«Надо быть прагматиками»
Фото: Александр Рюмин/ТАСС

«Надо быть прагматиками»

Антонио Фаллико
председатель совета директоров банка «Интеза»
6181 1

Председатель совета директоров банка «Интеза» Антонио ФАЛЛИКО во время работы Евразийского форума в Вероне дал порталу Банки.ру интервью, в котором рассказал, почему он верит в отмену санкций в течение следующего года, должно ли государство спасать тонущие банки и какой «козырь» могут использовать иностранные банки, работая на российском рынке.

— Мэры итальянских городов говорили на форуме о том, что ждут отмены санкций с Россией. Но имеет ли смысл обсуждать эту тему? Не лучше ли принять санкции как реальность, в которой нам теперь предстоит жить долго, если не всегда?

— Давайте дождемся итогов выборов в США. К сожалению, Европа смотрит на проблему санкций через призму Америки. Но после выборов можно ожидать, что европейские санкции будут сняты. Кроме того, возможно, что в следующем году Ангела Меркель уже не будет канцлером Германии, а Франсуа Олланд — президентом Франции. Изменения в руководстве этих двух стран могут повлиять на очень многие процессы. Я ожидаю увидеть со стороны Европы больше реализма.

Я не думаю, что санкции — эта та проблема, которую нельзя было бы решить в достаточно краткосрочной перспективе — скажем, за год. Европейские предприятия больше не могут позволять себе роскошь продлевать санкции. С 2010 по 2015 год Европа потеряла около 80 миллиардов евро в торговом обороте из-за санкций с Россией.

К тому же это вопрос не одной только экономики, но еще, например, международной безопасности. Все страны Старой Европы понимают, какую важную роль в этом вопросе играет Россия.

— Если говорить о ближайших выборах, американских, то при каком президенте санкции будут сняты быстрее?

— Мы знаем, что Хиллари Клинтон сыграла большую роль во введении американских санкций против России. Она демонизирует и Россию, и Путина, и в ходе этой избирательной кампании мы слышали от нее много антироссийской риторики.

Но даже если Клинтон победит, позволит ли она себе и дальше придерживаться этой линии? Американские компании очень заинтересованы в том, чтобы прийти на российский рынок, например, принять участие в программах, которые реализуются на Дальнем Востоке. Я думаю, что Клинтон вряд ли захочет и сможет их сдерживать.

Даже если победит Клинтон, я все же думаю, что реализм возьмет вверх. Сегодня американская экономика находится в сложном положении. Она растет, но темпы роста низкие, потому что крайне низкой остается покупательная способность населения. Экономические отношения с Россией сокращаются. Американские компании заинтересованы в том, чтобы торговля между Россией и США начала расти.

Поэтому, повторюсь, я ожидаю от Европы и США большего реализма в отношении санкций.

— Но пока ситуация такая, какая она есть. Вы говорили на форуме, что надо менять модель бизнеса со «Сделано в Италии» на «Сделано с Италией». В каких сферах российской экономики вы видите возможность для этой модели?

— Это модель уже реализуется. С начала 2015 года до середины 2016-го в Россию было сделано 80 прямых иностранных инвестиций. За период 2013—2015 годов (часть этого периода Россия уже находилась под санкциями) было сделано 100 прямых инвестиций. Причина не только в санкциях, но и в долгосрочной стратегии европейских компаний. Усиливая интеграцию с Россией, Израилем, Вьетнамом, Китаем, Европа получает гигантский рынок.

Если говорить об итальянских инвестициях, то могу назвать компанию CNH — это подразделение FIAT, которое занимается тракторами. Они инвестировали в производство в Казахстане 60 миллионов евро. Это не грандиозная сумма, но это свежая сделка, конца октября.

На Северном Кавказе итальянцы инвестировали в 18 агропромышленных предприятий. Это маленькие деньги и маленькие компании. Одни производят сыр, другие — колбасу. Но они есть!

— Господин Фаллико, как вы оцениваете ситуацию с итальянскими банками? Ряд экономистов считают ее настолько тяжелой, что говорят о возможном крахе всей банковской системы Италии.

— Нет, я в это не верю. На мой взгляд, итальянская банковская система — одна из самых здоровых. Она находится в сложном положении, потому что в сложном положении находится вся экономика Италии. Но все находится под контролем, на 100%.

Банки, которые находились в очень тяжелом положении, можно пересчитать по пальцам одной руки. Четыре банка уже санированы. Остается Monte dei Paschi di Siena, это очень крупный банк, но там уже есть конкретные проекты по его рекапитализации. Шаг за шагом банк будет спасен.

