Дело о банкротстве небольшого банка «Сахалин-Вест», лишившегося лицензии еще в 2008 году, приобрело неожиданный оборот. Противоборствующими сторонами в рамках этого процесса оказались вовсе не рядовые кредиторы банка, на которых не хватает конкурсной массы, а две госструктуры. Агентство по страхованию вкладов и Федеральная налоговая служба (ФНС) не могут договориться, кто из них главный в деле возврата в Фонд страхования вкладов выплаченных вкладчикам средств. Свой вердикт во вторник вынесет Высший арбитражный суд, пишет «Коммерсант».

Спор между двумя госструктурами вызвал вопрос об объеме полномочий ФНС как представителя АСВ в делах о банкротствах банков. Будучи одновременно и конкурсным управляющим, и кредитором первой очереди банков-банкротов (на сумму страховых выплат, произведенных вкладчикам), свои права требования в качестве кредитора АСВ реализует не напрямую, а через уполномоченный правительством орган — ФНС, которая в этом статусе действует от имени и в интересах АСВ. Такая норма была зафиксирована в законе «О страховании вкладов» и конкретизирована в подзаконном нормативном акте Минфина с целью избежать конфликта интересов у агентства при совмещении статуса кредитора банка-банкрота с полномочиями АСВ как конкурсного управляющего. Однако, как показала практика, этот способ исключить внутренний конфликт интересов агентства привел к противостоянию двух ведомств — АСВ и ФНС — в судах. Один такой спор, возникший в рамках банкротства банка «Сахалин-Вест», дошел до президиума ВАС.

Как следует из материалов дела, налоговая служба, будучи еще и самостоятельным кредитором третьей очереди банка-банкрота по не полученным налоговым платежам, использует права требования АСВ не только для представления его интересов, но и для принятия решений по вопросам, не согласованным с агентством. Так, в рассматриваемом деле управление ФНС по Сахалинской области потребовало от АСВ (как от конкурсного управляющего банка) созвать внеочередное собрание кредиторов для переизбрания комитета кредиторов, хотя таких инициатив от АСВ не исходило. АСВ налоговикам в созыве собрания отказало, посчитав неправомерным суммирование делегированных ФНС своих прав кредитора с собственными требованиями налоговой службы к банку. Без этой математической операции доли в 10% всех имеющихся в реестре кредиторов требований к банку, которая по закону о банкротстве необходима для созыва собрания кредиторов, у ФНС бы не было.

Позицию АСВ «Коммерсанту» пояснил первый заместитель гендиректора агентства Валерий Мирошников. «Налоговая служба — лишь представитель агентства и, согласно положению об этом представительстве, утвержденному Минфином, может в этом качестве участвовать в собраниях кредиторов и заседаниях комитета кредиторов, — сообщил он. — Но при этом ФНС не вправе, не обладая достаточным количеством собственных прав требований к банку-банкроту, инициировать собрание кредиторов, используя свои представительские функции, без согласия на то агентства». На необходимость для ФНС руководствоваться в рамках представительских функций интересами АСВ, а также на ограниченный круг полномочий ФНС в этой роли указали и суды нижестоящих инстанций, поддержавшие АСВ.

Логика судей ВАС, не согласившихся с коллегами и отправивших дело на пересмотр, оказалась ближе к тем аргументам, которые приводили представители ФНС. В определении о передаче дела в президиум ВАС тройка судей подчеркнула, что одновременное выполнение агентством функций конкурсного кредитора и конкурсного управляющего «создает условия для возникновения конфликта интересов», который устраняется «путем передачи функций конкурсного кредитора от агентства к уполномоченному органу в части спорных требований». При этом закон «О страховании вкладов» не ограничивает полномочия ФНС по таким требованиям, а положение Минфина, в котором такие ограничения имеются, является лишь ведомственным нормативным правовым актом, принятым в развитие закона, который имеет большую юридическую силу, заключают судьи ВАС.