Россия сейчас не выглядит хуже других стран мира по экономическому положению, структура ее экономики не вызывает больших опасений. Хотя и откладывать решение проблем нельзя, считает Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики. Однако метод следует выбрать верный. Центробанку, по мнению Ясина, не следует снижать процентные ставки до тех пор, пока нет стимула для роста накоплений — сначала нужно добиться роста ставок по депозитам.

«На Центробанк давно давят, чтобы он снизил свои учетные ставки. Эльвира Набиуллина заявила, что нужно снижать ставки по кредитам, и Банк России намерен это стимулировать. И напрасно. Нельзя их пока снижать, тем более с нажимом. Сначала надо добиться повышения ставок по депозитам. Они сегодня в реальном исчислении — отрицательные. И стимула для увеличения сбережений нет, потому что выходят чистые потери. Спрашивается, как в этих условиях могут быть растущие и вообще высокие накопления? Никак. Да и сами они не автоматически преобразуются в инвестиции. Сбереженные средства могут быть положены под матрац или вывезены за рубеж. Наконец, они могут вернуться в потребление, если не находятся подходящие объекты инвестирования — высокодоходные и с приемлемым риском», — заявил Ясин в интервью «Российской газете».

По его словам, снижение процентов по кредитам лишь создаст новые угрозы: «Если вы снижаете ставки по кредитам при отрицательной ставке по депозитам, то порождаете нездоровую обстановку в банковской системе и вообще на финансовых рынках».

Надо создавать условия, чтобы появился стимул для частных инвестиций, а пока в финансовой политике России ставка делается на наращивание государственных инвестиций, сетует ученый. Главное, считает он, — добиться того, чтобы инвестиции стали эффективными, создавать условия, при которых более активным становился частный бизнес. «Если же будем продолжать паниковать из-за того, что из страны вывезли много капитала, сокрушаться по поводу ставки рефинансирования, игнорируя это главное, боюсь, мы столкнемся с большими трудностями. Да, они появятся не завтра, поскольку серьезных проблем в России сейчас нет. Но это не значит, что они не вылезут потом, года через три-четыре», — заключил он.