Лауреат Нобелевской премии по экономике Джозеф Стиглиц полагает, что рынкам еще рано праздновать, так как основные проблемы еще только предстоит решить. Об этом он пишет в статье, размещенной на сайте Project Syndicate.

Эксперт отмечает, что на саммите в Брюсселе были и хорошие новости: «европейские лидеры, наконец, поняли, что операция «загрузки», посредством которой Европа дает деньги в долг банкам, чтобы спасти государства, и, наоборот, государствам, чтобы спасти банки, — не сработает. Кроме того, они теперь признают, что кредиты в рамках спасительных мер, которые дают новому кредитору старшинство перед предыдущими кредиторами, ухудшили положение частных инвесторов, которые просто будут требовать еще более высоких процентных ставок».

Однако его тревожит то, что европейским лидерам потребовалось так много времени, чтобы увидеть «нечто настолько очевидное». «Но то, что отсутствует в соглашении ‑ еще более значительно, чем то, что там есть. Год назад европейские лидеры признали, что Греция не сможет восстановиться без роста и что экономического роста нельзя достигнуть только путем жесткой экономии. Тем не менее в этом направлении было сделано немного. Сейчас предлагается провести рекапитализацию Европейского инвестиционного банка как часть пакета роста объемом около 150 миллиардов долларов. Но политики умеют переупаковывать, и, по некоторым сведениям, новые деньги составляют только малую долю от этой суммы, и даже она не попадет в систему вся и сразу. Короче говоря: меры исцеления ‑ слишком незначительные и слишком запоздалые ‑ основаны на неправильной диагностике проблемы и дефектной экономике», — уверен Стиглиц.

Все надеются на то, что рынки будут награждать добродетель, которая определяется как жесткая экономия, пишет экономист. Но рынки более прагматичны: если (а это почти наверняка) жесткая экономия ослабит экономический рост и тем самым подорвет способность к обслуживанию долга, то процентные ставки не упадут. В действительности инвестиции будут снижаться ‑ порочный круг, в который уже попали Греция и Испания.

«Выжидательный подход Европы к кризису не может работать бесконечно. На убыль идет не только доверие к периферии Европы. Сегодня ставится под сомнение само выживание евро», — полагает лауреат Нобелевской премии.