«Экономика не готова к уходу ЦБ от поддержки курса рубля»
Фото: РСПП

«Экономика не готова к уходу ЦБ от поддержки курса рубля»

Александр Мурычев
исполнительный вице-президент РСПП
7393

Какие факторы оказали наиболее негативное влияние на банковский сектор и почему не надо обнародовать список системно значимых банков, в интервью порталу Банки.ру рассказал исполнительный вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр МУРЫЧЕВ.

— Как вы в целом оцениваете нынешнюю ситуацию в банковском секторе?

— Ситуация в банковском секторе продолжает оставаться достаточно напряженной. Такое довольно депрессивное состояние сформировал ряд факторов: усиление мер по зачистке системы от недобросовестных участников, централизации надзора за системообразующими банками и ослабление рубля. Помимо всего, происходит реорганизация аппарата Центробанка, настроение среди чиновников регулятора сейчас выжидательное.

Если говорить о формировании списка системно значимых банков, Центробанк рассматривал этот проект еще лет шесть назад, а до дефолта 1998 года недолго функционировало ОПЕРУ-2 (специальное операционное управление ЦБ по надзору за крупнейшими банками. — Прим. ред.). Считаю, что подготовка списка банков и консолидируемый надзор за ними — важная вещь. Многофилиальные банки покрывают практически все регионы, где они подчиняются территориальному управлению. Из-за этого совокупной картины перед глазами Центробанка нет. Это стало поводом для появления идеи единого регулирования системообразующих, социально значимых и многофилиальных банков. Попадание в список системно значимых повлечет за собой более жесткое регулирование, потому что от этих банков зависит в том числе долгосрочная стабильность всей банковской системы. Это международная практика, и мы ее поддерживаем. Однако сейчас на фоне расстройства психологического здоровья банковской системы это предложение вызывает очень много разговоров.

— Многие считают, что в список системообразующих войдут те, которых трогать не будут ни при каких условиях. А остальные автоматически окажутся под ударом.

— Конечно же, такие разговоры идут. Поэтому я подчеркиваю, что решение было правильным, однако его воплощение должно быть предельно осторожным. Сейчас доверие к банкам несколько снизилось. Появление любых списков, как их ни объясняй, может рассматриваться с подозрением даже не самими банками, а клиентами. Если попал в список — значит, жизнеспособный и перспективный. Если не попал — ты уже под вопросом. Именно так воспринимает ситуацию население. Мы заострили внимание Центробанка на этой проблеме и пришли к выводу, что проект нужно реализовывать очень аккуратно. Может, даже есть смысл и отложить это дело, учитывая нервозность на рынке. Когда волнения приутихнут, можно снова вернуться к этому проекту и реализовывать его не так публично, как это делается сейчас.

Ведь уже известно, что в список попали Промсвязьбанк, Газпромбанк, «ЮниКредит». Тут же возникают вопросы, почему не Альфа-Банк, например? Этот список не должен обнародоваться, он предназначен для чисто служебного использования.

— Как повлияла на рынок ликвидация недобросовестных банков?

— Отзыв лицензий у недобросовестных участников рынка был необходим. От недобросовестных банков надо избавляться. Однако это также требует корректного подхода, потому что банковская система — хрупкая, доверие к ней формируется довольно длительное время. А разбалансировать доверие на межбанковском рынке, оказывается, можно очень быстро. Долгие годы мы формировали доверие на рынке и последние годы видели, что в целом клиенты доверяют банкам. А теперь доверие упало — и всё.

Центральному банку нужно иметь в виду, что у него есть много инструментов влияния на средства массовой информации. Каждую неделю мы видим новости в топе поисковых систем — «Центральный банк отозвал лицензию еще у двух банков». Мне кажется, это полностью рабочие моменты Центробанка, которые не надо подавать СМИ как программу по зачистке сектора. Лицензии отзываются всегда, это же не секрет. Например, в 2008 году лицензию потеряли 43 банка, в 2010-м — 26, в 2011-м — 18, в 2012-м — 22, в 2013-м — 32. В 2014 году лишились лицензий уже 14 кредитных организаций. Нет никакого принципиального роста количества отозванных лицензий, работа велась всегда и сейчас ведется. Думаю, Центральный банк уже вносит коррективы в информационное сопровождение. Информацию надо подавать на рынок мягко, не пугая клиентов, собственников и акционеров кредитных организаций.

— Поэтапное внедрение «Базеля III» оказало влияние на доверие к банкам?

