Европейский союз не имеет никакого отношения к арестам российского имущества. Контрмеры российской стороны должны быть юридически обоснованными. Об этом заявил в пятницу в интервью «Коммерсантъ ФМ» посол ЕС в России Вигаудас Ушацкас.

«Европейский союз не имеет никакого присутствия в этих спорах (приведших к аресту российской госсобственности в ряде европейских стран), это является, как я понимаю, судебным решением, в котором ни Еврокомиссия, ни правительства стран Европейского союза не имеют ни влияния, ни голоса», — подчеркнул посол.

«Контрмеры могут быть только тогда, когда они правомерны, когда они имеют юридическую основу. Я надеюсь, что российское правительство будет уважать международное право и таким образом себя вести», — прокомментировал Ушацкас заявление главы МИД РФ Сергея Лаврова о возможных контрмерах в виде ареста европейской госсобственности на территории России.

В среду стало известно, что бельгийские судебные приставы пытаются использовать российское имущество для погашения претензий компании Yukos Universal Limited в рамках решения третейского суда в Гааге.

В частности, приставы направили ряду российских компаний, работающих на территории Бельгии, а также банкам, обслуживающим их, предписание в 15-дневный срок представить список активов, которыми эти компании распоряжаются, для последующего исполнения решения суда.

Кроме того, во французских банках были заморожены некоторые счета, которые имеют отношение к российским клиентам.

Глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев заявил, что принятые в ряде стран Европы меры по блокировке российских счетов являются неправовыми действиями.

В четверг Улюкаев заявил, что Россия полностью исключает возможность выплат по иску бывших акционеров нефтяной компании «ЮКОС». Министр признал, что есть риск притязания на госимущество РФ не только в Бельгии и Франции, но и в других странах в рамках дела «ЮКОСа».

В то же время спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко не считает, что РФ нужно принимать меры в ответ на арест госсредств РФ за рубежом до прохождения судебных процедур. При этом действия Франции и Бельгии в этом вопросе она назвала «абсолютно политизированными».