Как выяснил «Коммерсант», европейский бизнес на базе приобретенного Volksbank International (VBI) Сбербанк намерен развивать по-русски — под соответствующим брендом (Sberbank) и по российским технологиям оценки рисков. Внедрение в Европе этих ноу-хау может съесть всю экономию, полученную Сбербанком от снижения цены сделки в ходе переговоров (80 млн евро). При этом насколько эффективно отечественные банковские технологии способны работать на западном рынке, покажет лишь время, пишет «Коммерсант».

Вчера в Вене состоялось подписание документов между Сбербанком и VBI о покупке последнего. Итоговая сумма сделки — 505 млн евро против обсуждавшихся в ходе переговоров 585 млн. Такую цену Сбербанк заплатил за сеть из 295 отделений и клиентскую базу из более чем 600 тыс. клиентов (без учета румынского подразделения VBI, которое не вошло в сделку). Следующим шагом станет интеграция VBI в систему Сбербанка, в результате которой он сменит имя на Sberbank, рассказал «Коммерсанту» президент Сбербанка Герман Греф. По его словам, старым брендом банк сможет пользоваться в течение года. Стратегия развития VBI на ближайшие три года будет утверждена в мае.

По словам господина Грефа, сменой вывески VBI Сбербанк не ограничится. Через европейскую «дочку» он намерен продвигать на Западе не только бренд, но и принятые им в России методы работы, в частности систему обработки клиентских данных и управления рисками при кредитовании. Для заемщиков — физических лиц — это «Кредитная фабрика», для корпоративных клиентов — «Кредитный конвейер». С помощью этих систем управления рисками Сбербанк сократил срок принятия решений о выдаче кредитов с недели до суток. Впрочем, управлять европейскими рисками из России Сбербанк не сможет. Обработка заявок европейских клиентов российской системой невозможна юридически (эти данные нельзя передавать за пределы Евросоюза) и сложна технически (российская система Сбербанка рассчитана на данные на русском языке). Поэтому в Европе систему обработки данных и оценки рисков придется строить заново.

Затраты на построение этой системы могут съесть всю экономию — 80 млн евро, полученную Сбербанком от снижения цены сделки в ходе переговоров, признают в банке. Однако указывают, что в масштабах всего Сбербанка затраты на создание центра обработки данных в Европе будут не слишком существенны. К тому же в Европе, по словам господина Грефа, это обойдется дешевле, чем в России. На создание российского центра обработки данных у Сбербанка ушло около 1,2 млрд рублей.

Оценить, во сколько может обойтись Сбербанку перевод российских технологий риск-менеджмента в Европу, опрошенные «Коммерсантом» банкиры затруднились. «По своим масштабам этот опыт Сбербанка уникален: у других российских банков, имеющих «дочек» на Западе, не было необходимости радикально перестраивать их бизнес в соответствии с принятой в России моделью, — указывает первый вице-президент Газпромбанка Екатерина Трофимова. — Конечно, такой шаг потребует определенных инвестиций, но и выгода от перехода на централизованное управление рисками может перекрыть понесенные затраты». «Система обработки данных и управления рисками европейских «дочек» ВТБ также расположена в Европе, поскольку таковы регулятивные требования Евросоюза по хранению и обработке клиентских данных, — говорит член правления ВТБ Ольга Дергунова. — Она функционирует в строгом соответствии с требованиями как европейского, так и российского регулятора». Оценивать масштаб и стоимость предстоящих Сбербанку работ на основе опыта ВТБ госпожа Дергунова не стала, сославшись на то, что дочерние заграничные банки ВТБ приобретались как уже работающие институты с готовой моделью бизнеса, не требовавшей радикальной перестройки.

Впрочем, ряд опрошенных экспертов усомнились в эффективности применения российских технологий в Европе. «Поведенческие модели среднестатистического европейского и российского заемщика слишком разные, — рассуждает топ-менеджер банка из топ-10. — Кроме того, всевозможные «кредитные фабрики» и «кредитные конвейеры» эффективны только для потоковой обработки большого объема кредитных заявок. Не уверен, что в Европе, где покрытие населения банковскими услугами существенно выше, чем в России, Сбербанку удастся найти необходимый объем спроса на кредиты». Впрочем, европейской новая клиентская база Сбербанка во многом будет лишь условно. «В случае с юридическими лицами речь идет в первую очередь о работе с российскими компаниями, ведущими бизнес в Европе, в случае с физическими лицами наиболее перспективным продуктом является ипотека на жилье в Европе, что также может быть очень востребовано российскими клиентами», — говорят источники в банке.