— Европейское правительство хочет ограничить участие итальянского правительства в спасении банков. Эта проблема сейчас становится тем более острой, что Германии, напротив, разрешат спасать Deutsche Bank...

— Итальянское правительство требует автономии для решения структурных проблем итальянских банков. Да, немцы возражают против bail out, воспринимая это как государственное вмешательство в итальянскую банковскую систему, государственное финансирование. Но государство не может умыть руки в такой ситуации.

Надо подходить к ситуации здраво. Ошибка считать, что bail in — это догма. Точно так же, как ошибочно считать догмой и bail out. Надо смотреть на конкретный банк, где он находится, кто акционеры и кто клиенты, и именно исходя из этого принимать решение о допустимости и степени вмешательства государства в его спасение.

Лично меня не смутит, если правительство Германии будет спасать Deutsche Bank. Как мы можем требовать от Меркель, чтобы она не вмешивалась в дела Deutsche Bank, когда его оборот — это половина ВВП Германии? Когда у Deutsche Bank проблемы, государство обязано вмешаться.

Во всей этой ситуации очень много риторики — с обеих сторон. Риторики жертв, когда одни говорят: «Вы можете это сделать, а мы нет...» И риторики тех, кто знает, что он номер один в Европе. Надо быть все время реалистами, прагматиками. Кризис в банках — это пузырь, который может лопнуть очень быстро. И от краха маленького банка может пострадать и крупный, а следом это дестабилизирует всю экономику. Я не думаю, что разумно дестабилизировать экономику.

— То есть и российским «дочкам» итальянских банков ничего не угрожает?

— Абсолютно ничего. Я в этом больше чем уверен.

— Как вы в целом оцениваете положение иностранных банков в России? Было как минимум две волны, когда «дочки» иностранных банков одна за другой уходили с российского рынка. Кто-то потом пытался вернуться, но не у всех получилось. Что вы думаете в целом о перспективе работы в России иностранных банков и какова стратегия «Интезы» в России?

— Я думаю, что иностранный банк, имеющий за спиной крупную материнскую структуру, имеет огромные перспективы в России. Конечно, если кто-то из иностранцев захочет конкурировать в депозитном бизнесе со Сбербанком — это самоубийство. Каждый должен четко понимать свою рыночную нишу. Даже банк, который, как и мы, является универсальным, должен находить свое место в каждой нише в соответствии со своими возможностями.

У нас как у международной банковской структуры есть такая инфраструктура, которой не располагает ни один российский банк. «Интеза Санпаоло», «ЮниКредит», Дойчебанк, «Райффайзен» работают в нескольких десятках стран. Так сложилось исторически. Как следствие, в таких секторах, как Investment Banking или работа с крупными корпоративными клиентами, у нас оказывается большое конкурентное преимущество.

В ретейле наша конкурентная ниша — это private banking, потому что private banking международного уровня может предоставить только банк, у которого есть большая международная инфраструктура. То же самое касается малого и среднего бизнеса. В России малый бизнес создает 12% или 15% ВВП, а в Италии — почти 90%. Поэтому итальянский банк может принести на российский рынок свою экспертизу, готовые инструменты и продукты.

Если на банк смотрят не как на сейф, а как на финансового партнера, то иностранный банк выглядит более конкурентным. С нашей стороны требуются лишь желание и профессионализм. Поэтому, на мой взгляд, те иностранные банки, что уходят из России, совершают ошибку.

Мы, напротив, заинтересованы в укреплении нашего бизнеса. Наша стратегия состоит в том, чтобы найти новые направления роста. Поэтому один из продуктов, который мы хотим начать предлагать российским клиентам, — это wealth management. Естественно, мы будем предлагать его на международном уровне. А это значит, что иностранные «дочки» в России будут не только расти сами по себе, но и вносить свой вклад в рост всей международной группы.

— А что еще, помимо wealth management, вы намерены начать развивать в России?

— Мы сейчас работаем над внедрением страхования кредитных рисков в малом бизнесе. Зачастую малый бизнес не может предоставить банку соответствующие гарантии. Мы создали с Александром Браверманом, главой Федеральной корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства, специальную комиссию и сейчас создаем консорциум вместе с другими банками и компаниями, чтобы развивать страхование кредитных рисков малым компаниям.

Милена БАХВАЛОВА, Banki.ru