http://www.banki.ru Банковские и финансовые новости на сайте Banki.ru ru Thu, 17 May 2012 03:43:15 +0400 600 http://www.banki.ru/_com/banki_logo.gif http://www.banki.ru http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3794978&r1=rss&r2=news Инвесторы не переживают <nobr>из-за</nobr> гигантских японских долгов, зато сильно нервничают <nobr>из-за</nobr> вполне комфортного уровня госдолга Испании. В чем отличие одного долга от другого, если в обоих случаях речь идет о... Колумнисты Mon, 14 May 2012 19:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3794978&r1=rss&r2=news <p>Всем хорошо известно, что большинство развитых экономик по уши в долгах. Однако сама по себе высокая долговая нагрузка - еще не приговор. Почему, например, инвесторы сильно беспокоятся по поводу высокого уровня госдолга Италии (115% ВВП) и даже отнюдь не высокого госдолга Испании (70% ВВП), но в значительно меньшей степени обеспокоены госдолгом, к примеру, Японии (госдолг нетто - 125% ВВП)?</p> <p>Тут важны сразу несколько моментов. Около 90% госдолга Японии находится в руках резидентов, что для нынешних суверенных заемщиков довольно нетипично. Важно это по двум причинам. Во-первых, кредиторы-резиденты эмпирически менее склонны распродавать госдолг собственной страны по любому капризу рынка. Во-вторых, в случае роста процентных ставок по госдолгу эти самые более высокие проценты достаются резидентам страны госдолга. И из страны никуда не деваются - а это важно, потому что в случае необходимости суверен может обложить дополнительными налогами лишь своих граждан, а не чужих. Дотянуться до активов собственных граждан правительству всегда легче, чем до держателей-иностранцев, тем более что активы домохозяйств в Японии весьма велики.</p> <p>Однако доверие инвесторов не бесконечно, злоупотреблять им опасно и в Японии. В конце концов, если правительство попытается обобрать своих граждан слишком уж грубо, введя, например, высокие налоги на имущество, есть риск, что даже традиционно архилояльные своей родине японцы постараются убежать из активов, руку на которые захочет наложить государство. А это - отток капитала и бегство из иены. Повышение других налогов, например на потребление, тоже не без недостатков, так как и без того слабый потребительский спрос в этом случае будет угнетаться. В общем, ситуация плохая, но не такая плохая, как в случае с держателями госдолга - нерезидентами, с которыми вообще ничего не поделаешь.</p> <p>Столь же неоднозначна и ситуация с долгами частного сектора. К примеру, в Швейцарии долг домохозяйств выше, чем в США (118% ВВП против 87% ВВП). Однако, в отличие от Америки, в Швейцарии ипотечные кредиты выдавались более надежным заемщикам с высоким и стабильным доходом. И не было бума недвижимости с последующим обвалом. Соответственно, и проблем у швейцарских заемщиков куда меньше. В США же стоимость недвижимости начиная с 2007-го неуклонно снижается - часть заемщиков сталкивается с ситуацией, когда оставшиеся платежи по ипотеке превышают стоимость самой недвижимости (negative equity), и принимает решение отказаться от ипотечных выплат. В особенности подобные дефолты популярны в тех штатах, где банки не имеют права рассчитывать на иное имущество заемщика, кроме заложенного дома (так называемые nonrecourse loans).</p> <p>В итоге мы видим, что ненадежность долгов частного сектора и опасность волны дефолтов зависят не только от объема долгов, но и от наличия/отсутствия пузыря активов в предшествующие годы, динамики стоимости заложенного имущества, особенностей банковских практик, динамики безработицы (рост безработицы вызывает проблемы с кредитными платежами) и многих других параметров.</p> <p>Суммирование этих факторов показывает, что, например, наибольших долговых проблем в ближайшее время стоит ждать от пережившей в середине 2000-х жилищный бум Испании. Именно поэтому инвесторы с ужасом смотрят на относительно маленький госдолг страны, ведь эти цифры ни о чем не говорят - вполне вероятен вариант, при котором Мадриду придется взять на себя «плохие» долги частного сектора (привет, ипотека!). Каким тогда будет госдолг - неизвестно, ясно только, что куда большим, чем нынешний. И расплата по нему будет такой же, как у Греции - прецедент имеется. Вот только выдержат ли все это безобразие немецкие налогоплательщики?