Арбитражный суд Саратовской области в минувшие четверг и пятницу рассмотрел по существу заявление главного управления Банка России по Саратовской области о признании Поволжского Немецкого Банка (ПНБ) банкротом и отказал регулятору в удовлетворении требований. Таким образом, поясняет «Коммерсант», спустя год и почти месяц судебных разбирательств банк, у которого лицензия была отозвана за недостоверную отчетность, достаточность капитала ниже 2% и уменьшение размера собственных средств до уровня ниже возможного минимума, банкротом признан не был.

Как указывает издание, случай Поволжского Немецкого Банка уникален. К выводу о финансовой состоятельности банка суд более чем через год пришел вопреки доводам ЦБ о наличии сразу двух признаков банкротства. По закону о банкротстве кредитных организаций такими признаками являются фактическое неисполнение банком обязательств перед клиентами в течение 14 дней (у ПНБ подтверждалось картотекой непроведенных платежей) и недостаточность имущества банка для исполнения обязательств (у ПНБ возникла из-за доначисления резервов по кредитам). В случае с Тюменьэнергобанком, которому принадлежит предыдущий рекорд по затягиванию банкротства (на полгода), суд при наличии тех же самых доводов регулятора все же признал банк банкротом.

Длительный срок принятия решения по обоим делам определили похожие действия собственников ПНБ и Тюменьэнергобанка по привлечению к оценке финансового состояния банков независимых экспертов. Такой подход, де-факто ставящий под сомнение компетентность Центробанка в оценке ситуации в банках и принятии решений, банкиры применяли впервые. Именно экспертиза, на время проведения которой рассмотрение дел о банкротстве обоих банков по существу было приостановлено, позволила их собственникам затянуть вынесение решений на столь длительный период.

Противоположные решения судов по двум аналогичным делам объясняются тем, что собственники Тюменьэнергобанка опоздали с оплатой экспертизы, лишившись возможности использовать ее выводы в суде. Зато собственники ПНБ смогли использовать экспертное мнение. Экспертно-криминалистический центр МВД (сотрудники которого по поручению суда и выступали экспертами) в своем заключении пришел к выводу, что активов у банка больше, чем обязательств, на 58 млн рублей, а значит, этот признак банкротства у банка отсутствует.

Другой признак банкротства — наличие у банка картотеки — на рассмотрение экспертов не выносился. Принял ли суд во внимание этот аргумент ЦБ, вынося решение в пользу банка, будет понятно из его мотивировочной части, которая появится позже. Адвокаты собственников ПНБ в пятницу отказались комментировать ситуацию. В Банке России изданию сообщили, что будут дожидаться полного текста решения суда с целью его изучения на предмет дальнейшего обжалования.

Поволжский Немецкий Банк оказался в уникальной ситуации, констатируют юристы. «Банк банкротом не признан, но лицензия у него отозвана, что лишает собственников возможности ликвидировать бизнес самостоятельно, — говорит руководитель банковской практики юридической компании «Пепеляев Групп» Лидия Горшкова. — В такой ситуации возможна лишь принудительная ликвидация банка под контролем АСВ, однако до вступления в силу пятничного решения суда инициировать ее Банк России не может». По мнению юристов, пятничное решение суда может пригодиться одному из собственников и бывших руководителей банка Геннадию Шмидту для закрытия уголовного дела, возбужденного в отношении него по факту продажи части активов банка по заниженной стоимости. «Если решение о том, что банк не банкрот, вступит в силу, уголовное дело будет продвигаться сложнее: доказать вину собственника банка за вывод активов в отсутствие факта банкротства будет непросто», — указывает партнер компании Lidings Андрей Зеленин.

Впрочем, банкротство ПНБ — вопрос времени, считают юристы. «Когда будет назначен ликвидатор банка в лице АСВ, он сможет подать новое заявление о банкротстве, уже от своего лица, — рассуждает Горшкова. — Этот иск может быть более результативным, хотя бы потому, что в его основу лягут другие доказательства — о состоянии дел в банке не на момент отзыва лицензии, а на текущий момент, а оно вряд ли улучшилось». «Еще до отзыва лицензии мы проверяли банк по поручению ЦБ на предмет возможной санации и пришли к выводу об отсутствии такой возможности из-за очень плохого качества активов, — сообщил первый заместитель гендиректора АСВ Валерий Мирошников. — Многие кредиты, чтобы не показывать просрочку, были пролонгированы на семь лет с выплатой процентов в конце срока и притом были необеспеченными, так что говорить о достаточности активов банка для исполнения обязательств тут вряд ли можно».

Конкурсный управляющий банка-банкрота «Диалог-Оптим» Андрей Сергеев считает, что в сложившейся ситуации ЦБ больше заинтересован в последовательном обжаловании вынесенного судом решения, нежели во введении процедуры принудительной ликвидации банка. «Сохранить лицо в такой ситуации регулятору гораздо важнее, чем оперативно рассчитаться с кредиторами, — считает он. — Учитывая, что негативная практика затягивания банкротных дел посредством привлечения экспертов разрастается, руководству Центробанка стоило бы ставить вопрос о ее оперативном пресечении на самом высоком уровне, пока она не превратилась в общегосударственную проблему».