Александр Мурычев: «Слишком резкое повышение норматива достаточности капитала ударит по кредитованию»

Александр Мурычев: «Слишком резкое повышение норматива достаточности капитала ударит по кредитованию»

1744

Александр Мурычев считает, что слишком резкое повышение норматива достаточности ударит по кредитованию

Ассоциация региональных банков России выступает против наделения банковских саморегулируемых организаций надзорными функциями, предлагает президенту Владимиру Путину учредить российские банки развития и готовится к международному форуму в Сочи. О насущных делах ассоциации ее президент Александр МУРЫЧЕВ рассказал в интервью журналу «Банковское Обозрение».

Александр Васильевич, в Госдуме продолжается обсуждение законопроекта о саморегулируемых организациях. В нынешней версии предполагается распространить его действие и на банковский сектор. Вы выступали против того, чтобы положение о саморегулировании коснулось банков. Ваша позиция не изменилась?

Законопроект находится в Думе уже больше двух лет. Наша позиция тоже давно определилась, для ее выработки мы изучили мировой опыт, подготовили свое исследование. Ключевой вопрос: что понимать под саморегулированием. Если руководствоваться проектом закона, который прошел первое чтение, то там четко и однозначно говорится о перераспределении регулирующих функций между государством и бизнес-объединением. Такое перераспределение полномочий предусмотрено и для банковского сектора. Далее: саморегулируемые организации получают возможность проводить инспекционные проверки, контролировать своих участников, требовать отчетность. Изучив международный опыт, мы выступаем категорически против такого саморегулирования, как оно изложено в проекте закона и как это предлагает Ассоциация российских банков. Точнее, не ассоциация, а ее руководство.

Мы против этого, потому что ни в одной стране мира этого не существует. И, вообще, это нонсенс. Есть элементы саморегулирования на финансовых рынках, на межбанковском рынке, но нет ни одного примера, чтобы банки сами себя регулировали, чтобы у них была какая-то своя саморегулируемая структура. Если мы хотим стать изгоями в банковском мире, то, наверное, даже само озвучивание этой темы вызовет настороженность со стороны наших партнеров, которые внимательно следят за развитием банковского рынка в России.

Мы исходим прежде всего из того, что банки — это не отдельная отрасль экономики. Это кровеносная система всей экономики. Банки оперируют всем денежным оборотом Российской Федерации. Они выполняют важнейшие функции, связанные с социальной и экономической безопасностью страны. Поэтому банковский сектор — это не просто сектор рынка в ряду других. И применять к нему принципы саморегулирования, как в других секторах, неразумно.

Кроме того, сейчас государство, как мы понимаем, намерено проводить административную реформу путем сокращения своих избыточных функций. Пока еще оно само не определилось, какие функции избыточны, тем более в банковской сфере. А мы часть этих функций вместо того, чтобы сократить, передадим саморегулируемой организации. Если есть какие-то избыточные функции, ненужные государству, то зачем их перераспределять? Если какие-то функции не нужны, то надо выводить их из нормотворчества и вообще попрощаться с ними.

Центральный банк в лице его руководителей уже заявлял, что никакими полномочиями делиться не будет. Значит, чтобы наделить саморегулируемую организацию какими-то новыми контрольными функциями, надо их придумать вдобавок к тем, что уже есть в Центральном банке. Нужна банкам эта дополнительная нагрузка? Банкам это не нужно, Центробанку это не нужно, тогда кому это нужно?

Я уж не говорю о финансовой стороне вопроса. В Центральном банке в системе надзора работают до 4 тыс. сотрудников. Это значит, что саморегулируемой организации надо иметь достаточно большой и высокооплачиваемый аппарат. Содержание которого ляжет на плечи банков.

Это саморегулирование, как его понимают наши оппоненты. Теперь, если посмотреть на принципы саморегулирования, как их видим мы. Это разработка стандартов корпоративного поведения, этика банковского дела, обмен информацией, повышение квалификации руководящих кадров и другое. Это все и так осуществляется банковскими ассоциациями в рамках действующей законодательной базы, и для этого не нужен отдельный закон.

Если предположить, что ваша давешняя идея о создании единой банковской ассоциации будет реализована и на рынке появится одно банковское объединение, которое соберет в свои ряды практически всех участников рынка, — в этом случае возможно продвижение идеи саморегулирования в том виде, как это сейчас предлагается в проекте закона?

Нет, конечно. То мое предложение по поводу объединения организационного и интеллектуального потенциала двух наших ведущих банковских ассоциаций никак не может быть увязано с законом о саморегулируемых организациях. Мое предложение заключалось в объединении общественных сил. Независимо от конфигурации банковских объединений я остаюсь противником идеи саморегулирования в банковской сфере, если понимать под саморегулированием перераспределение государственных полномочий в пользу общественной организации.

