51. Как чёткие начальники часы у подчинённых отжимали. В пункте 15 я рассказывал об индивидуальных переносах смен. А сейчас поведаю насчёт коллективных перемещений рабочих дней, долгое время практикуемых на «Кредитной фабрике». Впервые с этим явлением я столкнулся в одну из суббот октября 2010 года. Насколько помню, в тот день умельцы колдовали над программным обеспечением, а потому длительность смены была сокращена на несколько часов, которые труженикам заявочного конвейера не подарили, а перенесли на неопределённый срок. Каждый «досрочно освободившийся» клерк предоставил начальнику «отпросительную» записку: «Я, <ФИО>, прошу отпустить меня тогда-то по причинам производственной необходимости с последующей отработкой этих часов». Принципиально важный момент: пункт «Обязуюсь отработать указанные часы тогда-то» в указанном эпизоде остался незаполненным, в отличие от случая индивидуального переноса рабочего дня, при котором андеррайтер чётко указывал, когда именно он отработает такие-то часы. Потом массовые перемещения нескольких рабочих часов на неопределённые даты руководители стали практиковать в малозаявочные периоды (например, 5 и 6 ноября, то есть между нерабочим праздничным Днём народного единства и воскресеньем), будучи обеспокоенными перспективой невыполнения плана в дни спада клиентской активности. Надо полагать, позиции в рейтинге (см. пункт 39) уже тогда были очень важны, просто большинство рядовых сотрудников на эту тему «шишки» не напрягали. Подчинённым смотрящие говорили, что в такие дни сделать «сотку» не удастся, а потому нет смысла портить свою личную результативность и лучше несколько часов записать в так называемые «долги». Но оклады и премии выплачивались пропорционально часам, указанным в первоначально утверждённых графиках, с которыми тружеников заявочного конвейера знакомили под роспись (см. пункт 14). К этому важному моменту вернусь чуть позже. В «моей» смене динамика часовой «задолженности» в конце 2010-начале 2011 годов была такая: 8 (октябрь) + 18 (ноябрь) + 6 (начало декабря, до старта новогодней акции по усиленной раздаче денег вкладчиков заёмщикам) – 17 (январь) + 11 (февраль) = 26 (часов). У многих сидящих рядом со мною коллег накопился примерно такой «долг» (плюс-минус несколько часов в зависимости от графика отпусков и т.п.). Именно в третьей декаде января 2011 года я (да и, надо полагать, большинство тружеников заявочного конвейера) впервые столкнулся с отжимом smile:vnature: «долговых» часов. В тот момент «зелёный слон» проводил очередной аттракцион ростовщической щедрости; соответственно, поток заявок возрос. И смотрящие за теми сменами, в которых ранее практиковались коллективные переносы, предложили подчинённым отработать часть этих перенесённых часов (иными словами, погасить часть «задолженности»). Ясное дело, что решение принималось на более высоком уровне. И конечно, этот первый отжим застал врасплох подавляющее большинство «должников». К тому же оповещение происходило лишь за день до внепланового выхода: «Завтра у вас не выходной, а отработка долгов»,– и кому-то приходилось уговаривать начальников перенести неожиданные труды с завтрашнего дня на другую, более удобную дату. Но поскольку общий комфорт на «Кредитной фабрике» в начале 2011 года был очень даже ничего (планы были реальные, переносить рабочие дни в индивидуальном порядке удавалось без проблем, шмона ещё не было), то особо сильного недовольства не наблюдалось. В той смене, в которой я трудился, сменявшие друг друга начальники говорили, что, как только возникнет необходимость, с нас взыщут и оставшиеся 26 (плюс-минус несколько) «долговых» часов. Но когда поток заявок увеличивался вследствие снижения процентных ставок, то для разгребания завалов нам предлагались «овертаймы» (см. пункт 19) с оплатой по двойному тарифу (на моей памяти, впервые это было сделано в июле 2011 года); так что в конечном итоге на «долги» подзабили. Утверждать, что в других сменах было то же самое, не могу. Насколько помню, сарафанное радио сообщало, что в той смене, которую возглавляла ММВ (ещё до того, как она стала начальницей сектора), рядовым труженикам заявочного конвейера было предложено сначала погасить всю часовую «задолженность» и лишь потом выходить в «овертаймы». Надеюсь, что знающие люди в комментариях меня поправят и/или дополнят.

За три года своих андеррайтерских трудов в стенах «Кредитной фабрики» сверхурочные 12 часов с оплатой по двойному тарифу я отработал лишь однажды – в декабре 2011 года – по настоятельной рекомендации и.о. начальника смены. К тому моменту я уже не первый месяц находился в сообществе шуршунов (см. пункты 31-32), и после регулярных переработок сил (а следовательно, и желания) на «овертаймы» не оставалось.

