«Сомнения в устойчивости банков связаны с недоверием к банковской системе»

«Сомнения в устойчивости банков связаны с недоверием к банковской системе»

Вячеслав Андрюшкин
первый вице-президент Азиатско-Тихоокеанского Банка
7323 6

В 2018 году банковский сектор в России ждет реформа регулирования и последующий «раскол» на банки с базовыми и универсальными лицензиями. Приведет ли это к оттоку клиентов из небольших региональных банков и как они будут отстаивать свои позиции?

— Вячеслав Юрьевич, как вы оцениваете предстоящую реформу банковской системы? Неоднократно приходилось слышать, что это приведет к появлению в регионах банков «второго сорта», которые не смогут конкурировать с универсальными банками.

— Я не могу согласиться с этой точкой зрения. Хотя действительно есть много довольно небольших региональных банков, которые ЦБ может, наверное, рассматривать как не очень надежные и не очень устойчивые. Есть мнение, что крупные банки — более управляемая и надежная система, а вот если банк небольшой, то непонятно, чем он занимается. Но, на мой взгляд, региональные банки гораздо ближе к своим клиентам. Более того, в регионах гораздо лучше понимают местный бизнес, особенно малый и средний.

Крупным федеральным банкам, в которых выстроена сложная бюрократическая система, как правило, не очень интересна работа с малым бизнесом и предпринимателями. Поэтому они не обеспечивают качественный индивидуальный сервис, не предлагают индивидуальный продукт. Многие клиенты жалуются, что если они возражают против каких-то пунктов в договоре кредитования, им говорят: «Не хотите — не подписывайте». И происходит это не из-за некомпетентности сотрудников, а из-за очень сложной процедуры, которая требуется для любых изменений в стандартных документах. Это негативно влияет на доступность кредитных ресурсов для малого и среднего бизнеса.

В небольших банках нет такой зарегулированности, поэтому они всегда ближе к конечным потребителям своего продукта. И регионы доверяют им, а не неким «варягам», так как считают, что эти люди не очень хорошо понимают местные реалии. Например, мы хорошо разбираемся в золоте, рыбе, лесе: в том, в чем московские банки вообще ничего не понимают. Для них золото — это что-то из повестей Джека Лондона, когда тысяча человек отправились на прииски, один вернулся разбогатевшим, а остальные сгинули. Мы же знаем, что есть небольшие артели, которые гарантированно добывают в год по 10—50 килограммов. Это малый и средний бизнес, который очень привлекателен в качестве заемщика. Региональные банки нужны и интересны для местных клиентов.

Мы хорошо разбираемся в золоте, рыбе, лесе: в том, в чем московские банки вообще ничего не понимают. Для них золото – это что-то из повестей Джека Лондона, когда 1000 человек отправились на прииски, один вернулся разбогатевшим, а остальные сгинули.

— Значит, реформа пойдет им на пользу, регулирование упростят и они продолжат обслуживать малый бизнес?

— Да, думаю, так и будет. Насколько я знаю, перечень операций, которые не разрешены региональным банкам с базовым капиталом, такой, что работу с бизнесом на местах не ограничивает. Ограничения коснутся, в частности, кредитования нерезидентов, но мелкие банки и так их особо не кредитуют. Привлекать средства физлиц или юрлиц? Пожалуйста, там ограничений практически нет, зато будет упрощенное регулирование. Так что это будут вовсе не банки второго сорта, а нормальные, надежные региональные кредитные организации. У них при этом еще и снижение издержек произойдет.

— Возможно, беспокойство обусловлено тем, что из таких банков может произойти отток средств юридических лиц?

— Во-первых, я бы не переоценивал влияние такого показателя, как средства юрлиц на счетах. Все же предприниматели зарабатывают на своем бизнесе, а не на банковских вкладах. Поэтому они, прежде всего, активно кредитуются и занимают в банках существенно больше, чем держат. Во-вторых, это люди все же более профессиональные, чем вкладчики. И для них большое значение имеют не некие списки, категории, а то, что они знают лично топ-менеджмент банка. Это действительно очень важно, когда можно прийти к директору филиала, сказать: «Слушай, Иван Иваныч, мы с тобой сто лет друг друга знаем, ты мне скажи как есть». Как правило, все решается на этом этапе.

Все сомнения, которые возникают по поводу устойчивости банков, связаны главным образом с недоверием к банковской системе в целом. Когда люди не могут понять, что на самом деле происходит, они предпочитают минимизировать риски, спрятав деньги под подушку.

