Заместитель президента НОМОС-Банка Ирина Гордеева рассказала в интервью «РБК daily», опубликованном в пятницу, о развитии корпоративного кредитования, конкуренции и политике в отношении заемщиков.

Темпы роста корпоративного кредитования в этом году «значительно отстают от прошлогодних», отметила она. «Если по итогам 2011 года сегмент корпоративного кредитования вырос почти на 27%, то в этом году мы прогнозируем рост не более чем на 15%. Причин для этого много. Во-первых, ухудшающаяся внешняя и внутренняя конъюнктура, в том числе замедление экономического роста в России. Неопределенность не мотивирует бизнес на развитие, снижаются инвестиции в основной капитал. Тормозит развитие корпоративного кредитования и рост ставок. Дело в том, что в течение этого года росла нехватка денег в системе. Самый большой разрыв между объемами кредитов и средствами юрлиц — 5,2 трлн рублей — был зафиксирован в апреле 2009 года. Затем эта цифра сокращалась, но с 2012 года она снова начала расти и летом достигла своего максимума — 7 трлн. Ситуация начала исправляться только с сентября. Ну и, наконец, у многих банков довольно напряженная ситуация с достаточностью капитала», — заявила Гордеева.

Отвечая на вопрос о том, компании каких секторов экономики больше всего нуждаются в заимствованиях, она подчеркнула, «спрос на кредиты есть во всех отраслях». «В структуре нашего кредитного портфеля самую большую долю занимает производство, чуть меньше торговля, затем идут недвижимость и добывающая промышленность. Потребность в заемных ресурсах зависит не столько от отраслевой принадлежности, сколько от системы ведения бизнеса, от бизнес-стратегии и тактики предприятия», — добавила Гордеева.

Сокращение ликвидности в системе, по ее словам, приводит к ужесточению конкуренции на рынке депозитов. «А снижение деловой активности негативно отражается на желании предприятий взять кредит. Поэтому сейчас банковский рынок — это рынок клиента», — объяснила она.

«Конечно, ставка имеет значение. Сроки вторичны, причем ситуация здесь несколько отличается от той, которую обычно описывают в прессе. Принято считать, что в России нет «длинных» денег. Их действительно мало, но при этом мы зачастую вынуждены убеждать предприятия брать деньги на более длительный срок — 3—5 лет. Тактика практически всех компаний направлена на минимизацию расходов, то есть на снижение ставки. Поэтому предприятия, даже те, которые нуждаются в «длинных» деньгах, предпочитают брать кредиты на короткие сроки. Но финансирование инвестиционных программ «короткими» деньгами увеличивает как риски заемщика, так и риски банковской системы. Поэтому лучше хотя бы часть кредитного портфеля перевести в более длительные заимствования», — сказала собеседница издания.

Она отметила, что «неоспоримое преимущество — понимание банком бизнеса клиента, отраслевой специфики, рисков, схем работы с поставщиками, с покупателями». «Все это упрощает взаимодействие в процессе выдачи кредита, и клиенты зачастую оценивают это даже выше, чем привлекательные ставки или быстроту принятия решения», — заявила Гордеева.

«Нехватка ликвидности приводит к увеличению ставок как по депозитам, так и по кредитам, о чем свидетельствует повышение ставки рефинансирования. Если говорить о краткосрочных и среднесрочных кредитах, то это около 1%. А вот рост ставок по депозитам выше, поэтому и происходит снижение маржи в банковском секторе», — сообщила она.