В 2012 году коллективные переносы смен на неопределённый срок стали практиковаться ещё чаще, чем в 2011 году. Как правило, «отпросиловки» составлялись насчёт суббот и отработок. «Долговые» часы могли возникнуть даже в апреле, что было в новинку. Потом на некоторое время (у кого-то месяца на три, у кого-то иначе) массовые перемещения приостановили. В «моей» смене ставший и.о. начальника ЗСИ в июне и в июле 2012 года деликатно предлагал недоподчинённым погасить хотя бы часть «задолженности». Несколько сотрудников отозвались. Удобнее всего ставить «компенсационную» смену было в тот понедельник, который изначально предполагался нерабочим: в субботу и воскресенье отдохнули, в понедельник и вторник потрудились – далее по стандартному графику 1/1 (см. пункт 14). В августе коллективный рост часового «долга» возобновился. На «мыло» регулярно приходили письма от начсмен (а также и.о.): «Такого-то числа не выходим – пишем отпросиловки (отпросительные записки)». Многие андеррайтеры стали выражать обеспокоенность по поводу перспектив внезапного отжима этой «задолженности»: в их памяти ещё был жив прецедент третьей декады января 2011 года. Но начальники и недоначальники озвучивали обезоруживающий аргумент: дескать, в переносимый день не удастся сделать план; а если подписчик просядет по выработке в «плохую» смену очень сильно, то из-за этой неудачи даже недельный норматив может быть не достигнут. Заартачившийся было подчинённый тут же представлял себе картину маслом: письмо в «мыле» с перечнем «неудачников», требование предоставить объяснительную записку, а в дальнейшей перспективе – задушевные беседы со стаканистами и снижение квартальной премии. Ведь один «тухлый» день может испортить статистику всей недели; одна «провальная» неделя может испачкать месячную картину; а один «слабый» месяц способен обрушить и квартальную выработку того или иного клерка ниже 100% от норматива. Сомнения у андеррайтера рассеивались, и он клал на стол смотрящему за сменой очередную «отпросиловку» со своей подписью. Поэтому неудивительно, что к концу 2012 года суммарное число «часов до востребования» у некоторых подписчиков перевалило за сотню, а общий размер недоработанных клерко-часов по всей «Кредитной фабрике» трудно представить.

Опасения осторожных андеррайтеров вскоре оправдались. В «моей» смене уже в конце декабря 2012 года лидерам списка «должников» ЗСИ (ясное дело, по наущению стаканисток ММВ и ДИГ) предложил погасить часть «задолженности». Причём, в отличие от июня и июля, это было сделано в приказном порядке: дескать, завтра такие-то (список ФИО прилагается) отрабатывают такое-то количество «долговых» часов. В тот день я находился в другом кабинете (а именно во вспомогательном направлении), а потому узнал о случившемся только от коллег. Но очевидцы единогласно заявляли, что такого громкого скандала данная смена и её ближайшие соседи не припоминали. К сожалению, никто не записал этот обмен «любезностями» на диктофон.

В начале 2013 года рост часового «долга» был продолжен: ведь заоблачный план никто снижать не собирался, а за его невыполнение (независимо от обстоятельств) мозги «неудачникам» рукой водители канифолили регулярно (см. пункты 32-33). Однако февральские коллективные переносы оказались последними. А в марте 2013 года ситуация кардинально изменилась. Смотрящие за сменами выслали на «мыло» подчинённым скорректированный график, где вдобавок к 159 часам, указанным в первоначальном графике (факт ознакомления с которым каждый андеррайтер подтвердил подписью в конце января), были внесены 10-12 «долговых» часов. Причём дата погашения части «задолженности» была выбрана на усмотрение корректоров. И перенести её можно было лишь в индивидуальном порядке, попросив об этом начальника смены. Градус недовольства в сообществе рядовых тружеников заявочного конвейера увеличился, но скрепя сердце (предварительно погудев в кухнях) подчинённые позволили рукой водителям отжать эти часы. Сказались следующие черты подавляющего большинства андеррайтеров: разобщённость, запуганность и юридическая безграмотность.

В соответствующем виртуальном месте, доступ к которому был (возможно, и сейчас есть) даже у простых работников «Кредитной фабрики», есть любопытная папка, содержащая графики работы за прошедшие месяцы. Что характерно: кто-то из смотрящих за сменами выкладывал туда и скорректированные расписания с указанием дат отработки «долгов». Более дальновидные начальники контору не палили. Типа если у кого-то возникнут вопросы, то всегда можно сказать: так мол и так, все андеррайтеры трудились по первоначальному графику, подписанному ими за месяц с лишним; насчёт отжима «долговых» часов не в курсе smile:notiam: .