— Проблема региональных банков не только в уровне доверия, но и в уровне технологий.

— Да, инвестиции, которые могут делать крупные банки, в том числе в развитие технологий, — их серьезное преимущество. Наверное, через несколько лет в работе с физлицами мы придем к модели банка — IT-компании, работающего дистанционно, так что клиенту не надо будет приходить в отделение. Но опыт, в том числе и международный, показывает, что при работе с бизнесом отказаться от личного общения никак не удастся еще долгое время. Особенно когда мы говорим о нашей стране с большим количеством отдаленных и малоосвоенных территорий, таких как Чукотка, Магадан, Камчатка, Якутия. В Якутии, чтобы долететь из наших некоторых точек к центральному филиалу, надо полтора дня потратить. А с Чукотки из-за непогоды две недели можно вообще не улететь. Такая вот специфика у нашей страны. Тут невозможно без личного общения никак.

Общение лицом к лицу, особенно если это касается каких-то нестандартных операций, ничем не заменить. Как оценить местные предприятия? Представьте себе какую-нибудь парикмахерскую в небольшом городе: там не надо смотреть баланс, надо просто прийти днем и посмотреть, сколько туда приходит людей, и исходя из этого сделать вывод о том, какая у них проходимость. Точно так же надо прийти в кафе или ресторан и посчитать, сколько там столиков и какой у них средний чек. Чтобы принимать решение о финансировании, необходимо видеть точку ведения бизнеса.

В Якутии, чтобы долететь из наших некоторых точек к центральному филиалу, надо полтора дня потратить. А с Чукотки из-за непогоды две недели можно вообще не улететь. Такая вот специфика у нашей страны. Тут невозможно без личного общения никак.

— Ваши сотрудники действительно выезжают и смотрят, кто как ведет бизнес?

— Да, конечно. Если речь идет о кредитовании золотодобывающих артелей, мы лично летаем, смотрим. Потому что пока там не побываешь, не поймешь, правду тебе рассказывают или нет. Надо посмотреть, как фабрика работает, какая техника, все это надо контролировать. В Центральной России многое из этого непонятно: тут можно приехать, поставить видеокамеру, чтобы контролировать залог. А там какая видеокамера? Она работать не будет, замерзнет. Например, в Магадане оптоволоконная связь появилась только в прошлом году!

Поэтому я считаю, что небольшие региональные банки в силу необходимости личного общения с людьми, во-первых, еще долгое время будут востребованны, а во-вторых, они будут успешны. Технологиями мы человеческое общение не заменим.

— Стоит ли в ближайшее время ожидать сделок по слиянию банков, появления новых союзов?

— Сейчас это очень выгодно, но по разным причинам банковский бизнес не привлекает капитал, а объединение требует очень серьезных капитальных затрат. Но вообще я считаю слияние очень правильным процессом. Азиатско-Тихоокеанский Банк вырос в ту структуру, которая сейчас есть, как раз путем объединения банков.

Нормальные местные банки интересно приобретать по нескольким причинам. Во-первых, там есть клиенты, именно в силу местных связей. Во-вторых, если банк хорошо работает, значит там хороший руководитель и сотрудники. А найти персонал в небольших городах очень сложно.

— АТБ по-прежнему рассматривает варианты приобретения банков?

— Мы всегда в поиске выгодных вариантов, но всему свое время.

— Расскажите о вашем опыте кредитования малого и среднего бизнеса. Как развивается этот рынок и что мешает более активному росту кредитования таких предприятий?

— Основное, что необходимо при работе с малым и средним бизнесом, — делать все быстро. Уметь оценивать бизнес не только по неким формальным признакам, но и по неформальным, то есть влезать в суть. Хотя, конечно, основой системы оценки рисков малого и среднего бизнеса во многих банках — так исторически сложилось — является методика ЕБРР, всем известная, с некоторыми видоизменениями. Кстати, мы не видим каких-то повышенных рисков невозврата именно у малого и среднего бизнеса. Напротив, он, как правило, лучше выживает, чем крупные корпорации. Кроме того, в основном этим бизнесом управляют непосредственно владельцы, у которых мотивация существенно выше, чем у наемных менеджеров. Малый бизнес также значительно менее интересен рейдерам. В крупном бизнесе со значительными активами мы знаем, что происходит. Глобально рисков в малом бизнесе — если с ним грамотно работать — может быть значительно меньше, чем в крупном.

