Агентство финансовой статистики StatBanker.ru представляет обзор возможных сценариев создания национальной российской платёжной системы. Общеизвестно, что безналичные платежи дают ряд неоспоримых преимуществ экономике. Это ускорение взаиморасчётов между субъектами экономической деятельности, прозрачность платежей с точки зрения контроля, статистического учёта и прогнозирования объёмов денежных потоков для всех участников процесса, повышение уровня финансовой грамотности населения, снижение уровня операционных издержек, например, за счёт снижения стоимости инкассации, повышение уровня безопасности как для клиента, так и для торговой точки за счёт исключения из оборота наличных, повышение уровня потребления населения за счёт использования карт с функцией овердрафта или револьверной кредитной линии и т. д.

В тоже время, несмотря на столь внушительный перечень преимуществ, проникновение безналичных платежей в структуру платёжной системы России остаётся крайне низким, а сама модель использования безналичных платежей населением России крайне неэффективной. Так, на операции по снятию наличных приходится 90% от объёма всех операций по картам, в то время как, например, в европейских странах объём операций по снятию наличных в общем объёме операций в среднем в 2—3 раза меньше. Ситуация выглядит тем более плачевной, если проанализировать технологическую составляющую существующей в России безналичной платёжной системы. Так, например, в России насчитывается всего лишь порядка 800 торговых и сервисных организаций, оснастивших свои сети торгово-сервисных точек и магазинов терминалами для приёма банковских карт, из которых львиная доля располагается в Москве и Санкт-Петербурге. Как результат, в нашей стране в 13 раз меньше POS терминалов, чем в США, и в 4 раза меньше, чем, например, во Франции, Италии, или Англии. По показателю количества терминалов на миллион жителей страны статистика выглядит просто ужасающей. Например, в Италии на 1 миллион жителей приходится 22 000 терминалов, в Швеции и Франции по 21 000 терминалов, в Нидерландах 20 000 терминалов, в США и Швейцарии по 18 000 терминалов, в Англии 17 000 терминалов, а в России всего лишь 2 000 терминалов. Более того, больше 80% из выпускаемых в России банковских карт не имеют встроенного чипа и выпускаются на базе технологии только магнитной полосы, в то время как Европа активно переходит на микропроцессорные карты.

В этой связи, очевидна необходимость государственного вмешательства в данный сегмент экономики с рядом законодательных инициатив с целью стимулирования участников рынка безналичных платежей по созданию дополнительной новой инфраструктуры. В их числе могут быть, например, обязательное оборудование всех торговых точек с определённой суммой месячного оборота платёжными терминалами (закон о торговле), обязательное оборудование платёжными терминалами всех обслуживающих население государственных учреждений (суды, регистрационные палаты, БТИ, ГИБДД, отделения налоговой службы, судебные приставы, ФМС, паспортные столы и т. д.) с целью оплаты госпошлин, налогов, штрафов и прочих государственных услуг непосредственно на месте, обязательное оборудование платёжными терминалами всех отделений естественных монополий (РЖД, Почта России, Метро, муниципальный транспорт и т. д.), обязательное оснащение терминалами топливно-заправочных станций, а также начиная с минимальной суммы оборота в месяц обязательное оборудование всех сервисных точек, осуществляющих оказание услуг населению. Внедрение этих технологий могло бы сопровождаться определёнными налоговыми льготами, например, в виде фиксированного налогового вычета.

В тоже время, государство в процессе создания национальной платёжной системы рассматривает несколько иные сценарии, целью которых является стимулирование рынка безналичных платежей не через создание дополнительной новой инфраструктуры, а стимулирование через вывод на рынок нового социального банковского продукта, т. е. в какой-то степени повышение конкуренции между существующими участниками рынка как на уровне платёжных систем, так и на уровне банков-участников этих систем. Данные инновации предполагается осуществлять исключительно в рамках имеющейся в настоящее время отсталой технологической базы. Иными словами, предполагается создать новую платёжную систему, целью которой будет реализация возможности быстрой и дешёвой передачи социальных выплат от государства к гражданину на базе платёжных банковских карт для реформируемой в настоящее время системы социального обеспечения граждан. Сейчас очевидна необходимость автоматизации экономических взаимоотношений между государством и различными социальными категориями граждан, в частности, в вопросах социальных выплат, льгот, и так далее. Однако использование для обеспечения этих функций контролируемых западным капиталом платёжных систем представляется рискованным. Ведь в один момент такую систему можно отключить, парализовав построенную на её основе систему социальных выплат. Кроме того, обеспечить государственный контроль над циркулирующей внутри платёжных сетей информацией практически невозможно.

Первый вариант создания национальной платёжной системы может предполагать построение банками-участниками совместно с государством полномасштабной системы выпуска и обслуживания нового типа карт для узкого сегмента государственных услуг, в котором присутствие частного или иностранного капитала невозможно. Это, например, оплата на месте государственных пошлин, перевод социальных выплат и пенсий, получение льгот и т. д. Такой вариант крайне дорогой, ресурсоёмкий, с очень отдалённым временным горизонтом реального работоспособного внедрения, и, при этом, ещё более отдалённой (возможно, на десятилетия) перспективой достижения точки безубыточности. Однако, сразу и безапелляционно сбрасывать со счетов этот вариант не стоит. Ведь оценивая всю совокупность рисков, связанных с созданием системы социальных платежей от государства к гражданину и наоборот, на первый план выходит прежде всего её надёжность, стабильность и оперативность социальных платежей.

