Федеральный арбитражный суд Московского округа отложил на 31 января рассмотрение жалобы Центрального банка (ЦБ) РФ на предписание в адрес президента Русского Банка Делового Сотрудничества (РБДС) Сергея Таболина об ограничении деятельности банка. Об этом сообщил Российскому агентству правовой и судебной информации (РАПСИ) сотрудник суда, передает РИА Новости. Рассмотрение жалобы отложено по инициативе суда.

Арбитражный суд Москвы 31 мая прошлого года удовлетворил иск РБДС о признании недействительным предписания ЦБ РФ от 10 февраля 2009 года. Регулирующий орган наложил на РБДС сроком на шесть месяцев запрет на открытие филиалов. Также было ограничено проведение ряда банковских операций в рублях и иностранной валюте. Ограничения были связаны с тем, что банк не исполнил предписания ЦБ РФ от 31 октября 2008 года о предоставлении в Банк России информации о местонахождении кредитной организации не позднее следующего рабочего с момента получения предписания. Апелляционная инстанция 30 сентября отказала в жалобе ЦБ РФ и подтвердила решение суда первой инстанции.

Высший арбитражный суд (ВАС) РФ, рассмотрев 28 декабря 2010 года спор президента РБДС Таболина с Центральным банком РФ, признал незаконными предписания ЦБ, вынесенные из-за смены банком местонахождения без согласования с ЦБ и послужившие основанием для лишения РБДС лицензии. Основанием для отзыва у РДСБ лицензии стало неисполнение кредитной организацией предписаний Центробанка. Таболин оспорил предписания ЦБ РФ в арбитраже, и суды трех инстанций признали их незаконными. Однако Центробанк обратился в ВАС РФ с заявлением об отмене решений нижестоящих судов.

Как следует из материалов дела, РБДС имел лицензию на осуществление банковской деятельности, в которой было указано его местонахождение — Москва, Малый Левшинский пер., д. 7. Комиссия ЦБ РФ в ходе проверки в сентябре 2008 года установила, что банк по месту своей официальной регистрации отсутствует, собственники помещений сведений о нем не имеют. Банк России 31 октября 2008 года вынес в адрес РБДС предписание, которым обязал кредитную организацию сообщить о своем местонахождении и в случае изменения местонахождения представить пакет документов для внесения изменений в учредительные документы. РБДС в ответ сообщил, что банк не планирует смену юридического адреса, а помещение в Малом Левшинском переулке покинул временно — на период капитального ремонта.

Центробанк 16 декабря 2008 года направил в кредитную организацию второе предписание — с требованием уплатить штраф за неисполнение первого предписания (около 182 тыс. рублей) и устранить нарушения, то есть принять меры к внесению в устав изменений относительно своего местонахождения. На основании этих предписаний ЦБ РФ 8 сентября 2009 года издал приказ о лишении РБДС лицензии с апреля 2010 года.

Таболин подал в Арбитражный суд Москвы заявление с требованием признать недействительными предписания ЦБ от 31 октября и 16 декабря 2008 года. Суд заявление удовлетворил, апелляционная и кассационная инстанции оставили решение столичного арбитража в силе. Суды исходили из того, что законодательством не предусмотрена возможность принудительного принятия решения об изменении места нахождения юрлица. Кроме того, по мнению судов, отсутствовала какая-либо угроза интересам вкладчиков и кредиторов, поскольку банк не осуществлял никаких операций, а единственным его участником был Таболин.

Однако коллегия из трех судей ВАС, рассмотрев заявление Центробанка, определила, что имеются основания для отмены судебных актов, и передала дело на рассмотрение президиума ВАС РФ. Коллегия указала, что изменение места нахождения кредитной организации не должно препятствовать проведению Центробанком в отношении кредитной организации соответствующих контрольных и надзорных мероприятий, поэтому изменение адреса не может быть осуществлено без ведома Банка России. По мнению коллегии, также «нельзя признать обоснованным вывод судов о том, что в связи с отсутствием у банка вкладчиков и кредиторов характер допущенных банком нарушений несоразмерен примененной к нему мере воздействия, поскольку он сделан без учета последствий нарушений для публичного правопорядка».