В конце марта ситуация повторилась: начсмен выслали рядовым труженикам заявочного конвейера скорректированный график работы на апрель, в котором вдобавок к первоначально расписанным 175 часам фигурировали ещё по 12 часов в счёт погашения части «задолженности». Мне пришлось пообщаться на эту тему с недоначальником.

Вурдалак. Сколько это будет продолжаться?
ЗСИ. Пока все долги не будут полностью возвращены. Эти часы оплатили – их надо отработать.
Вурдалак. Но ведь нет законных оснований для этого. В расчётных листках за каждый из прошедших месяцев фигурировали лишь те часы, которые были указаны в первоначально составленных графиках. Значит, сведения о так называемых «долгах» ни в кадры, ни в бухгалтерию не поступали. К тому же многие сотрудники, стремясь к выполнению плана, переработали столько часов, что взыскивать с них что-либо просто абсурдно. Они ничего не должны.
ЗСИ. Надо действовать не только по закону, но и по-человечески; а задерживаются на рабочем месте по окончании смены только те люди, которые не хотят работать. Продолжать этот разговор было бессмысленно.

Коллеги из параллельной смены обратились к своему смотрящему с просьбой организовать встречу с начальницей сектора ММВ с целью обсуждения данного вопроса. Их, конечно же, возмутил расклад, при котором рукой водители сначала в погоне за статистическими показателями фактически заставляли подчинённых переносить рабочие дни на неопределённый срок, шантажируя их перспективой невыполнения плана (со всеми вытекающими последствиями), а потом стали резко отжимать эти навязанные «долги». Сарафанное радио также сообщало, что кто-то из андеррайтеров позвонил в кадры и выяснил, что никакой информации о «долговых» часах туда не поступало. Но стаканисты проигнорировали обращение «оупенспейсников» и даже не сочли нужным вести с ними диалог. Тупо включили молчанку smile:wall: . Напомню, что стаканисты работают по графику 5/2; никаких переносов (а следовательно, и «долгов») у них не было. Начальники смен трудятся по графику 1/1; оставлять пустым свой пост им позволено лишь в крайних случаях, поэтому у них «задолженность» накопилась гораздо меньшая, чем у остальных «оупенспейсников». Вот и выходит, что все начальники оказались против простых подписчиков. А смотрящие за сменами позволили сделать себя крайними, не вступая в перепалку со стаканистами, а покорно передавая их гопническую волю своим подчинённым: рядовым, старшим, ведущим и главным андеррайтерам – и выслушивая от тех немалый объём нелицеприятных высказываний.

52. Знающие люди дело говорят. В своей бритой голове я прокрутил «фабричные» события: как те, которые затрагивали интересы большинства подписчиков, так и те, которые касались более узкого круга лиц. Список нехилый:
- отсутствие реальной индексации;
- неоднократные увеличения нормативов;
- снижение совокупного годового дохода вследствие коцания премий;
- шмон и сопутствующая истерия;
- потёмкинские деревни;
- предтестовое недалекость стаканистов;
- литьё в уши рукой водителей разных уровней;
- неуклонное увеличение кучи спама и макулатуры;
- регулярные двухчасовые переработки на протяжении 14 месяцев в сообществе шуршунов (см. пункты 29 и 32).

Вспомнил, как в первый месяц своих клерковских трудов на «Кредитной фабрике» я отработал на 16 часов больше, чем по первоначально утверждённому графику. Дело в том, что обучение проводилось по графику 5/2 (см. пункт 11), и на учебной неделе по факту мне пришлось отработать 40 часов вместо изначально предусмотренных двух смен по 12 часов каждая. 40 – 2*12 = 16. Начсмены сказал, что отбить эти 16 часов мне никак не удастся, ибо вышестоящие менеджеры сошлются на то, что обучение проводилось в моих же интересах, и назовут это производственной необходимостью. С учётом только что написанного, по состоянию на февраль 2011 года моя «задолженность» (на которую мудрые руководители смены, в которой я трудился, в итоге забили) составила всего лишь 26 – 16 = 10 (часов).

Чтобы перестраховаться и не совершить юридически ошибочного действия, в один солнечный апрельский день я позвонил в Государственную инспекцию труда в городе Москве. Собеседник, услышав словосочетание «центр андеррайтинга», спросил: «Как-как? Центр обдираловки?» smile:rofl: Я обрисовал ситуацию и получил однозначный ответ: законных оснований для взыскания «долговых» часов нет. Государственный инспектор труда подтвердил, что если в расчётном листке указано такое же количество часов, как и в первоначально утверждённом графике, с которым сотрудников знакомили под роспись, и эти часы оплачены в полном объёме, то никакой «задолженности» нет и быть не может. Соответственно, в кадрах и бухгалтерии информации о «долгах» тоже нет.