</p> <p><br /></p> <p><em>Мнение автора может не совпадать с мнением редакции</em></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3794976&r1=rss&r2=news Зафиксированное статистиками резкое падение склонности россиян к сбережениям означает, что шанс превратить хотя бы активную часть населения в инвесторов упущен. Колумнисты Sat, 12 May 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3794976&r1=rss&r2=news <p>Опубликованная в конце апреля Министерством экономического развития статистика показывает, что граждане России уверенно отказываются от сбережений в пользу потребления. Так, в марте 2012 года склонность к сбережениям упала до трехлетнего минимума - 7,1%. «Нормальный» (т.е. многолетний средний) уровень сбережений для России - около 10%. Минимум за последние 12 лет, напомним, наблюдался в 2008 году, когда россияне откладывали лишь 5,3% дохода. Максимум зафиксирован в декабре 2009 года - 19,9%.</p> <p>Складывающуюся тенденцию, пожалуй, можно попытаться объяснить тем, что многие люди считают текущие сбережения достаточными. По данным холдинга РОМИР, в марте 2012 года более 70% россиян имели сбережения. Это более чем двадцатилетний максимум.</p> <p>Впрочем, сильно радоваться этому обстоятельству не стоит. По данным другого свежего исследования той же компании, более 50% россиян при появлении срочной необходимости смогут за один день собрать лишь менее 10 тыс. рублей (а две трети из них - меньше 5 тыс. рублей). И это не только сбережения, но и деньги родственников и друзей. Среди «богатой» половины россиян под сбережениями понимаются тоже не слишком большие суммы - несколько десятков тысяч рублей.</p> <p>Понятно, что напрямую соотносить результаты двух опросов нельзя (не все имеющиеся у людей деньги можно получить в течение дня и не все собранные деньги - свои), но с определенной достоверностью картину сберегательного поведения сограждан нарисовать можно. Ключевой момент: половина семей смогла отложить лишь примерно месячный объем расходов (или меньше) и успокоилась.</p> <p>Казалось бы, пока зарплаты растут (плюс 11,7% за год после вычета инфляции), стоит продолжить откладывать деньги до достижения хотя бы шестимесячного запаса обязательных расходов семьи. Но нет, как сказано выше, тренд сменился: россияне начали активно тратить деньги, в том числе за счет сбережений и наращивания задолженности по кредитам.</p> <p>В чем же дело? Как мне представляется, сказывается осознанное (или нет) понимание того, что денежные сбережения в наше время почти ничего не стоят. Люди полагают, что бессмысленно откладывать деньги, даже если инфляция пока низка, а банковский депозит приносит реальный (за вычетом темпа роста цен) доход. В их картине мира присутствует постоянное ожидание того, что рано или поздно - и скорее рано, чем поздно - опять что-нибудь случится: то ли цены скакнут, то ли курс рубля обвалится (и цены опять скакнут). То ли правительство какую-нибудь конфискационную реформу придумает, то ли произойдет революция, и все станет совсем плохо. Да и вообще к деньгам-бумажкам доверия нет. Говоря иначе, у определенной части населения нет уверенности в завтрашнем дне. А без такой уверенности изымать из текущего потребления существенные средства - занятие бессмысленное и даже вредное.</p> <p>Насколько оправдана такая позиция? История показывает, что подобный взгляд на жизнь «конечно, варварский, но верный». За последние сто с лишним лет сложно найти десятилетие, в рамках которого пассивное хранение рублей себя оправдывало. Разве что в брежневские времена покупательная способность фантиков (в СССР не было денег в классическом смысле) казалась более-менее стабильной, но и эта стабильность с учетом стремительно уменьшавшегося ассортимента и падавшего качества товаров и услуг мало кому пригодилась. В остальное же время каждое десятилетие значительно уменьшало стоимость отложенных рублей - либо за счет резких изменений, либо <nobr>из-за</nobr> хронически высокой инфляции.