А с идеей объединения есть подвижки?

Очевидно, что другая сторона не считает это сейчас для себя актуальной темой. Но я все равно думаю, что рано или поздно в банковской сфере будет единое мощное бизнес-объединение.

На встрече с президентом Путиным в начале апреля вы поднимали тему создания институтов развития. Эта тема нашла продолжение?

Да, на встрече с президентом я обещал представить записку с более подробным изложением идеи. Сейчас мы этот документ подготовили и направили в администрацию президента — с дополнительной аргументацией, с анализом мирового опыта.

Многие наши соседи — Хорватия, Болгария, Литва, Казахстан — уже создали такие структуры. Они шагают впереди нас. Сейчас идут разговоры о том, что в стране много денег, стабилизационный фонд постоянно пополняется. Много разных предложений, куда эти деньги направить. Но здесь я на стороне правительства — нет смысла раздавать эти деньги просто так, это было бы безответственно. Поэтому мы предлагаем создать государственный денежно-кредитный механизм направления этих денег в приоритетные для государства программы и проекты.

Этим и занимаются банки развития, контролируемые государством. Они не только могут распределять дешевые ресурсы на важные для государства программы, причем на возвратной основе. Они также предоставляют гарантии. Мировой опыт показывает, что институты, мобилизующие таким образом бюджетные средства, имеют огромный неограниченный потенциал по привлечению внебюджетных средств, в том числе с международных рынков капитала.

Можно даже не тратить бюджетные деньги, а держать их исключительно в качестве обеспечения под привлечение внебюджетных ресурсов. Например, можно эмитировать бумаги под гарантии средств банка развития и продавать эти бумаги, направляя вырученные средства на важнейшие программы экономического роста. Можно создать институт гарантий и поручительств и привлекать инвестиции впрямую на важные программы.

Эти механизмы активно используются в мире и везде приносят успех. И мы тоже должны их применять. Ну, что, не надо сейчас определять государственные приоритеты в экономике? Хотя есть и сторонники крайних либеральных построений, которые говорят, что государство вообще не должно вмешиваться в определение экономических приоритетов. Но, позвольте, а тогда государство — вообще, что это такое? У него есть какие-то собственные представления о развитии экономики. Значит, для решения этих задач должны быть определены приоритетные направления, по этим направлениям надо государственными мерами стимулировать развитие экономики.

Особенно это важно и потому, что во многие важные сектора инвесторы могут и не прийти на чисто коммерческих основаниях. Для них там объективно нет достаточной защиты инвестиций. Да и у самих инвесторов нет длинных и дешевых ресурсов, как того требуют многие важные для экономики отрасли. И эти отрасли остаются без стимулов роста. Давайте посмотрим: инфраструктурные проекты — дороги, коммуникации, машиностроение, авиакосмическая отрасль, ВПК и другие сектора. Не обязательно государство должно содержать эти сектора. Но если рынок увидит, что государство направляет сюда свои механизмы инвестирования, то тут же подтянутся и частные инвесторы, потому что они справедливо будут предполагать рост именно в этих секторах. Деньги к деньгам.

Добавлю также, что в России нет полноценного экспортно-импортного агентства, которое давало бы гарантии и поручительства под различные международные программы российских производителей, как крупных, так и в большей степени средних, которые имеют конкурентоспособную продукцию, но не могут выйти на мировые рынки без этих гарантий. Это тоже институт развития. Возьмем американский Эксимбанк — я приводил этот пример президенту. До 60% гарантий Эксимбанка выдаются частному сектору, и только 40% — суверенные гарантии. А у нас, если взять Росэксимбанк, все 100% — суверенные гарантии. Ну и как развивать экспортно-импортные операции нашего бизнеса при сильнейшей конкуренции на мировых рынках?

У нас, кстати, есть уже государственные институты, которые могли бы быть перепрофилированы под эти цели приданием им соответствующих полномочий и возможностей.

Известна ли реакция Кремля на эти предложения?

Сейчас идут встречи по этому вопросу. Насколько я могу судить, в администрации президента реакция на эти предложения достаточно благожелательная. Есть, конечно, разные точки зрения. Есть государственная версия, есть более либеральная. На чем эти версии сойдутся, сейчас трудно сказать. Но я думаю, результат все-таки должен быть. Потому что институты развития — это ведь очевидный и эффективный инструмент активной денежно-кредитной политики государства в сфере развития экономики. И многие страны живут по этим законам.

Какие, на ваш взгляд, наиболее актуальные проблемы банковского законотворчества стоят перед законодателями?