Услышав всё это, я окончательно убедился в том, что все андеррайтерские «отпросиловки» оседают на уровне смотрящих за сменами (ну или стаканистов, но не выше). Очень сильно пожалел, что по накапливаемому с начала 2012 года «долгу» сделал по три 12-часовых «транша»: в июне и июле 2012 года, а также в марте 2013 года, – и решил больше не позволять разводить себя, как лоха. Героем я себя, конечно, не считаю, но и в терпилы не записываю. У любого прогиба есть пределы; превысить этот предел значит сломать, разрушить свою личность изнутри. Настала пора послать лесом (в парламентских выражениях, конечно же) рукой водителей, освиневших от безнаказанности и потерявших страх.
В адрес и.о. начальника смены ЗСИ я отправил письмо по «мылу» следующего содержания:
«<Имя>, считаю своим долгом уведомить тебя о том, что до конца апреля 2013 года я намерен работать по тому графику, который был подписан сотрудниками смены <такой-то> 19.02.2013. Файл приложен. Как ты помнишь, юридическую силу имеет только этот график. Что касается так называемых “долговых” часов в количестве 80, то, скорее всего, их придётся списать со счетов по причине безнадёжности взыскания ввиду отсутствия законных оснований для взыскания. Правда, я не исключаю вероятности того, что в будущем мне понадобится перенести смену. Если такая необходимость возникнет, то я готов обсудить вариант “перенос в обмен на несколько “долговых” часов”».
Честно говоря, я предполагал, что через несколько минут после отправки этой эпистолы меня вызовут в «стакан», где менеджерская гоп-тусовка в лице стаканисток и ЖВВ, в очередной раз прибежавшего на подмогу ДИГ, станет усердно лить в мои маленькие уши насчёт моего отказа от погашения часовой «задолженности», строить предъявы и т.п. Даже мысленно приготовился к пополнению своей коллекции диктофонных записей. Но ни звонков, ни писем в этот день не было. Только в скорректированном графике на апрель напротив моих ФИО значились 175 часов вместо ранее указанных 187 часов, учитывающих отжим очередного 12-часового фрагмента «долга». Однако это молчание рукой водителей оказалось затишьем перед бурей. «Чует мое сердце, шо мы накануне грандиозного шухера» – именно так выразился бы в подобной ситуации известный герой известного кинофильма. О том, что было после вышеприведённого послания, я расскажу вам, уважаемые читатели, в третьем томе своей сберовской саги. К тем из вас, кто трудился со мной, а потому в курсе событий, просьба не бежать вперёд паровоза и в комментариях не указывать: «А я знаю, что было потом! Произошло то-то!» Лично мне эта торопливость, конечно же, ничем не навредит, но творческий замысел подпортит. Надеюсь на понимание.

В дальнейшем, уже после выхода из рядов клерков зелёного гиганта, ситуацию с отжимом «часов до востребования» я обсудил с юристом по трудовому праву и услышал от него много интересного. Во-первых, даже если кто-то из сотрудников напишет жалобу в ГИТ и государственные инспекторы, отреагировав на обращение, придут с проверкой, то «фабричные шишки» запросто могут предъявить ревизорам тот первоначальный график, с которым все клерки были ознакомлены под роспись, и включат несознанку насчёт отжимов. Во-вторых, рукой водители могут очень нехило подна*рать ершистым подчинённым, «потеряв» их «отпросиловку» и влепив за это прогул без уважительной причины. А далее подпункт а) пункта 6) статьи 81 ТК РФ. Так что во избежание столь печальных последствий настоятельно рекомендуется оформлять «отпросиловки» в двух экземплярах и сохранять у себя тот экземпляр, в котором в строке «согласовано с» начальник ставит свою подпись и указывает свою фамилию и инициалы. От себя добавлю, что при желании рукой водители могут напас*удить подчинённым и задним числом, ведь статья 193 ТК РФ предоставляет право применить дисциплинарное взыскание в период аж до шести месяцев со дня совершения проступка. Но если после февраля 2013 года массовые переносы рабочих часов не возобновились, то андеррайтерам можно не беспокоиться насчёт «утери» столь давних «отпросиловок».

Спросил я у юриста и насчёт правомерности увеличения норм выработки, не раскрывая при этом никакой закрытой информации. Он ответил, что если есть клерки, которые штампуют по 100 или больше процентов от плана, то представители работодателя будут настаивать на том, что нормативы выполнимы [собственно, «фабричные шишки» так и делают; а контроль качества – это пародия на реальный контроль]. Так что в судебном порядке по данному вопросу практически нереально чего-либо добиться. Конечно, недовольные сотрудники могут попытаться сформировать комиссию по трудовым спорам, но, если профсоюз вроде как существует, а по факту занимается распределением льготных путёвок и прочей имитацией защиты прав трудящихся, это тоже бесполезно. Короче: безнаказанность порождает вседозволенность.