— Конечно. Ведь это происходит на фоне введения повышенных требований по достаточности капитала, по его качеству. Это, без всякого сомнения, приведет к ограничениям в кредитной политике коммерческих банков. Кредитные организации будут стараться выполнять требования нормативов и обеспечивать кредитование тех предприятий, где есть залоги, поручительство, а сам бизнес в целом прозрачен.

— Вы говорили, что депрессивное состояние банковской системы в том числе сформировала и ситуация с курсом рубля.

— С начала года, мягко говоря, рубль девальвировался. Хотя мы все понимали, что у правительства в планах стояло ослабление рубля на несколько единиц, потому что к этому подталкивала стагнирующая экономика. Но никто не предполагал, что такое падение произойдет в течение одного месяца.

Вообще, я считаю, что Центробанк в настоящее время должен активно присутствовать на валютном рынке и обеспечивать любой спрос, чтобы стабилизировать ситуацию. Регулятор приступил к выполнению стратегических планов по уходу от поддержки курса рубля. Однако экономика пока к этому не готова. И общее состояние инвестиционного поведения требует активного присутствия Центрального банка на валютном рынке.

— А сколько нужно было подождать, на ваш взгляд, с переходом на таргетирование инфляции?

— Было бы уместнее приступать к этому шагу после 2015 года. На мой взгляд, на текущий момент, пуская рубль в свободное плавание, необходимо понимать, в какой экономике мы находимся и какие могут быть последствия.

— Какое количество банков необходимо российской банковской системе?

— Считаю, сейчас нужно всем успокоиться, потому что у Центрального банка нет никаких намерений сокращать количество банков каким-то административным путем. Сама Эльвира Набиуллина на встрече банкиров в подмосковном пансионате «Бор» ответила, что намерений сокращать рынок у регулятора нет. Останется столько банков, сколько того требует сам рынок, исходя из добросовестности его участников. Также на количество банков после зачистки повлияет способность кредитных организаций повысить капитал к 2015 году до 300 миллионов рублей в соответствии с законом. Сейчас порядка 180 банков не дотягивают до этой планки. За год, думаю, больше половины из них решат проблемы, а остальные либо перейдут в форму небанковских учреждений, либо консолидируются с другими банками. Вообще, что касается планки капитала, я считаю ее совершенно адекватной для российских реалий.

— Если произойдет отзыв лицензии у достаточно крупного банка, который входит в топ-50 или топ-100 по активам, рынок отреагирует так же болезненно, как и при гибели Мастер-Банка?

— Совсем недавно была отозвана лицензия у «Евротраста». Банк входил во вторую сотню по активам и был связан с платежной системой Migom, работавшей с сотней кредитных организаций. В результате у многих банков появились проблемы с переводами. Так что масштаб реакции на ликвидацию заметного игрока будет зависеть от роли такого банка на рынке. Но я не верю в то, что в ближайшем будущем очень крупный банк может потерять лицензию. Это было бы очень печально. Считаю, что отзыв лицензии — крайняя мера. В любом случае, Центробанку необходимо подключать механизмы поддержки добросовестных участников рынка, чтобы они не страдали от этих событий, и предоставлять им полный набор инструментов по обеспечению ликвидности.

— Какие банковские продукты, на ваш взгляд, будут наиболее популярны в ближайшие два-три года? Некоторые банкиры говорят, что их банки вовсе хотят отходить от кредитных продуктов, сосредотачиваясь на комиссиях? Кто-то говорит, что драйвером будет ипотека, кто-то возражает, что для этого нет условий из-за плохой экономической конъюнктуры.

— Темпы необеспеченного кредитования сокращаются не сильно. С другой стороны, Центральный банк увеличил требования по резервированию в связи с «Базелем III». Это тоже подталкивает банки к увеличению операций, которые не связаны с кредитованием. Но я считаю, это плохая тенденция. На комиссиях можно зарабатывать: из отчетов 2013 года мы видим, что банки заработали десятки миллиардов долларов на комиссиях. Ипотека тоже перспективный вектор, но этот сегмент ограничен с клиентской точки зрения. При этом, конечно, мы должны все-таки подвигнуть законодателей принять наконец закон о несостоятельности физических лиц. Он стимулировал бы развитие ипотеки.

— Но банки в большинстве своем негативно реагируют на этот закон…

— Препятствий со стороны банковского сообщества для принятия этого закона нет. Вопрос чисто политический.

Беседовала Юлия ТИТОВА, Banki.ru