Самый обсуждаемый вопрос связан с инициативой правительства по увеличению достаточности капитала с 2007 года до 10%. Сейчас этот норматив составляет 2%. Это совершенно правильное предложение, оно идет в рамках стратегии развития банковского сектора. Необходимо крепить достаточность капитала, это самый важный норматив и показатель устойчивости банковской системы. Другой вопрос — почему с 2 сразу до 10%? В европейском сообществе — 8%. Мы далеко еще не достигли в банковской системе европейского уровня.

Давайте посмотрим даже не с точки зрения интереса банков, хотя он, несомненно, присутствует, а с точки зрения экономических субъектов, предприятий. Если такой высокий норматив достаточности будет установлен, то большое количество потенциальных потребителей кредитов, а это прежде всего малые и средние предприятия, могут лишиться возможности получить кредит на условиях, на которых они получали его последние 15 лет. Ведь повысятся экономические требования банка к этим заемщикам, особенно если брать еще в расчет 254-е положение ЦБ РФ в части обеспечения залогов. Банки откажутся от многих своих нынешних партнеров, перестанут давать им кредиты, чтобы не множить формальные риски и соответствовать требованиям по достаточности капитала. Сами-то банки знают свою клиентуру, во многих случаях выдавали кредиты и без залогов. Теперь должны формально минимизировать риски, что правильно по сути. Но если эти нормативы ужесточать слишком резко, то многие предприятия, вполне надежные и проверенные банками, могут остаться просто за бортом кредитования.

Согласно этому предложению, с 2007 года, если достаточность капитала банка будет ниже 10%, у банка в течение двух месяцев должна быть отозвана лицензия. Я хочу сказать, что представление о том, будто бы это касается только малых банков, — неправильное. Это далеко не так. Это касается и крупных банков. Самое главное — это касается той категории банков, которые работают с реальным сектором экономики. Требования по защите от рисков, которые будут предъявлены банкам, окажутся просто выше того уровня, который банки могут потребовать и получить от российских предприятий. Значит, придется отказывать в кредитах.

Мы предлагаем все-таки двигаться step by step и уже получили поддержку у ряда депутатов, занимающихся банковским законодательством. Укрепить достаточность капитала надо. На данном этапе, как мы считаем, необходимо установить норматив достаточности капитала в 6%. И при этом чуть-чуть раздвинуть временные рамки для принятия санкций. Чтобы не два, а хотя бы три месяца было у банков для приведения достаточности капитала в соответствие с нормативом в случае отклонения от него. Это же кредиты, они идут потоком, нужно время, чтобы этот поток скорректировать. Поэтому двух месяцев для стабилизации норматива достаточности явно мало. В течение шести месяцев Центральный банк может применять другие инструменты воздействия. Зачем же сразу отзывать лицензию? А уж если банк не справился за это время — тогда вопросов нет, должна быть отозвана лицензия.

С первого апреля вступили в силу законы, которые изменили взаимодействие банков и застройщиков.

Если говорить о законе о долевом участии в строительстве, то изначально мы были противниками записи о солидарной ответственности банка и застройщика. Мы считаем, это положение в законе нужно уточнить. Оно не стимулирует участие банков в развитии рынка недвижимости. Наши эксперты также предлагают более точно расшифровать понятие строительного кредита, прописать требования, которые предъявляются к договору инвестирования, — тоже очень много тут противоречий.

Но это не единственный закон, по которому развивается ипотека. Более важные вопросы связаны с внесением изменения в закон об ипотечных ценных бумагах. В целом он отвечает требованиям рынка, и многие предложения нашей ассоциации в нем учтены. Самое главное, банки все-таки могут быть эмитентами. Помните, были разные суждения, чтобы лишить банки этой функции, якобы для того, чтобы не было концентрации рисков и так далее. Слава богу, право эмитировать бумаги банкам оставлено.

Уже определены три направления развития рынка ипотечных ценных бумаг. Во-первых, банки могут формировать пулы и эмитировать ценные бумаги. Во-вторых, можно оперировать ценными бумагами через ПИФы. И, в-третьих, можно создавать специализированные ипотечные компании.

Однако пока еще ни одного факта эмиссии не было. По простой причине — закон принят, но не прописаны подзаконные акты, прежде всего по секьюритизации самих активов. Не регламентирован выпуск облигаций, которые обеспечиваются ипотечным покрытием. Не определен сам статус участника ипотечного рынка. Много вопросов по закладным — банки предлагают более четко прописать порядок оформления закладных, регистрацию перехода прав, оформление залога закладных и так далее.