Мы не видим каких-то повышенных рисков невозврата именно у малого и среднего бизнеса. Напротив, он, как правило, лучше выживает, чем крупные корпорации.

— Тем не менее уровень просроченной задолженности по кредитам МСБ достаточно высок, в 2016 году доля просроченной задолженности в портфеле держалась на уровне рекордных 14—15%.

— Как раз из-за того, что многие не умеют с ним работать: ведь его надо уметь кредитовать. Можно дать малому бизнесу кредит под 50% годовых, а потом он не сможет погасить. Но зачем? Надо предоставлять нормальные кредитные продукты, обслуживать, интересоваться, советовать, участвовать. Тогда все это будет жить.

— На ваш взгляд, государственные программы поддержки кредитования бизнеса эффективны? Например, программа «6,5» (кредитные организации, предоставляющие финансирование предпринимателям по этой программе, получают возможность рефинансирования в Банке России по ставке 6,5% годовых. — Прим. Банки.ру) Корпорации МСП.

— Проводниками таких программ являются крупнейшие банки, но там нет небольших региональных банков или их очень мало. Сама программа «6,5» содержит множество ограничений для банков. Ну, например, кредиты на пополнение оборотных средств, выдаваемые в рамках этой программы, должны составлять лишь определенную долю кредитного портфеля. Тогда как кредиты на пополнение оборотных средств — это наиболее частая потребность МСБ. Предприниматель приобретает средства производства на собственные деньги, так как сразу хочет быть их владельцем. А дальше ему надо закупать товары, делать ремонт, и для этого нужны кредитные средства.

В рамках программы установлен лимит на заемщика — 2 миллиарда рублей. Можете представить себе малый или даже средний бизнес, которому нужно 2 миллиарда рублей? А теперь представьте, что крупному банку выделили лимит 10 миллиардов рублей. Что сделает крупный банк? Он пойдет к заемщикам, которые способны взять по миллиарду рублей, и раздаст десятерым заемщикам по миллиарду. А дальше он отчитается, что программа выполнена, средства освоены, бизнес мы поддержали.

Я не говорю, что это происходит в 100% случаев, но, в принципе, система позволяет это делать.

Кроме того, из-за жестких условий, по которым деньги могут выдаваться предпринимателям, выполнение программы затрудняют и сами банки. В итоге, чтобы получить кредит, заемщикам приходится тратить 3—4 месяца, хотя это должно происходить максимально быстро. Так что эти условия действительно являются препятствием для поддержки малого бизнеса.

Более того, может, я скажу крамольную вещь, но, на мой взгляд, государственные институты развития должны быть готовы часть этих денег потерять. Если уж мы говорим о необходимости поддержки малого и среднего бизнеса, надо быть готовым в него инвестировать, а не просто кредитовать. Надо запускать какие-то венчурные механизмы. Для того чтобы человек, у которого есть хорошие идеи, мог попробовать их реализовать. Ведь тому, у кого уже есть работающий бизнес, банки и так охотно дадут кредит.

— Какие меры можно было бы принять, чтобы сделать господдержку более эффективной?

— Настройки системы должны быть более гибкими. Например, частные медицинские предприятия вошли в перечень компаний, которые могут быть прокредитованы по программе «6,5», только полтора месяца назад. Представляете? А почему же их не кредитовать? Но это не было предусмотрено. На мой взгляд, программа должна быть гораздо шире, естественно, с механизмом контроля, чтобы эти деньги не были просто растрачены.

— Какие вы видите сейчас перспективные отрасли в сфере среднего и малого бизнеса? Какие предприятия вы готовы кредитовать?

— На самом деле ничего не меняется. Наиболее понятный сегмент — это торговля. Купил, продал, вот издержки, вот поток клиентов. Если не говорить о торговых сетях, это достаточно простой бизнес. На мой взгляд, сложнее производство, потому что там нужно произвести, а не только продать. Но вместе с тем производство более капитализировано, там возможно инвестиционное кредитование. Как правило, там больше залогов, имущества. Я бы сказал, что для любого малого и среднего бизнеса, если вникнуть в то, чем он занимается, можно найти правильный рецепт. Многие представители малого бизнеса, кстати, говорят, что им не нужны кредиты. И это уже другая ниша для банка, когда важно предоставить сервис, помощь в ведении бухгалтерии, юридических вопросах.

Беседовала Анна ПОНОМАРЕВА, Banki.ru