Консенсус между странами «большой двадцатки» по поводу сохранения стабильных валютных курсов не означает отказа от денежной эмиссии. Вслед за эмиссией долларов свои валюты печатают и другие страны, сохраняя равновесие курсов. Как отмечают специалисты Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений (ИГСО), без этой политики произошло бы укрепление периферийных валют, что негативно сказалось бы на экспорте из этих стран.

«Активизация работы печатного станка ФРС (Федеральная резервная система, американский ЦБ. — Прим. ред.) толкает правительства других государств на повторение действий США», — говорит директор ИГСО Борис Кагарлицкий. По его словам, ослабление валют носит взаимно уравновешивающий характер. «Стабильность курса валюты не означает стабильности ее покупательной силы. Загадку инфляции раскрывает механизм эмиссии денег примерно в одинаковом масштабе в разных странах», — отмечает руководитель ЦЭИ ИГСО Василий Колташов. По его мнению, эмиссия доллара лишь активизировала процесс.

Как напоминают в ИГСО, «девальвационная гонка в 2008—2009 годах породила в финансовых кругах мира страх быстрого и всеобщего обесценивания валют». В итоге в 2009—2012 годах сохранялись или были восстановлены близкие к докризисным курсы валют по отношению к доллару. Министры финансов и глав центробанков G20 по итогам встречи в Москве выпустили коммюнике, в котором говорится: «Мы воздержимся от конкурентной девальвации валют». Однако никаких механизмов влияния на тех, кто нарушит договоренность, «большая двадцатка» не имеет, указывают эксперты. В случае с ослаблением японской валюты участники встречи вынуждены были удовлетвориться объяснением Токио, приводит пример ИГСО.

«Соглашение о неконкурировании валютных курсов выглядит как взаимный вооруженный нейтралитет, но не новый антикризисный механизм», — заключают эксперты.