</p> <p>Каждый человек и каждая семья принимает собственное решение о том, как действовать в такой ситуации. Большинство решает расслабиться и получать удовольствие от текущего потребления, не задумываясь о завтрашнем и тем более послезавтрашнем дне. Меньшинство придумывает способы превращения стратегически ненужных денег во <nobr>что-то</nobr> более полезное в долгосрочной перспективе. Недвижимость, земля, акции, золото, кредитование знакомых под процент, инвестиции в детей. В конце концов, вложение накоплений в собственный «побочный» бизнес, дающий дополнительный к зарплате доход.</p> <p>Но для инвестирования сбережений требуются особые знания, особый склад характера и хотя бы минимально приличные внешние условия - так называемый «инвестиционный климат» в сочетании с разнообразием доступных инвестиционных инструментов.</p> <p>Похоже, что Россия в очередной раз упустила шанс превратить хотя бы активную часть населения в инвесторов. Рост сбережений, возникший на волне страха по поводу глобального кризиса, не превратился в устойчивое явление. Инвестиционный климат за последние годы, пожалуй, только ухудшился, уверенность в завтрашнем дне уменьшилась, да и с инвестиционными инструментами намного лучше не стало. Поэтому-то отошедшее от испуга население снова бросилось потреблять «как не в себя», вместо того чтобы сформировать существенную финансовую подушку и вложить ее в полезные для семьи и общества активы.</p> <p><br /></p> <p><em>Мнение автора может не совпадать с мнением редакции</em></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3790297&r1=rss&r2=news В последнее десятилетие возникает устойчивое ощущение дежавю: ругательными словами стали «демократия» и «либерализм», возрастает роль государства в экономике, Церковь возвращается из дореволюционного прошлого. Неудивительно, что социальный регресс воскрешает... Колумнисты Thu, 10 May 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3790297&r1=rss&r2=news <p>Одним из итогов деятельности первой МММ стали 50 самоубийств. По разным оценкам, количество ее обманутых участников - от 5 млн до 15 млн человек. На сайте новой пирамиды Сергея Мавроди указано: «Нас уже более 30 миллионов!». Если под «нами» подразумевается число участников МММ-2011, то, даже с учетом естественной склонности мошенника ко лжи, масштабы катастрофы 1994 года могут быть превзойдены. <br /></p> <p>Крах МММ в 1994 году не привел к существенным беспорядкам. Однако если рост новой раковой опухоли не будет остановлен своевременно, то не исключен и албанский сценарий 1997 года, когда обрушение финансовых пирамид привело к вооруженному восстанию. <br /></p> <p>Мавроди учел опыт первой пирамиды и попытался сделать вторую непотопляемой, для чего разделил ее на «отсеки» - десятки, сотни, тысячи и т. д. Средства каждой десятки находятся у десятника. Такая структура напоминает конструкцию «Титаника», корпус которого был разделен водонепроницаемыми переборками на изолированные отсеки. Что, впрочем, не спасло гиганта от печального финала... Для МММ-2011 роль айсберга может, как и в случае МММ, сыграть государство.</p> <p>Десятники подчиняются сотникам, сотники - тысячникам и т. д. Это означает, что по требованию «своего» сотника десятник обязан передать ему деньги, например, для выплаты денег в «соседней» десятке, испытывающей нехватку средств.</p> <p>Ответственность разделяется между десятниками, сотниками и т. д. По существу, они становятся «живым щитом», на который в случае крушения пирамиды придется основной удар разгневанных вкладчиков.