«Мы вновь подчеркнули нашу уверенность в том, что все финрынки, продукты и участники должны подлежать соответствующему регулированию или надзору», — цитирует Thomson Reuters заявление лидеров и министров финансов крупнейших стран ЕС по итогам их встречи в воскресенье. В ней участвовали представители Великобритании, Франции, Германии, Италии, Люксембурга (председательствует в совете министров финансов стран ЕС), Испании, Нидерландов и Чехии (страна — председатель ЕС). Об основных итогах встречи во вторник сообщают «Ведомости».

Встреча должна была помочь Европе выработать единую позицию к саммиту в апреле, на котором ЕС намерен призвать к созданию глобальной системы регулирования финрынков. Европейские лидеры впервые согласились с необходимостью эффективного механизма международных экономических санкций против «налоговых убежищ», предлагая делегировать МВФ роль регулятора. «Кризис — отчетливый призыв к расширению регулирования и надзора за всеми системообразующими секторами, особенно за хедж-фондами, рейтинговыми агентствами, внебиржевой торговлей деривативами», — заявил президент Европейского центробанка Жан-Клод Трише.

ЕС выступит и за ограничение бонусов менеджмента финкомпаний и удвоение кредитных ресурсов МВФ до 500 млрд долларов. Евросоюз хорошо понимает, на что должны быть потрачены эти деньги, уверены эксперты. «Нет сомнения, что экономики Центральной и Восточной Европы сталкиваются с крупнейшим экономическим кризисом со времен падения коммунизма», — говорит Ларс Кристенсен из Danske Bank. В наиболее уязвимых экономиках, таких как Венгрия, страны Балтии и ряд балканских государств, масштабы падения ВВП могут достигать 15%, считает он.

Идея усиления регулирования может получить поддержку ряда членов «двадцатки». О необходимости совершенствовать систему регулирования финрынков ранее говорил президент России Дмитрий Медведев, за усиление регулирования выступал Китай. Но «США опасаются лишиться части национальных полномочий в сфере надзора и регулирования», заявил AP Роберт Браска из нью-йоркского аналитического центра Fact and Opinion Economics. Что об этом думает сама финансовая индустрия — не имеет значения, говорит он: «Она потеряла все, что имела, из-за того что сначала получила права на саморегулирование, а затем сорвалась с цепи».