К 2014 году Россия почти победит инфляцию, но рывка в развитии экономики не будет даже после выборов: она продолжит двигаться по инерции к очередному кризису. Это следует из трехлетнего прогноза Минэкономразвития, данные которого приводят «Ведомости».

Новая версия социально-экономического прогноза МЭР на 2012—2014 годы ляжет в основу расчетов федерального бюджета, говорит сотрудник ведомства.

В базовом сценарии падение нефтяных цен придется на год выборов (2012-й. — Прим. ред.): со 105 до 93 долларов за баррель. Оно не так велико (-12%) и в отличие от 2008 года плавное — на 1—2 доллара в квартал со второй половины 2011 года. (В пессимистичном варианте баррель к июлю 2011-го подорожает до 150 долларов, а затем упадет до 92 в 2012-м и до 70 к 2013-му; по оптимистичному сценарию, в январе 2011 года он в последний раз был дешевле 100 долларов.)

Но экономика сможет сохранять темпы роста лишь при дорожающей нефти. В 2012 году они замедлятся до 3,5%. В 1,5 раза сократит рост промышленность, индекс цен производителей упадет в 9 раз, темп роста прибыли предприятий — в 8 (с 33% в 2011-м до 4%). Зато рост инвестиций в основной капитал ускорится почти до 9%, или в 1,5 раза.

Инфляция снизится до 6% из-за замедления роста цен на продукты. Услуги ЖКХ продолжат дорожать прежними темпами.

Прогноз на 2012 год — самая странная часть документа, удивляется главный экономист «Тройки Диалог» Евгений Гавриленков: при замедлении роста прибыли ускоряется рост частных инвестиций, при падении цен на нефть укрепляется рубль — такого еще не было.

Практически не растут цены на нефть и в 2013—2014 годах. Прогноз не предполагает увеличения госинвестиций — с точки зрения МЭР, необходимых для развития. Инвестрасходы бюджета остаются на уровне 3% ВВП: прогноз ведомства Эльвиры Набиуллиной исходит из проигрыша спора Минфину, приоритет которого — сокращение дефицита бюджета. По его расчетам, бюджет остается дефицитным при 100 долларах за баррель нефти.

На докризисные темпы роста Россия не вернется, считают в МЭР. До 2009 года они примерно в 1,5 раза превышали общемировые, а с 2011-го будут опережать их на 0,6 процентного пункта, не достигнув и 5% (максимум — 4,6% в 2014 году). Структура экспорта не изменится: две трети будет приходиться на ТЭК.

Никаких былых амбиций, отмечает Гавриленков. Прогноз построен на адаптивных ожиданиях, когда то, что будет, исходит из того, что есть, указывает главный экономист BNP Paribas Юлия Цепляева: «Прогнозировать приходится в рамках существующей экономики, зависящей от внешней конъюнктуры».

Зато инфляция замедлится почти вдвое, до невиданных в истории России 4—5% в 2014 году. Для более низких темпов потребуются непопулярные меры, что невозможно и после выборов, отмечает главный экономист Deutsche Bank Ярослав Лисоволик. Снижение инфляции ускорит рост реальных доходов населения (в 2011 году министерство ожидает антирекорда — 1,5%), но они будут в 2—3 раза ниже докризисных.

Промышленность, исчерпав резерв восстановления после спада, не повторит былых рекордов: рост 2011 года (5,4%) станет максимальным за ближайшие четыре года.

Увеличение спроса выльется в ускорение импорта: три года он будет расти вдвое быстрее экспорта, вдвое сократится и сальдо внешней торговли. Но на курс рубля это не повлияет: на уровне 27,9—28 за доллар он застынет на три года.

Рост инвестиций к 2014 году ускоряется почти до 10%. Но если темп ВВП при этом почти не ускоряется, значит, отдача от инвестиций падает, такое развитие закончится кризисом, говорит Гавриленков.

Кризис Минэкономразвития прогнозирует в 2017 году (в долгосрочном сценарии), говорят два чиновника ведомства. Его спровоцирует комплекс внешних факторов, объяснял год назад замминистра Андрей Клепач, выражая надежду, что к новому кризису Россия подготовится лучше.

Ничего подобного, следует из прогноза: экономика будет в состоянии застоя, фиксирует чиновник финансово-экономического блока министерства. Грядущий кризис в правительстве называют проблемой 2017 года, рассказывает сотрудник аппарата Белого дома, и что с ней делать — пока непонятно.

Улучшить ситуацию может приток капитала, говорит Лисоволик, но пока продолжается чистый отток, и такой консерватизм прогноза обоснован. Правильно делают, что осторожничают, согласен Гавриленков.