия начинает повторять путь, уже пройденный многими европейскими странами в прошлом. Во многих странах сейчас долговая нагрузка на среднюю семью очень высока. Это представляет собой риск для финансового сектора, для банковского сектора в целом. Но, кроме того, это ограничивает дальнейшие темпы развития банковского сектора.

— Какие, на ваш взгляд, сложились тренды в текущем году в общемировой банковской практике?

— Глобальная банковская среда сейчас находится не в самой лучшей динамике. У многих банков сейчас очень большие долги на балансах, в основном это казначейские облигации, государственный долг. С одной стороны, банки могут достаточно дешево занимать у Центробанка и размещать эти краткосрочные активы в финансовые инструменты. За счет этих заимствований через регулятор финансируется подъем на фондовом рынке. Но, к сожалению, все эти заимствования, которые должны были пойти в реальный сектор экономики, туда не идут. Они все вкладываются в финансовый сектор. И в этом заключается проблема. Реального роста не наблюдается. И вся Европа действует сейчас таким образом. В результате здесь могут возникнуть потенциальные риски для банковского сектора, как это происходило с греческими бондами. Эта история еще не закончилась, и другие южноевропейские банки могут также пострадать вслед за Грецией.

С другой стороны, банковское законодательство становится слишком жестким. На банки насаждается слишком много регулятивных ограничений, что никак не способствует росту кредитования и развитию банковской деятельности. Конечно, нет ничего плохого в том, что правительства хотят, чтобы банки играли по правилам, чтобы были соответствующие нормативы в отношении достаточности капитала. Банки должны обладать необходимым капиталом, должны резервировать капитал, чтобы контролировать свои риски. Но при этом нужно помнить, что период, когда вводится ужесточение требований по капиталу, выбран не слишком удачно. Ведь сейчас такая сложная ситуация. А банкам становится еще тяжелее работать на фоне более жесткого законодательства. В частности, я имею в виду кредитование частного сектора. Именно поэтому банки стараются естественным образом ужаться и сократить объем кредитования как физлицам, так и компаниям. Естественно, если банки начинают ужиматься, это сказывается на темпах экономического роста и сокращении общего объема кредитования физлиц. Поэтому, с одной стороны, политика ужесточения требований к банкам является правильным шагом — это попытка регулирования рынка и попытка обезопасить его от избыточных рисков. Но с другой — это излишнее давление. Я считаю, что требования должны строиться по-другому, они должны быть растянуты во времени и вводиться при улучшении экономической ситуации, а не сейчас.

— То есть вы считаете, что мировые банки не готовы к внедрению «Базеля III»?

— Да, банки не готовы к «Базелю III». Может, фактическое внедрение будет происходить в измененной форме. Например, какие-то компоненты новых стандартов будут вводиться в более мягкой форме либо не в полной мере. Я полностью за то, чтобы банки совершали меньше забалансовых трансакций и чтобы банки адекватно подходили к нормативам достаточности капитала. Но, с другой стороны, требуются более цикличные требования к капиталу, то есть любые требования, которые насаждаются банковскому сектору, должны быть сформированы с учетом экономических циклов. А сейчас, когда экономика находится в стадии рецессии, когда банки и так несут потери, им, наоборот, нужно сократить достаточность капитала. Другое дело — когда рост будет выше, когда экономическая среда будет более стабильна, когда уровень просроченных долгов будет ниже. Тогда уже можно будет ужесточить требования, но не сейчас.

— Как вы видите развитие банковского бизнеса в будущем?

— Доля госсектора и влияние государства на банковский сектор растет. Очень важно, чтобы в любой стране присутствовал частный банковский сектор, где есть необходимый объем инноваций. Можно винить банкиров в текущем кризисе. Но при этом, если политик займет место банкира, все будет еще хуже. Банковский сектор должен оставаться независимым. Именно это обеспечит необходимый уровень инноваций и конкурентоспособности. При этом достаточно легко увидеть сценарий, когда вдруг потребуются дополнительные выкупы со стороны правительства, при возникновении суверенного кризиса. Вполне вероятно, что влияние государственного сектора на банковский сектор будет только расти. Ничего хорошего в этом нет, но вероятность такого развития в будущем достаточно высока.

Беседовала Татьяна ПОЛЯКОВА, Banki.ru