Решение проблемы ипотечных заемщиков, взявших до кризиса кредиты в экзотических валютах — швейцарских франках и японских иенах, — обошлось Банку Москвы в сотни миллионов рублей. Из-за роста курсов этих валют к рублю почти вдвое треть заемщиков, более тысячи человек, не смогли оплачивать свои кредиты. Чтобы вернуть их к нормальному обслуживанию долга, банку в большинстве случаев пришлось конвертировать экзотическую валюту в рубли по ставке 5,5%. Об этом пишет «Коммерсант».

Банк Москвы подвел предварительные итоги программы реструктуризации для заемщиков, бравших до кризиса ипотечные кредиты в швейцарских франках и японских иенах. Эта программа была запущена в ноябре прошлого года в связи с тем, что многие заемщики не смогли обслуживать такие кредиты из-за резкого (почти вдвое) роста курсов этих валют к рублю с момента запуска экзотической ипотеки в 2007—2008 годах. Как рассказал «Коммерсанту» руководитель управления ипотеки Банка Москвы Олег Пятлин, заявки на льготную реструктуризацию экзотической ипотеки подали около трети всех заемщиков, имевших такие кредиты.

Всего в Банк Москвы поступило 1 350 заявок, из которых 1 100 были удовлетворены. «Около 250 заемщиков получили отказ, потому что данная программа имела в первую очередь социальную задачу и была рассчитана на тех, у кого соотношение платежа по кредиту и дохода выросло до критического уровня и не позволяло нормально обслуживать кредит. Те, кто получил отказ, имели достаточный уровень доходов, их положение не было критическим», — пояснил Пятлин.

По его словам, 500 клиентов уже прошли процедуру реструктуризации, в результате чего объем кредитов, номинированных в франках и иенах, в рублевом выражении сократился примерно на 3 млрд рублей, до 9 млрд. «После того как будет завершен процесс переоформления кредитов по всем остальным одобренным заявкам, мы ожидаем его сокращения еще вдвое», — добавил Олег Пятлин.

80% заемщиков, получивших одобрение по программе льготной реструктуризации ипотеки в экзотической валюте, предпочли конвертировать свои кредиты в рубли. Лишь 20% сохранили валюту кредита, решив не фиксировать сумму кредита по высоким курсам.