• Подозреваю, что жизнь в нашей стране устроена по такому специальному алгоритму, когда любое направление движения рано или поздно, но обязательно выведет на Сбербанк. После того как в девяностых годах прошлого века мои старшие родственники потеряли в сберкассах все свои многолетние сбережения, я много лет вполне осознанно отказывалась от любого общения со Сбербанком. И тем не менее в конце концов я стала в нем обслуживаться. Причина — его тотальная представленность: в Петербурге, в Москве не надо искать ни отделения, ни банкоматы. Они просто на каждом углу. В городах поменьше Сбербанк обычно либо среди небольшого количества кредитных учреждений, либо вообще «один, совсем один». По масштабам проникновения и по глобальности присутствия в стране у него нет конкурентов. И не будет еще очень и очень долго. Тем и привлекает. Других плюсов у него не наблюдаю. Карточка обслуживается без проблем, рекламой кредитов надоедают в меру — а что еще нужно простому человеку без претензий?
  • Второй банк, с которым общаюсь, — тоже «вынужденный», не «по любви». Театр, в котором служу, переводит зарплату на карту Банка Москвы. Что из себя этот банк представляет — вообще не знаю и не представляю, так как вижусь исключительно с банкоматами. Про них могу сказать, что они железные, красного цвета и в Петербурге их крайне мало. Если бы пришлось сегодня выбирать новый банк, то, скорее всего, это был бы какой-то иностранный. В России выбор сложно назвать многовариантным: все равно все вышли из Сбербанка. Как вся русская литература — из гоголевской «Шинели».
  • Держать денежные сбережения в банке пока не представляется возможным. По ряду причин. Во-первых, нет ни малейшей уверенности в том, что «все будет хорошо». Лично меня и многих моих знакомых жизнь четко приучила к тому, что в наших реалиях синонимом слова «банк» является слово «проблема». Во-вторых, выгоды от банковских вкладов неочевидны. В длительной перспективе ставки по депозитам не покрывают инфляцию. В-третьих, сумма страхового покрытия вклада (сейчас 700 тысяч рублей, с 2014 года вроде бы будет миллион рублей) хотя и достаточна для, наверное, 90% всех вкладов, но сама по себе показательна своей ничтожностью: банковская система сейчас далека от стабильных берегов, все по-прежнему болтается в воздухе.
  • Уровень обслуживания «у нас» и «у них» уже практически неотличим, если сравнивать по каким-то очевидным, формальным признакам. У нас операционистки и охранники даже помоложе и помоделистее будут, чем, например, в Испании и, тем более, в Англии и Германии. Сказываются развитое эстетическое чутье наших банкиров и их врожденная тяга к прекрасному. Но вот в плане работы с клиентами… Как отбирают наших людей на эти позиции, по каким деловым и личностным качествам — непонятно.
  • Предпочтений по валютам не имею, так как люди компетентные (Михаил Хазин, например) уже несколько лет убедительно доказывают нам, что сейчас нет никакой принципиальной разницы между евро, долларом, швейцарским франком или фунтом стерлингов. Все они примерно равнозначны в своей незащищенности перед кризисными явлениями в экономике. Про рубли тоже долго говорить не приходится.
  • Мне доводилось брать банковский кредит. Причем, удивительное дело, не себе. Совершенно анекдотическая ситуация. Идем по улице с моим коллегой, актером. Он сетует на жизненные неурядицы и перманентное безденежье. Вот, мол, надо ноутбук купить, телефон поменять. В общем, неотложные такие нужды, первоочередные. Помоги, мол, а то мне кредит не дадут… Ну что ж, начинаю помогать. Заходим действительно в первый попавшийся на пути банк. Им оказался Райффайзенбанк. Оформляю кредит на потребительские нужды. Коллега рад. Банкиры сияют. Но я чувствую, что для меня эта история просто так не закончилась. И точно! Потом меня полгода донимали звонками из этого банка с предложением других, ну очень выгодных кредитов. Как я ни просила вычеркнуть мой телефон из базы обзвона, как ни заверяла, что кредит мне в ближайшее время не понадобится, — мне все равно звонили и звонили.
  • В банках я бываю сравнительно редко. И поводы все сплошь какие-то обывательские, ничего возвышенного и изящного: ну там коммунальные услуги оплатить, штраф ГИБДД, пошлину за загранпаспорт. Радует отсутствие длинных очередей (хотя перед Новым годом банки были почему-то просто набиты посетителями). Приятные интерьеры, мебель новая, чисто, прохладно… В банке хорошо, особенно если ни с кем не контактировать.
  • При том что я настроена не слишком-то «ванильно» по отношению к банкам и к банкирам, не могу сказать, что они для меня территория повышенной конфликтности. Наверное, это оттого, что я не питаю по их поводу никаких иллюзий.
  • За рубежом (да и в России) предпочитаю наличные деньги. Карточкам как-то не особо доверяю. Точнее, не то что не доверяю — это не наглядно для меня: вот в наличных разницу между 100 евро и 400 евро я чувствую. А при безналичных расчетах, картой — нет, не чувствую вовсе.
  • Я стараюсь обходиться по жизни без крайностей и не впадать ни в накопительство, ни в транжирство. Иногда это принимает забавные формы, ожидающие своего психологического толкования. Например, на автозаправке я заливаю за раз по 15—20 литров. Муж мне говорит: «Да, понимаю, сказать «Полный бак!» на заправке — для тебя слишком сложно. Но в итоге это оправданно: чем реже ездишь на заправку, тем меньше пустого пробега». Несколько раз я уже пересилила привычку и заставила себя «потранжирить». Приехала на заправку и выдавила из себя: «Бак!»
  • Любимая статья расходов, как водится у натуральных блондинок, — что-нибудь непростое и замороченное. Одно время увлекалась западноевропейскими веерами, выпущенными после 1950 года. Сейчас вот перешла на антикварную астрономическую оптику (астрономическую — не по ценникам, а по своему прямому назначению). Попутно размышляю над европейскими морскими приборами — суперкомпасы, астролябии, секстанты. Изящное коллекционирование очень воодушевляет на актерский труд.
  • С ведением семейного бюджета мне несказанно повезло. В том смысле, что его ведет супруг. Какой у меня бюджет? Так, мелкие крохи. Ну дом содержать. Ну детей воспитывать. Ну отдых и путешествия организовывать. А вот глобальные вопросы бытия, подлинно стратегическое бюджетирование и надзор за финансовой дисциплиной — это все он, супруг.
  • Самые первые деньги я сделала на камнях. Согласитесь, красиво звучит. И было мне лет пятнадцать, наверное. Наш класс ездил «на камни» — собирать их и сносить к краям огромных картофельных полей. Обычные круглые, довольно тяжелые камни, которые в случае попадания внутрь сельскохозяйственной уборочной техники гробили ее безвозвратно. Поэтому работа была настолько ответственная, что за нее платили деньги! За уборку самого картофеля деньги школьникам не платили. А за камни — да, пожалуйста. Я заработала довольно много, примерно 15 рублей. На них мы купили какую-то очень полезную и довольно дефицитную для тех времен домашнюю технику — то ли фен, то ли электрочайник. Так что начинала я карьеру в сельском хозяйстве. Прекрасные были времена…

    Беседовал Александр БЫСТРЫХ (Санкт-Петербург)