53. Закон понятиям не враг. Возможно, некоторые читатели подумают и даже напишут что-то вроде: «Предположим, от шуршунов можно было и не требовать возврата “долгов”; ведь они перерабатывают или переработали куда большее число часов. Но у тех андеррайтеров, которые покидают рабочее место строго “по звонку”, ни на минуту не задерживаясь, совсем не грешно отжать “должок”». Не могу с этим согласиться. Пусть общая «задолженность» у тех или иных подписчиков (даже если это глубоко убеждённые «перевыполненцы», в том числе адепты «бразильской системы») составила в районе 80-120 часов. Это соответствует приблизительно ½ или ¾ от нормального количества рабочих часов за месяц; то есть, грубо говоря, от 1/24 до 1/16 годового рабочего времени. Поскольку это время оплачено, но не отработано, то выходит, что работодатель вроде как «подарил» эти деньги сотрудникам. Но этот «подарок» можно считать компенсацией за отсутствие реальной индексации (без сопутствующего увеличения плана). А раз так, то работодатель всё равно не в накладе, поскольку сделанная им «переплата» даже не компенсирует рост цен на товары и услуги. Кроме того, большинство «отпросиловок» было составлено в холодные времена года; а отжимать «часы до востребования» рукой водителям может приспичить и в мае, и летом. Вот и сравните, к примеру, навязанный выходной в феврале или внезапный рабочий день в июне.

Учитывая всё вышеизложенное, приходим к выводу: тот, кто отказывается отрабатывать «долговые» часы, поступает и по закону, и по понятиям smile:vnature: .

54. Не следует быть жадным. Следует признать, что «фабричные шишки» не лыком шиты и хоть какое-то количество серого вещества в их черепных коробках функционирует. И уже в апреле 2013 года они порешили в качестве дополнения «кнута» – отжима часовых «долгов» – выдавать послушным андеррайтерам «пряники» в виде «овертаймов». То есть сначала труженик заявочного конвейера возвращал часть «долга», а только потом ему дозволялось отпахать дополнительную смену с оплатой по двойному тарифу. Причём «пряник» оказался с очень сладкой (и не менее хитрой) начинкой: в день «овертайма» официально разрешалось уходить из офиса сразу по выполнении 100% от плана; то есть не требовалось находиться на рабочем месте строго до 21 часа. При этом засчитывали в полном объёме именно 12 часов и оплачивали их в двойном размере. «Да надо быть лошарой, чтобы не воспользоваться такой халявой!» – подумали многие сотрудники «Кредитной фабрики», и внедрили новую схему – план за половину «овертайма». В массовом порядке «счастливчики» стали делать норму уже к 15:00 мск и с дикой радостью выскакивать из офиса на 6 часов ранее времени, указанного в скорректированном графике. Стаканисты, ясное дело, изобразили обеспокоенность по поводу этого безобразия и вполне резонно построили особо ушлым подчинённым устную предъяву в стиле: «Значит, в обычную смену вам очень тяжело сделать план за 12 часов; а в день «овертайма» вы с лёгкостью выполняете норму за 6 часов» smile:nunu: . И даже пригрозили прогнать наиболее отличившихся сквозь мелкое сито контроля качества. Контролем качества андеррайтеров стращают так же, как главную героиню мультфильма «Жихарка» пугают Бабайкой. Не знаю, функционирует ли на данный момент система, в шахматном порядке чередующая отжимы «долгов» и «овертаймы» (первых, ясное дело, гораздо больше, чем вторых). Скорее всего, эта лавочка закрывается во время уменьшения входящего потока заявок и снова открывается в случае повышения активности заёмщиков Сбербанка. Но она очень наглядно показывает, что жадность у немалой доли представителей сообщества «фабричных» подписчиков преобладает над разумом. И дело не только в схеме план за половину «овертайма», стимулирующей рукой водителей к увеличению и без того чумовых норм выработки. Беда и в другом. Ещё совсем недавно многие труженики заявочного конвейера (точнее, подавляющее большинство клерков «Кредитной фабрики») негодовали по поводу того, что начальники лишают их нескольких выходных дней в весенне-летний период (плюс сентябрь), требуя отработки ранее навязанных в холодное и тёмное время года выходных. Они утверждали, что взыскание часовых «долгов» разрушает запланированные встречи, поездки, тусовки, важные дела. А как только «фабричные шишки» стали чередовать отжимы с «овертаймами», оказалось, что у немалой части возмущённых андеррайтеров никаких важных дел нет и они готовы пожертвовать ещё несколькими днями отдыха ради брошенной сверху «косточки». В итоге скорректированный график наиболее жадных подписчиков мог содержать пять смен подряд, по 12 часов каждая: в понедельник, среду и пятницу работа согласно первоначальному графику, во вторник отжим части «долга», а в четверг долгожданный «овертайм». Я даже грефным делом подумал, что для таких людей (именно для них и им подобных, но не для всех остальных) можно было бы реализовать предложения Миши Куршавельского по поводу видоизменения ТК РФ. Попахали бы они несколько недель подряд по шестьдесят часов, а потом получили пинка под з*д без каких-либо компенсационных выплат – глядишь, андеррайтерское двоемыслие из их голов и выветрилось бы. Эдакий мозговой катарсис. Что вы думаете по данному поводу, уважаемые читатели?

