Министерство финансов РФ разработало план деофшоризации экономики из 21 пункта — после его воплощения в 2014 году бизнесменам придется платить налоги с дивидендов по российским ставкам, искусственное занижение сумм сделок потеряет финансовый смысл, а аудиторы будут вынуждены делиться клиентской информацией с налоговиками. Об этом пишет «РБК daily».

Документ предусматривает, что к июню 2014 года в Белый дом поступят законопроекты (в основном поправки в Налоговый кодекс), которыми вводятся три новых понятия — «налоговое резидентство организаций», «фактический получатель (собственник) дохода» и «контролируемые иностранные компании». Последний законопроект даст возможность получать с российских компаний налог на прибыль, который ранее перечислялся «дочкам» в офшорах.

Введение понятия «налоговое резидентство организации» в первую очередь позволит отследить те компании, у которых нет постоянного представительства в России. «В основном это финансовые структуры и холдинги. Точной статистики по ним нет, но есть четкая тенденция: офшорные элементы проявляются уже и на уровне средних компаний, не говоря о крупных компаниях. Причем часть из них используют офшорные схемы «по памяти 1990-х годов», — рассказал партнер PWC Михаил Филинов.

Удар по офшорным компаниям, управляемым из России, но не уплачивающим налоги в российский бюджет, будет сильнее, если НК пополнится не только принципом «налогового резидентства», но также и отдельными понятиями — «место управления», «место центрального управления и контроля» и «место эффективного управления», считает партнер компании EY Владимир Гидирим.

Понятие о «фактическом получателе (собственнике) доходов» позволит не применять пониженные ставки по процентам, дивидендам и роялти в соглашении о двойном налогообложении в том случае, когда «получатель» является всего лишь агентом, а не фактическим получателем дохода, говорит управляющий партнер «Deloitte, СНГ» Геннадий Камышников. В налоговом законодательстве уже есть понятие лица, имеющего фактическое право на доход, но это не то же самое, что и «бенефициарный собственник» в экономическом смысле. «Российский бизнесмен может стоять над российским заводом, за слоями офшорных компаний, экономически — он бенефициарный собственник завода, — объясняет Михаил Филинов. — Но одновременно кипрский холдинг, который получает дивиденды от завода, может быть «лицом, имеющим фактическое право на доход», если он будет, например, реинвестировать полученные дивиденды в другие заводы, а не перераспределять далее по офшорной цепочке».

Еще одно предложение Минфина — обнулить планку по суммарному критерию для признания сделок контролируемыми, если одна из сторон сделки или ее бенефициар зарегистрированы в офшоре (сейчас суммарный критерий — 60 млн рублей). Соответствующий законопроект может быть разработан также к июню. Он откроет ФНС возможность контролировать любые внешнеэкономические сделки. «Когда был введен барьер доходов по сделкам с офшорными компаниями, постепенно снижающихся до текущих 60 млн рублей, на рынке появились предложения по дроблению бизнеса, финансовых потоков офшорных компаний, чей доход превышал 60 млн рублей. Сейчас правительство пытается поймать доход, убегающий из сферы трансфертного ценообразования», — объясняет руководитель налоговой практики Baker Tilly Tax Services Рустам Вахитов. Он считает, что эта инициатива разумная, но в краткосрочной перспективе не стоит ждать значимого увеличения отчислений в бюджет — прежде всего потому, что у ФНС не хватит ресурсов для обработки такого большого массива данных.