Зависимость российской экономики от европейской валюты невелика, однако в случае краха евро Россия может пострадать одной из первых, поскольку инвестирует в эту валюту существенную часть своих международных резервов, считает глава Еврогруппы и премьер-министр Люксембурга Жан-Клод Юнкер.

«Российская экономика не зависит от евро, но сейчас все экономические процессы тесно взаимосвязаны, и, поскольку большая часть российских золотовалютных резервов хранится в евро, конечно, от краха евро Россия пострадает одной из первых. Мы очень рады, что Россия ведет себя очень ответственно в ходе так называемого кризиса евро. На самом деле это не кризис евро, это кризис суверенной задолженности некоторых стран еврозоны. Я думаю, что ЕС, а особенно еврозона, должны сохранить это стратегическое партнерство с Россией, которая ведет себя очень ответственно в сфере денежно-кредитной политики и других экономических аспектах. Россия — наш партнер, и Россия может пострадать, если евро упадет, но этого не произойдет», — сказал Юнкер в интервью телеканалу RT.

Представители Банка России неоднократно заявляли, что не намерены сокращать долю евро в международных резервах РФ, несмотря на высокую волатильность этой валюты в условиях затяжного долгового кризиса. В феврале первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев сообщал, что доля доллара США в международных резервах РФ составляет 46,5%, евро — 40,5%, фунта стерлингов — 9%, канадского доллара — 2%, японской иены — 2%. Россия располагает третьими по размеру в мире золотовалютными резервами, которые, по данным ЦБ на 14 сентября, составляют 522,8 млрд долларов.

Говоря о методах борьбы с европейским кризисом, глава Еврогруппы отметил, что европейские власти используют как те инструменты, к которым прибегали четыре года назад, так и новые методы.

«Мы организовали так называемые зонтики, в рамках которых проблемные страны еврозоны получают рекомендации и помощь от других государств — членов еврозоны. Поэтому мы и наши партнеры надеемся, что самый мрачный сценарий — крах евро — никогда не станет реальностью», — сказал Юнкер.