55. Зелёный слон не Доктор Айболит. В 2012 году начальники смен стали регулярно предлагать подчинённым пройти медицинский осмотр. Предложения поступали неоднократно приблизительно с мая по июль включительно (точные даты начала и конца этой кампанейщины я не зафиксировал). Некоторые рукой водители даже утверждали, что эта процедура обязательна, и таки умудрились развести своих подопечных грохнуть свой нерабочий день на неё. Подавляющее большинство опрошенных мною андеррайтеров, прошедших медосмотр, сетовало на потраченный впустую выходной, поскольку никаких врачебных рекомендаций так и не удалось услышать. И обещанные паспорта здоровья всё не торопились в руки своих владельцев (до сих пор не знаю, решился в итоге этот вопрос или нет). Только один человек ответил: «Медкомиссия хорошая», – но в чём именно заключались её плюсы, сказать не смог. Насколько помню, в той смене, в которой я трудился, явка составила чуть более 30%. Несколько удивляла настойчивость и регулярность, с которой смотрящие за сменами спрашивали: «Кто ещё пойдёт на медосмотр?» Складывалось впечатление, что существует какая-то отчётность, фиксирующая посещаемость этого мероприятия, и клерки, забивающие на него, эту отчётность портили. Потом вопросы от начальников перестали поступать, и даже появилась надежда, что хотя бы по поводу этой хрени ерунды рядовых подписчиков оставят в покое и перестанут засорять им остатки мозгов, но в марте 2013 года смотрящие за сменами потребовали от подчинённых пописульки с указанием причин отказа от прохождения медкомиссии. Что удивительно: собирали не объяснительные записки, а тексты произвольной формы. Я напейсал следующее:

«В 2012 году я не проходил добровольно-принудительный медицинский осмотр для сотрудников ЦСКО “Южный порт” ОАО “Сбербанк России” (в частности, для клерков Управления обработки кредитных заявок физических лиц), потому что:
1) отсутствуют законные обоснования обязательности прохождения этой процедуры;
2) есть сомнения в уровне квалификации медицинских работников, уполномоченных проводить вышеупомянутый осмотр;
3) я не должен, не обязан и не считаю целесообразным тратить свой выходной день на процедуру, которая мне не нужна в принципе»
.

Но это ещё не всё. На той же неделе рукой водители предложили каждому труженику заявочного конвейера поставить свою подпись в некоем уведомлении о необходимости прохождения (название приблизительное) медицинского осмотра с 01 по 31 июля 2013 года. По факту это уведомление представляло собой сводную таблицу с указанием ФИО андеррайтеров. Графу для личной подписи сделали достаточно широкой, и несколько сотрудников начертали в соответствующей строке напротив своих ФИО: «Отказываюсь от медосмотра». Насчёт остальных отказников не знаю, но мне на данную тему никто из вышестоящих клерков в уши не лил.
Совершенно понятно, что работники «Кредитной фабрики» строили догадки на темы: «Кому и зачем это нужно?» и «Кто делает на массовом медосмотре свой гешефт?». Популярной была версия о назойливой рекламе медицинских услуг какой-то конторы под маской имитации заботы о здоровье трудящихся. Однако название и адрес организации, в которой проводилась эта добровольно-принудительная процедура для андеррайтеров, я, к сожалению, не зафиксировал. Если кто-то из уважаемых читателей знает ответы на поставленные в начале этого абзаца вопросы, то буду рад увидеть их в комментариях.

