Счетная палата вчера опубликовала информацию об игнорировании Банком России как минимум двух основополагающих законов РФ — Конституции и ФЗ «О Центральном банке РФ (Банке России)», предписывающих ЦБ «защиту и обеспечение устойчивости рубля». Выбранный еще в сентябре 2009 года правительством и ЦБ курс на инфляционное таргетирование вызвал подозрения аудиторов в противоречии основному закону страны. Ситуацию в пятницу рассматривает «Коммерсант».

Конфликт политики ЦБ и Конституции РФ зафиксирован в материалах «экспертно-аналитического мероприятия «Анализ и оценка основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2010 год и период 2011—2012 годов», которые рассмотрены на коллегии Счетной палаты и вчера опубликованы на сайте ведомства. Согласно ст. 75 Конституции РФ, «защита и обеспечение устойчивости рубля — основная функция Центрального банка РФ, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти».

Счетная палата утверждает, что «впервые за последние годы в «Основных направлениях» не указывается в качестве цели поддержание стабильности (устойчивости) курса рубля». На самом деле Счетная палата факта правонарушения не установила, что подтвердил изданию и автор анализа аудитор Валерий Горегляд: «Это не претензия к ЦБ, это констатация факта, который мы как контрольный орган официально зафиксировали, и это наша обязанность». Правительство и ЦБ с противоречиями «Основных направлений» и Конституции столкнулись еще в сентябре 2009 года, когда документ рассматривался в Белом доме вместе с проектом бюджета-2010. В тот период ЦБ получил поддержку правительства в переходе к модели инфляционного таргетирования — она предполагает, что основной целью регулятора становится запланированный рост цен при полном отказе от валютных интервенций, направленных на стабилизацию номинального валютного курса. Тем самым политика ЦБ начала противоречить Конституции, переписать которую пока не рискнули ни в ЦБ, ни в правительстве.

Отказ от обеспечения устойчивости рубля в правительстве напрямую связывали с антикризисными мерами. Но еще в конце 2009 года первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев объявил, что конституционные нормы банк нарушать все же не намерен: «Мы не будем брать обязательств невмешательства в рынок. Но интервенции будут проводиться не с целью защиты курса, а с целью сглаживания вредных для экономики резких колебаний курса». Мягкость оформления претензий Счетной палаты свидетельствует о том, что нарушения основного закона, как и обещал Улюкаев, в действительности не состоялось. В остальном анализ Счетной палаты содержит только положительные отзывы о действиях ЦБ в условиях кризиса. Согласно документам контрольного органа, «действия ЦБ в целом позволили минимизировать потери кредитных организаций в условиях дефицита ликвидности, смягчить последствия ухода с рынка проблемных кредитных организаций и в конечном итоге не допустить системного кризиса в банковском секторе».

Тем не менее в ЦБ явно хорошо помнят обвинения Генпрокуратуры 1998 года, когда банк потратил на открытом рынке 5,6 млрд долларов, полученные от МВФ на поддержку валютного курса, и это вылилось в проверки прокуроров и уголовные дела против тогдашнего председателя ЦБ Сергея Дубинина. Но в самом ЦБ считают, что решение об изменении Конституции должно приниматься на «политическом уровне». Еще 8 апреля 2010 года директор департамента ЦБ по операциям на финансовом рынке Сергей Швецов публично заявил, что «до принятия политического решения ЦБ практически не имеет возможности окончательно перейти к политике инфляционного таргетирования». Вчера Счетная плата не заявляла о намерении обратиться в Генпрокуратуру, предоставив правительству самостоятельно делать выводы о расхождениях политики ЦБ с основным законом, — контрольный орган направил информационное письмо с приложением аналитической записки в Минфин РФ.