Экс-президент Банка Москвы Андрей Бородин пытается любыми средствами политизировать ситуацию вокруг продажи этого банка группе ВТБ, в то время как на самом деле все разговоры на тему «пришли и отобрали банк» не выдерживают никакой критики. Такое мнение высказал в интервью газете «Ведомости» Игорь Юсуфов, бывший спецпредставитель президента по международному энергетическому сотрудничеству, на которого Бородин в ранее опубликованном интервью указал как на представителя интересов руководства РФ в сделке со столичным банком.

«В ситуации с Банком Москвы я действовал по собственному усмотрению, ни от кого указаний не получал», — отметил Юсуфов, комментируя по просьбе издания заявление Бородина о том, что в сделке по выкупу доли последнего в банке Юсуфов представлял интересы президента РФ Дмитрия Медведева и действовал по его поручению. Говоря о своей роли в переговорах, Юсуфов пояснил, что о возможности такой сделки ему рассказал сын (долю Бородина в Банке Москвы в 19,91% выкупил Виталий Юсуфов, продав ее впоследствии группе ВТБ. — Прим. ред.): «Он считал, что сделка по приобретению пакета в Банке Москвы для него интересна, и знал, как ее реализовать. В планы Виталия входило участие в развитии этого банка в сотрудничестве с ВТБ. Поэтому сын попросил меня посодействовать ему в контакте с руководством ВТБ, а с Бородиным он был знаком ранее».

«Вероятно, изменение планов сына в отношении доли в Банке Москвы, а затем решение о ее продаже были следствием радикального изменения ситуации и принятых решений ЦБ», — выдвинул свое предположение Игорь Юсуфов в отношении последующей продажи его сыном своего пакета группе ВТБ. «Банк Москвы — один из крупнейших госбанков страны, поэтому не исключено, что процессы, связанные с изменением состава акционеров, могли попасть в сферу внимания руководства страны», — заметил Юсуфов-старший.

Комментируя приписываемые ему Бородиным слова в отношении Медведева о том, что для «молодого человека» создается «пенсионный фонд» или «будущая финансовая империя», Игорь Юсуфов дал понять, что речь в действительности шла о его сыне («…Молодой человек» — так я называю своего сына Виталия», — указал Юсуфов-старший по ходу интервью). Впрочем, озвученных планов он подтверждать не стал, сказав лишь: «Империю создавать не собираюсь, но всегда рад возможности поддержать сына в его начинаниях, поделиться опытом и знаниями».

«Я глубоко убежден, что бывший банкир пытается любыми средствами политизировать ситуацию вокруг Банка Москвы», — отметил Игорь Юсуфов. «О каких решениях, тем более политически мотивированных, может идти речь, когда банк и так находился под контролем государства — правительства Москвы? Новый мэр Москвы Сергей Собянин и (глава ВТБ) Андрей Костин заключили сделку о продаже госимущества — пакета акций в Банке Москвы — с баланса субъекта Федерации на баланс госбанка», — подчеркнул он.

«Все разговоры на тему «пришли и отобрали банк» не выдерживают никакой критики, — считает Юсуфов. — Банк (Москвы) изначально был государственным, при его создании мэрия владела 100% долей. Но потом в составе акционеров стали появляться некие юрлица, принадлежащие непонятным бенефициарам, а доля города постепенно размывалась. При этом город продолжал оказывать поддержку своему опорному банку. Позже появились слухи, что Бородин захватил полный контроль над банком».

«Возникает резонный вопрос: кто и каким образом допустил потерю контроля со стороны государства над деятельностью банка? Если слухи верны, то почему именно менеджер банка получил столь значительную долю?» — рассуждает Юсуфов.

Он также заметил, что Бородин, назвав в интервью трем зарубежным изданиями сумму сделки по покупке его пакета в Банке Москвы — 800 млн долларов, нарушил условия договора о конфиденциальности и неразглашении условий сделки. Что же касается позиции Бородина в отношении указанной суммы, которая оценивается им как недостаточная исходя из суммы сделки между ВТБ и столичной мэрией, то Юсуфов указал: «Есть мнение, что его (Бородина) пакет не стоил ничего».

«Президент Банка Москвы (Михаил) Кузовлев в июле «Коммерсант FM» высказал твердое убеждение, что то, что считалось free float Банка Москвы, на самом деле таковым не являлось и что весь free float контролировался бывшим менеджментом, поэтому и уровень цен на акции всегда был управляем. Это значит, что биржевая котировка не отражала реальной стоимости банка», — пояснил Игорь Юсуфов.

«О серьезных проблемах в Банке Москвы, выявленных в ходе проверки ЦБ, стало известно уже после покупки 19,91% у Бородина и Льва Алалуева. Портфель безнадежных кредитов был оценен в 150 миллиардов рублей. На момент сделки такой информации не было ни у покупателя, ни у рынка, продавец ее не предоставил. Бородин в свое время сам называл журналистам приобретение доли в Банке Москвы покупкой «кота в мешке». Если у покупателя и у рынка была бы возможность учесть все проблемы банка и дыру в его кредитном портфеле, реальная капитализация и продажная стоимость была бы значительно ниже», — добавил он.

«Сейчас Бородин в силах немедленно наладить конструктивный диалог с руководством ВТБ и Банка Москвы и погасить эти недостающие 150 миллиардов рублей в виде активов или денежных средств, а не заниматься политизацией коммерческих вопросов. Тем самым он бы не на словах, а на деле проявил заботу о клиентах банка, коллективе и всех остальных, о ком он так трогательно переживает», — считает Юсуфов.

Он также подчеркнул в ответ на информацию о том, что является одним из лиц, уполномоченных, согласно Бородину, держать активы, входящие в сферу интересов Медведева, и организовывать встречи бизнесменов с президентом: «С Медведевым я никогда коммерческих вопросов не обсуждал и в его переговорах с представителями бизнеса не участвовал. Я виделся с ним в основном на заседаниях совета директоров «Газпрома» и на различных официальных мероприятиях».

Кроме того, по словам Игоря Юсуфова, его уход с поста спецпредставителя президента не связан со сделкой по Банку Москвы. «Прошение об отставке я подавал задолго до событий вокруг Банка Москвы, так как хотел заниматься новыми собственными инвестпроектами», — уточнил он.