С вышеописанной медкомиссией по разнарядке прекрасно согласуется ДМС по-сбербанковски. Честно скажу, что для подробного ознакомления со списком предложенных программ добровольного медицинского страхования ни времени, ни желания у меня не нашлось, но при обзоре вариантов я понял, что ни один из них не предлагает полностью бесплатного набора услуг по какому-нибудь профилю. В любом случае хоть где-то нужно забашлять, причём авансом. Но единственное востребованное мною направление – это стоматология. А какой смысл мне идти в одну из тех клиник, которые указаны в списке той или иной программы ДМС, к незнакомому врачу и ещё платить за это, причём заранее? Лучше я пойду к проверенному годами стоматологу, который за умеренную плату сделает всё как надо, по высшему разряду. Так что медстраховка от «зелёного слона» меня категорически не устраивала. Уж до чего предыдущий работодатель – банк МДМ – был жаден в вопросе распределения материальных благ между рядовыми клерками, но даже он предлагал в течение года определённый набор полностью бесплатных стоматологических манипуляций. Правда, с учётом того, что в Сбербанке моя зарплата была в 2 раза выше, чем в МДМ, то в итоге я остался не внакладе. Но если действительно какие-то из сберовских высоких начальников заботятся о состоянии здоровья простых тружеников, то вместо мутоты с крепким духаном разводки в виде медосмотра по разнарядке они вполне могли бы организовать более привлекательные варианты программ ДМС. А ещё лучше компенсировать хотя бы часть расходов трудящихся на лечение согласно предоставленным документам (после их тщательной экспертизы, разумеется). Последний вариант, ясное дело, сказочный, но ведь мечтать не вредно и не грешно, верно?

56. Ликбез по децлу. Как я указывал выше, значительная доля тружеников заявочного конвейера не умеет усреднять проценты (см. пункт 36) и неспособна отличить реальную индексацию от её имитации (см. пункт 49). Но это лишь часть списка белых пятен в андеррайтерском сознании. Очень часто на просторах «Кредитной фабрики» можно услышать, как тот или клерк произносит фразу: «В Сбербанке или в коммерческом банке?» И таких людей различных возрастов среди работников (в том числе старожилов) «зелёного слона» немало. Они почему-то забыли, что его прежнее имя – акционерный КОММЕРЧЕСКИЙ Сберегательный банк Российской Федерации (открытое акционерное общество). Да-да, граждане и гражданки бывшие коллеги! Вы будете удивлены, но ОАО «Сбербанк России» является КОММЕРЧЕСКИМ банком smile:wikigo: .
Ещё меня позабавило, что немалая часть людей, которые начали работать на зелёного гиганта более пяти лет назад, не знает, что конец 2008 года и бОльшая часть 2009 года пришлись на кризис. И очень сильно удивляется, когда слышит, что в этот период практически на всей территории России, в том числе в Москве, происходили массовые увольнения, повлекшие резкий рост безработицы. Привожу практически дословно две цитаты двух разных сотрудников:
«Никакого кризиса не было: ни меня, ни кого-либо из моих коллег не уволили».
«Кризис выдумали те люди, которые не хотят работать».
С таким же успехом уроженцы Тюменской области могут утверждать, что никакой Великой Отечественной войны не было, поскольку на указанной территории местные жители в 1941-1945 годах не видели ни одного немецкого солдата smile:fool: .

57. Развлекуха. На «Кредитной фабрике» проводятся мероприятия, контрастирующие с рутинной андеррайтерской повседневностью. К их числу относятся Сбербанкиады, КВН и шахматные турниры. За первые ничего информативного не знаю, а вот насчёт вторых и третьих могу кое-что напейсать. Про КВН я услышал ещё в самом начале своего клерковского пути в Сбербанке. Подготовка к его проведению длится несколько месяцев, и в неё вовлечены высокопоставленные начальники. Помню, как в 2011 году в «Южном порту» перед рядовыми тружениками заявочного конвейера речь на эту тему держал даже АНЮ – смотрящий за малобизнесовым андеррайтингом; можно считать его третьим человеком на «Кредитной фабрике». Он, кстати, до сих пор курирует эту развлекуху в сообществе подписчиков. В общем, КВН – мероприятие значимое и даже статусное. Мне, как любителю ржаки, однажды предложили принять участие в нём. Но я отказался. Причина такова: я считаю, что КВН – это полное *овно; одноимённую телепедерачу категорически не уважаю с детских лет (да простят меня советские и постсоветские зрители). Клерки, изъявившие желание поКВНить, регулярно собираются в менеджерских кабинетах для обсуждения данного вопроса. Подготовка проходит, так сказать, с отрывом от производства, и фактически является законным способом забивания на остое*енившее ковыряние заявок. Соответствующие корректировки (пункт 34) весёлым и находчивым андеррайтерам начальники проставляют. КВНщики могут рассчитывать на гешефт в виде повышенной квартальной и годовой премий; конечно, никто никаких гарантий насчёт этого не даёт, но практика 2010-2012 годов показывает, что было так. Более того, велика вероятность, что если участник готовящегося культурно-зрелищного корпоративного мероприятия не выполнит андеррайтерский план, то рукой водители его не то чтобы простят, но, по крайней мере, не будут долбить так, как других «отстающих». Кроме того, у команд весёлых и находчивых есть шанс прокатиться в тот или иной город нашей Родины. Я отчётливо помню, как в 2011 году КВНщики «Южного порта» лихорадочно искали деньги на оплату пребывания в гостинице. Как в итоге был решён вопрос с расчётами, не знаю, но поскольку в 2012 году соответствующего мандража не было, то надо полагать, что схему урегулировали. Так что, уважаемые новички, для тех из вас, кто решит пополнить сообщество весёлых и находчивых подписчиков, есть смысл заранее провентилировать описанные нюансы.
О самом ходе сбербанковского КВН в комментариях могут при желании рассказать его участники. Судя по рассказам очевидцев, наибольший интерес представляет то, что происходит по его окончании. ПостКВНовская пьянка стирает должностные границы. У рядового клерка есть шанс выпить/закусить с рукой водителями разных уровней, вплоть до начальника департамента. При желании можно зафиксировать процесс общения в неформальной обстановке с помощью соответствующих технических средств, а получившуюся видеозапись разместить на всем известном ресурсе. Пока вроде как этого никто не делал, но мир не стоит на месте. И очень интересно узнать: а что произойдёт с тем сотрудником, чей желудок, не выдержав смешения блюд и напитков, передаст пламенный привет сидящему рядом статусному собутыльнику? smile:rofl: В общем, уважаемые новички, при желании можете поКВНить. Если есть интерес организованно похохмить (пусть и по чужому сценарию), то флаг в руки. Какое-никакое разнообразие, да и бабла срубить можно. Правда, помните, что совместное застолье с корпоративными «шишками» вряд ли скажется на вашей карьере. Выбор за вами.

