Структура резервов ЦБ РФ надежна, устойчива и не вызывает беспокойства. Такую оценку в интервью газете «Ведомости» дал первый зампред Банка России Алексей Улюкаев.

Отвечая на вопрос о степени защищенности валютных резервов России, который, как указало издание, приобрел особую актуальность в свете событий вокруг Ливии и ее резервов, Улюкаев подчеркнул, что РФ не относится к той категории «очень специфических» стран, в которую входят Ливия, Иран, Северная Корея. «Я с трудом представляю себе такую мирную ситуацию, чтобы относительно России были применены какие-то санкции, сопряженные с замораживанием ее финансовых активов», — заметил банкир.

«Но в идеальном случае, конечно, стопроцентно защищенным является только один актив, а именно — монетарное золото. Кстати, последние пять лет мы проводим программу наращивания доли монетарного золота в своих резервах. Мы, наверное, мировой лидер среди центральных банков по приросту — не по объему запасов, здесь мы далеки от лидерства, — отметил он. — Это создает некоторый потенциал надежности на какой-то случай чрезвычайных, форс-мажорных обстоятельств, которые я сейчас себе представить не могу, но мы должны думать даже о том, чего не можем себе представить».

«В целом же… структура наших резервов — и валютная, и по видам инструментов, и по дюрации — представляется мне надежной, устойчивой и у меня лично беспокойства не вызывает», — заявил Улюкаев.

При этом он добавил, что в краткосрочной перспективе не видит существенного потенциала для роста цен на золото, а в долгосрочной это «вполне возможно».

Говоря об инструментах размещения золотовалютных резервов РФ, представитель Центробанка отметил, что определенную диверсификацию регулятор проводит (это касается, например, валютной номинации активов), но «есть один по-настоящему емкий рынок — это рынок долларовых инструментов; один близкий к нему, но не такой — это рынок инструментов, выраженных в евро, и все остальные существенно меньше. Некоторый рынок есть по фунту, по швейцарскому франку, по иене, австралийскому доллару, канадскому — и все это уменьшающиеся объемы». «Если мы включаем в состав разрешенных практически любую другую валюту, это фактически будет означать только одно — что мы сможем только в банковские депозиты вкладывать. Это довольно примитивный инструмент, не дающий какой-то серьезной пищи для работы. Мы ограничены структурой мировых рынков», — пояснил он.

«Две валюты — канадский и австралийский доллар — мы последовательно включили в состав разрешенных валют, — напомнил Улюкаев. — По канадскому доллару мы уже проводим реальные операции, в этом году будем проводить и по австралийскому доллару, пройдя открытие счетов и так далее — все эти операции, но надо понимать, что это непринципиальное, незначительное изменение структуры».