Банк России работает по системе раннего реагирования на проблемы кредитных организаций, однако по любому сомнительному эпизоду нужно собрать доказательную базу.

«Мы ставим перед собой задачу раннего предупреждения проблем, чтобы они не доходили до той стадии, когда у нас уже нет другого выбора, кроме отзыва лицензии или санации. И сейчас вся наша система надзора перестраивается именно под это, применяется риск-ориентированный подход, и мы стремимся к взаимодействию с собственниками и менеджерами банков на ранней стадии проблем. Когда собственник и менеджер понимают, что они еще в силах исправить проблему, велика вероятность, что они будут пытаться это делать, а не выводить активы и доводить банк до банкротства», — заявила в интервью «Интерфаксу» председатель ЦБ Эльвира Набиуллина.

По ее словам, есть и другая сторона в вопросе о скорости надзорного реагирования — «даже если мы по косвенным признакам догадываемся, что в банке есть проблемы, мы должны собрать большой объем формально определенных доказательств, чтобы действовать». «Мы просто не можем отозвать лицензию у банка, если у нас нет юридически оформленных правовых доказательств. В условиях современных банковских технологий, когда можно один актив за день заменить на другой, мы в каждом случае должны будем собирать новую систему доказательств, что этот актив, например, фирма-однодневка. И это ограничивает скорость надзорного реагирования», — рассказала она.

Набиуллина отметила, что у ЦБ в отличие от многих коллег за рубежом практически нет права профессионального суждения, которое в ряде случаев могло бы помочь быстрее прекращать существование реально уже потерявших устойчивость банков. «Первый шаг, который был сделан в сторону профессионального суждения, — это введение оценки взаимозависимости лиц (норматив Н25, вступит в силу с 1 января 2017 года). По оценке качества активов у нас пока нет профессионального суждения, но сейчас идет обсуждение законодательства, которое позволит нам эту систему доказательств выстраивать. Например, мы пока не имеем возможности осмотреть залог без присутствия сотрудников банка, узнать, существует ли он реально или только на бумаге», — сказала она.

«Есть много подобных тонкостей, когда при формировании доказательной базы мы упираемся в отсутствие законодательных оснований», — подчеркнула Набиуллина.