58. Шах и мат. В феврале 2013 года «шишки» решили организовать на «Волгоградке» шахматный турнир между различными подразделениями «Кредитной фабрики». Как выяснилось, это было сделано с целью доказать, что шахматы – игра командная. Поэтому каждый отдел выдвинул группу из 6 человек. В маленькой комнате 3 стола с клетчатыми досками: стол команды «белых», стол команды «черных», а между ними, так сказать, общий стол. За процессом наблюдают судьи, а ход игры транслируют по всему зданию; увидеть трансляцию можно не только на крупных экранах, расположенных в «оупенспейсах», но и на мониторе рабочего компьютера. Самые увлечённые клерки с замиранием сердца следят за перемещением фигур на виртуальной доске. Три игрока сидят вдоль длинной стороны стола, двое по его торцам, а капитан команды расположен лицом к первым троим. Соответственно, если команда играет белыми фигурами, то её капитан смотрит на доску со стороны чёрных фигур и видит, так сказать, перевёрнутую картину. Поэтому принять полноценное участие в обсуждении следующего хода для него затруднительно. В итоге пятеро игроков дискутируют, а капитан фиксирует принятое решение на доске, расположенной за его спиной, то есть между командами «белых» и «чёрных», и нажимает кнопочку на часах. Мероприятие шикарное. Правда, «торцевым» игрокам плохо видно, что происходит под руками троих «фронтальных» игроков, и в условиях ограниченного времени (45 минут на партию) некоторые участники команды начинают мандражировать, вследствие чего обсуждение следующего хода может превратиться в *рач. По-хорошему, троих человек в команде вполне достаточно: двое игроков смотрят на доску со стороны своих фигур и решают вопрос, а капитан дублирует их решение на общей доске. В описанных условиях капитан должен быть не самым продвинутым, а самым выдержанным.

Вопреки задумке андеррайтерских начальников, итог турнира показал, что утверждение «шахматы – это командная игра» является, мягко говоря, сомнительным smile:fool: . Победу над каждым из противников одержала та команда, в которой один из игроков на профессиональном уровне изучал это интеллектуальное искусство. Он сделал всех, и ему не слабО повторить то же самое в одиночку. Если бы данный человек не принимал участие в соревнованиях (например, по причине отпуска, болезни и т.п.), то итог «фабричных» состязаний был бы куда менее предсказуемым.

Думаю, буду прав, если скажу, что шахматные дни для многих андеррайтеров Сбербанка оказались самыми яркими буднями за весь период работы на «Кредитной фабрике». Турнир предоставил им возможность обсудить и изучить с коллегами ход игры и включить остатки мозга, уцелевшие после долгих месяцев и/или лет отупляющей пахоты. Как оказалось, и среди стаканистов попадаются люди, умеющие играть в шахматы, и кто-то из них даже показывал подчинённым различные комбинации. Вроде как существовали какие-то ограничения для участия начальников, а потому подавляющее большинство игроков составляли рядовые, старшие, ведущие и главные андеррайтеры. Сомневаюсь, что в следующие годы шахматные турниры на «Кредитной фабрике» будут проводиться: ведь высокое начальство может решить, что наблюдение за ходом игры отвлекает от главной и единственной задачи – обработки заявок, что противоречит принципу «СДЕЛАЙ БОЛЬШЕ, ЧТОБ СОСЕДА СОКРАТИЛИ». Но буду рад, если ошибусь.