В Ассоциации «Россия» создан Комитет по развитию ипотечных программ кредитования. Его возглавил Владимир Фесенко, председатель правления Банка жилищного финансирования, имеющего богатый опыт в этой области. Ассоциация исходит из того, что бум ипотечного кредитования начинается, и в рамках комитета мы хотим решать следующие задачи: распространять опыт, сводить банки, которые могли бы выступать институтами рефинансирования, и банки, которые непосредственно выдают ипотечные кредиты. И, естественно, комитет будет выступать как экспертный центр по разработке предложений в нормативную базу, чтобы потом от имени ассоциации продвигать эти предложения в государственных органах.

Очень важные дискуссии сейчас разворачиваются вокруг Агентства по ипотечному жилищному кредитованию. Минэкономики считает, что АИЖК должно выступать институтом рефинансирования, надо дать ему для этого бюджетные возможности, доведя к 2010 году до 1 трлн 200 млрд объем ресурсов, которые могли бы пойти на выкуп закладных и ипотечное кредитование в целом. Этот путь совершенно верный. Кстати, такой подход как раз в русле нашего вопроса об институтах развития. Ипотека — это тоже приоритетное направление государственной кредитно-денежной политики.

Я считаю, что роль АИЖК нужно крепить по всем направлениям. И не только на вторичном рынке ипотечных ценных бумаг, но и на рынке рефинансирования. Недавно я был в Екатеринбурге, в местном банке мне говорят: у нас около 50 заявок на ипотечный кредит, но мы не можем удовлетворить эти заявки, потому что не хватает денег по программе АИЖК. Это полный нонсенс. Потребительский спрос есть, а система ипотечного кредитования не может его насытить деньгами. Надо обязательно дать АИЖК такую возможность.

Иногда говорят, что действия агентства могут привести к монополизму. Но о монополии говорить не то что рано — само функционирование Агентства ведет к очень разумному перераспределению средств на рынке. Программы АИЖК активно влияют на снижение кредитных ставок, появляется конкуренция. По валютным кредитам ставки снизились до 9—10%, по рублевым — до 13—15%. И срок предоставления кредита — до 27 лет. Плохо это или хорошо? Да это отлично!

Сами банки, беря пример с государственного агентства, начинают собственные проекты по выкупу закладных в регионах. Не буду называть, но одному московскому крупному банку мы помогаем налаживать связи с региональными банками как раз в подобном проекте. У крупного банка есть деньги, в том числе привлеченные с международных рынков. Но у него нет такой разветвленной розничной инфраструктуры, нет масштабного выхода на конечного потребителя. Этот выход есть у массы региональных банков. И мы видим свою задачу в том, чтобы помочь крупным банкам принести свои деньги в регионы и отдать их региональным банкам, которые будут направлять эти деньги непосредственно на ипотечное кредитование. Налицо польза и для тех, и для других. А главное — для наших граждан в регионах, которые могут теперь покупать жилье в кредит.

Ассоциация «Россия» готовится к традиционному сочинскому форуму. Какие его основные цели в нынешнем году?

Международный банковский форум, который ежегодно проводится в первых числах сентября в Сочи, действительно с каждым годом утверждает свой международный статус. В прошлом году он собрал 600 участников, сейчас ожидаем больше. По географии тоже идет расширение участия. Будут представлены банкиры из США, Великобритании, Германии, Индии, Италии, Прибалтики. Приедут представители из Международного валютного фонда, Мирового банка, IFC, из регулирующих органов ЕС и других стран, соберутся банкиры практически из всех стран СНГ. Ну и, конечно, наши — как из Москвы, так и из регионов.

Форум стал своего рода площадкой, на которой выстраивается сразу несколько проектов. Стержнем форума является конференция. В этом году ее тема — надзор и регулирование банковской системы России в контексте мировых представлений. Выступят авторитетные международные организации, руководство Банка России, готовит свой доклад и ассоциация.

В рамках форума будет проведен целый ряд круглых столов. Они будут посвящены «Базелю-2», МСФО, развитию ипотеки. Состоится открытое заседание Международного банковского совета, на нем будет представлена уникальная информация — результат нашего сравнительного исследования о состоянии банковских рынков СНГ. Анализируем, что мешает нашей интеграции, как в странах СНГ относятся к резидентам-нерезидентам, как согласуется банковское законодательство, как осуществляются трансграничные расчеты-платежи и так далее. Международный банковский совет будет решать и организационный вопрос — переизбрание председателя.

На форуме состоится также открытое заседание недавно созданного Общественного совета по информационной политике в финансово-банковской сфере. Основной вопрос — роль и место PR-служб банков в формировании положительного имиджа банков и банковской системы. Готовятся доклады от банков и от журналистов.

Кроме того, на форуме традиционно будет представлен большой набор культурных и спортивных событий. Так что ожидается грандиозное мероприятие.

Андрей МИРОШНИЧЕНКО