В России может стать одним государственным банком больше. Газпромбанк, по сути являющийся государственным и сейчас, вскоре может получить этот статус и формально — как поясняет «Коммерсант», в случае конвертации субординированного долга Газпромбанка перед Внешэкономбанком, «Газпромом» и НПФ «Газфонд» в размере 130 млрд рублей в акции. За изменения в устав, делающие такую конвертацию возможной, акционеры банка уже проголосовали.

Газпромбанк опубликовал сообщение о решениях внеочередного общего собрания акционеров, состоявшегося 30 сентября. Кроме одобрения формальных вопросов, акционеры проголосовали и за более чем 50-процентнное увеличение уставного капитала банка — на 10 млрд рублей. На текущий момент он составляет 19,9 млрд. За последние годы среди банков такого уровня столь масштабное увеличение уставного капитала было только у ВТБ в кризисном 2009 году. Тогда государство выкупило допэмиссию ВТБ на 180 млрд рублей, увеличив при этом уставный капитал всего на 37,3 млрд (остальное пошло в эмиссионный доход), или менее чем на 40%.

Впрочем, в отличие от ВТБ, «живых» денег в капитал Газпромбанк сейчас не получит. Акции в рамках допэмиссии будут использованы для конвертации в них субординированного долга Газпромбанка. Это субординированный кредит от ВЭБа на 90 млрд рублей, субординированные займы от НПФ «Газфонд» на 32,5 млрд и от ОАО «Газпром» на 7,5 млрд. «Изменения в устав (позволяющие Газпромбанку в дополнение к уже размещенным 19,998 млн акций разместить еще 10 млн обыкновенных акций. — Прим. «Коммерсанта») внесены на тот случай, если нынешние акционеры Газпромбанка и ВЭБа примут решение о конвертации субординированных кредитов в акции банка», — объясняет источник, близкий к совету директоров Газпромбанка. Он уточнил, что пока решения не приняты, вопрос обсуждается.

Хотя номинальная стоимость одной акции в рамках допэмиссии составляет 1 тыс. рублей, ее оценочная стоимость существенно выше — 19 тыс., говорит источник издания. Таким образом, максимальный объем эмиссии может достичь 190 млрд рублей. Окончательный объем эмиссии на текущий момент непонятен, продолжает собеседник газеты: «принципиально разместить акции на сумму 130 миллиардов рублей», то есть в сумме, полностью покрывающей объем субординированного долга. В этом случае будет размещено не 10 млн, а 6,8 млн акций.

Представитель Газпромбанка не стал комментировать решение о допэмиссии. В пресс-службе ВЭБа отказались комментировать ход обсуждения вопроса о конвертации субординированного долга в акции Газпромбанка. Впрочем, судя по словам источника «Коммерсанта», действия банка свидетельствуют о том, что решить этот вопрос он рассчитывает оперативно. «Поправки именно в устав позволяют банку одобрить допэмиссию решением совета директоров, не созывая собрание акционеров, что ускоряет процесс», — пояснил он.

Если ВЭБ одобрит конвертацию субординированного кредита в капитал Газпромбанка, то его доля при эмиссии на 130 млрд рублей составит 17,6%, а при эмиссии на 190 млрд — 15,8%. Доля НПФ «Газфонд» при конвертации в рамках частичной допэмиссии (на 130 млрд рублей) снизится ниже контрольной — до 43,6%, при полной — до 39%. Доля «Газпрома» уменьшится до 32,6% или 29,1% соответственно. При этом Газпромбанк не просто приобретет нового квазигосударственного акционера в лице ВЭБа. Контроль в нем перейдет к структурам, напрямую подконтрольным государству (совместная доля «Газпрома» и ВЭБа превысит 50%). «Газпромбанк и так все воспринимают как государственный», — замечает гендиректор ЦЭА «Интерфакс» Михаил Матовников.

Такие действия Газпромбанка и его акционеров имеют объяснение. Газпромбанку необходим капитал именно первого уровня (на конец 2010 года достаточность капитала первого уровня по МСФО составляла 10,6%, по Базельским стандартам должна быть не ниже 8%), и конвертация субординированного долга (учитывается в капитале второго уровня) в акции (уставный капитал учитывается в капитале первого уровня) позволит его нарастить. «В 2008 году банк понес убытки на десятки миллиардов рублей на деривативных сделках, что оказало негативное влияние на капитал первого уровня», — уточняет аналитик Moody’s Владлен Кузнецов.

Кроме того, сейчас у банка дополнительный капитал почти равен основному, поэтому в силу требований ЦБ больше наращивать дополнительный капитал он не может, добавляет Матовников. «Увеличивать же капитал банка первого уровня не может сам «Газпром», поскольку взял курс на снижение своей доли в банке. Таким образом, конвертация высвободит возможности для дальнейшего увеличения капитала банка силами «Газпрома» за счет новых субординированных кредитов, не увеличивающих акционерную долю», — добавляет он.

При этом для кредиторов банка по субординированному долгу выгода от его конвертации в акции не столь очевидна. Вместо инвестиций с гарантированной доходностью (ставки по субординированным кредитам ВЭБа составляют 6,25% по первому траншу и 7,25% по второму; «Газпрома» — 8%, «Газфонда» — 10,5%) они приобретут инвестиции без гарантий возврата и с непрогнозируемой доходностью. «Впрочем, ГПБ неоднократно заявлял о планах выйти на IPО, и в случае рыночного размещения ВЭБ может заработать на этой инвестиции», — указывает Матовников. Неочевидна выгода от такого возможного хода государства и для рынка. Примеру Газпромбанка могут захотеть последовать и другие игроки, а это чревато дестабилизацией рыночной дисциплины, указывают эксперты. Как напоминает «Коммерсант», в кризис 17 банков получили от ВЭБа поддержку в размере 404 млрд рублей в виде 10-летних субординированных кредитов. Газпромбанк — второй по величине долга заемщик ВЭБа, крупнее кредит только у ВТБ: 200 млрд рублей. Между тем в ВТБ, Банке Москвы, Транскредитбанке, НОМОС-Банке и «Зените», которые получали в кризис субординированные кредиты ВЭБа, сообщили, что пока следовать примеру Газпромбанка не собираются.