Вместе с тем, даже создав национальный аналог зарубежных платёжных систем, государству, по всей видимости, не удастся обеспечить его полномасштабным рынком. Действительно, распространение терминалов новой платёжной системы лишь в государственных учреждениях, а также явный фокус лишь на функцию зачисления гражданину социальных денежных средств и последующее снятие гражданином этих денежных средств, а не фокус на основной функции карты (а именно, оплаты товаров и услуг) приведёт к тому, что граждане будут лишь снимать деньги с карты сразу после их начисления. Такая модель поведения граждан в использовании новых карт с одной стороны не способна привести к быстрой окупаемости, а с другой стороны не в состоянии сформировать привычки к повседневному использованию новой карты. Совокупность этих факторов, безусловно, приведёт к проигрышу рынка основным существующим платёжным системам. В таком случае, модель национальной платёжной системы не может быть построена на рыночных правилах, и её создатели и участники должны исходить из иных нефинансовых критериев оценки её эффективности и непрямых финансовых выгод от своего участия в ней. Например, обслуживая такую систему, банк-участник получает доступ к базе данных системы, и может привлекать новых клиентов на свои банковские услуги. Однако, вопрос о том, как поступать, когда банк-участник извлечёт всех необходимых ему клиентов, и, скажем, решает отказаться от своего участия, или, даже не отказавшись от участия, будет нести колоссальные издержки на обслуживании этой системы. Как показывает опыт, добиться эффективной координации и функционирования такой системы будет крайне проблематично. Действительно, не имея существенной прибыли от эксплуатации новой системы крайне проблематично добиться её конкурентного развития. Кроме того, остаётся открытым вопрос о пополнении счетов новых карт. Ведь чтобы на карте появились деньги, всё равно нужно посещать банк, чтобы пополнить счёт. А если оператор такой платёжной системы будет обладать небольшим количеством офисов и банкоматов с функцией приёма наличных, то это уже создаст затруднения. Кроме того, оператору потребуется взимать комиссии за использование карты, чтобы обеспечить рентабельность платёжной системы. В этом случае получается, что за доступ к социальным функциям держателю карты придётся дополнительно платить. К недостаткам можно отнести и небольшое по сравнению с международными платежными системами количество точек приёма карт как в России, так и за рубежом. Можно утверждать, что создание новой платежной системы по типу уже существующих платёжных систем столкнётся с весьма существенными препятствиями.

Второй возможный вариант развития национальной платёжной системы — это создание технического решения для социальных выплат на базе уже существующей платёжной инфраструктуры, или создание федерального эквивалента социальной карты москвича, или федеральной карты россиянина. С помощью социальных карт граждане получили бы возможность получать пенсии и выплаты на обычные банковские карты, а при установки терминалов в государственных учреждениях, оплачивать государственные услуги прямо на месте их оказания, минуя Сбербанк. Например, водители смогли бы более оперативно оплачивать штрафы. Однако, в этом случае неправомерно говорить о создании национальной платёжной системы, т. к. даже федеральная карта россиянина никак не может стать национальной платёжной системой по следующим причинам. Во-первых, данная карта будет фактически принадлежать одной из самых распространенных у нас платёжных систем (VISA или MasterCard), а уполномоченный банк по сложившемуся и общепринятому механизму просто сдаст россиянину эту карту в аренду. Все операции по оплате и начислению денежных средств будут проходить через вычислительный центр платёжной системы (VISA или MasterCard), а также процессинговый центр банка-участника. Во-вторых, вся инфраструктура по обслуживанию этих карт уже создана, и принадлежит банкам. Другими словами, создание федеральной карты россиянина является обычным выпуском новой банковской карты с микрочипом и рядом дополнительных функций социальной направленности. Подобных карт, например, с функцией кредитования, или получения дополнительной скидки, или накопления баллов, или оплаты коммунальных платежей, или получения назад на счёт части потраченных средств на рынке достаточно много. Не ясным остаётся лишь вопрос, почему проект создания подобной карты называется национальной платёжной системой. Скорее всего, речь идёт о терминологической путанице, а именно, под термином национальной платёжной системы сейчас понимается механизм, позволяющий переводить социальные выплаты россиянам с промежуточных лицевых счетов граждан в различных фондах (например, фонда социального страхования) на карточные счета тех же граждан в банке. В этом случае, создаваемая система должна уметь находить банк из числа участников системы, в котором клиент открыл свою карту, а также уметь находить нужную карту, если участник имеет более одной карты.

К минусам создания федеральной социальной карты на базе существующей платёжной инфраструктуры следует отнести уязвимость с точки зрения зависимости будущих социальных платежей от международных владельцев платёжной системы, отсутствие полного контроля государства за циркулирующему внутри системы платежами и информационными потоками, коммерческие тарифы банков на выпуск и использование такой карты, и т. д. Самый большой риск связан с элементарной возможностью отключения карты и остановки платежей в случае невозможности договориться с платёжной системой (VISA или MasterCard) по условиям обслуживания, или нежеланием по тем или иным причинам платёжной системы (VISA или MasterCard) проводить дальнейшее сотрудничество по такому проекту. Альтернативой могло бы стать создание такого механизма функционирования этой карты, который бы предполагал её реализацию на базе любой функционирующей в стране платёжной системы. В этом случае, даже при отказе одной системы обслуживать карты, всегда можно использовать возможности другого игрока. Но беда в том, что фактически достаточное покрытие территории нашей страны, впрочем, как и других стран, обеспечивают лишь две платёжные системы (VISA или MasterCard).