</p> <p>В разделе FAQ на сайте Мавроди на вопрос «Откуда берется прибыль?» дан такой ответ: «Как откуда? Из средств последующих. Они платят предыдущим. Чтобы пирамида работала, необходимо, чтобы ежемесячный прирост новых участников составлял 40% ... На самом деле, и меньше можно, тут все от поведения участников зависит, но пусть даже 40%. Самый худший случай». Последнее предложение - уже вранье. Самый худший случай - притока нет, есть только отток. В МММ такой процесс реализовался через полгода после ее создания. <br /></p> <p>Смотрим далее: «А что будет, когда поток новых (участников. - М. О.) иссякнет?» - «А с чего ему иссякать? Если действительно всем все платится? Наоборот, он только шириться с течением времени будет». Опять вранье. Существует естественное ограничение - численность населения планеты. Вряд ли Мавроди соблазнит инопланетян. На самом деле ограничение еще сильнее - это численность потенциальных участников пирамиды с определенным уровнем дохода, образования, финансовой грамотности и, наконец, морали. Вряд ли щупальцам новоявленного спрута удастся дотянуться до развитых стран, да и в мусульманских странах Сергею Пантелеевичу вряд ли удастся порезвиться - хотя бы <nobr>из-за</nobr> запрета на проценты. Как только пирамида приближается к границе, когда новых участников рекрутировать становится уже просто неоткуда, она автоматически рушится.</p> <p>Предположим, что Мавроди не врет и число участников МММ-2011 уже достигло 30 млн человек. Если оно возрастает на 40% в месяц, то, как несложно видеть, менее чем за полтора года превысит 7 млрд - численность населения Земли. Разумеется, при таком темпе роста пирамида Мавроди рухнет гораздо быстрее, чем эта граница будет достигнута.</p> <p>Удивительно, что пока в России не делаются сколь-нибудь серьезные попытки остановить рост новой пирамиды. Несерьезные попытки, например административный арест Мавроди в марте этого года на пять суток за неуплату штрафа в размере тысячи рублей, не в счет.</p> <p>Между тем МММ-2011 привлекает депозиты. Статья 1 закона «О банках и банковской деятельности» гласит: «Банк - кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять ... следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических ... лиц ...». В свою очередь, статья 172 Уголовного кодекса РФ предусматривает следующие санкции за незаконную банковскую деятельность: «Осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние ... сопряжено с извлечением дохода в крупном размере ... совершенное организованной группой ... наказывается принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок до семи лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового». Поэтому, даже если мошенничество в деятельности МММ-2011 не усматривается, можно изучить вопрос о привлечении Мавроди к ответственности за незаконную банковскую деятельность.</p> <p>Пример возрождения МММ показателен. Как сказал Гегель, «история учит человека тому, что человек ничему не учится из истории». А вслед ему - Сантаяма: «Тот, кто не помнит своего прошлого, осужден на то, чтобы пережить его вновь».</p> <p>Армии новых Буратино устремились на старое Поле дураков. </p> <p><br /></p> <p><em>Мнение автора может не совпадать с мнением редакции</em></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3784112&r1=rss&r2=news Хотя исторически реальные процентные ставки в России были отрицательными, в посткризисные годы они стали положительными. Но это не сказалось на поведении заемщиков или вкладчиков: первые не боятся брать деньги под большие проценты, а вторые не верят, что... Колумнисты Fri, 04 May 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3784112&r1=rss&r2=news <p>Инфляция в России замедлилась, а процентные ставки в номинальном выражении остаются достаточно высокими, что привело к ситуации реальных положительных ставок. Это создало определенные ожидания в банковской среде. Например, многие банки ждут ускорения притока депозитов, так как реальные положительные ставки означают, что вклады начали приносить доход в реальном выражении, однако боятся замедления кредитной активности, поскольку кредитные деньги стали дороже в реальном выражении. Но банковская действительность до сих пор рисует обратную картину - рост розничных депозитов замедляется, а вот темпы роста кредитования, особенно в рознице, остаются высокими. <br /></p> <p>В теории различают два типа реальных процентных ставок - ставки ex-ante и ex-post. Первые - это те, на которые экономические агенты ориентируются исходя из своих ожиданий по инфляции в момент, когда они берут кредиты. <nobr>Что-то</nobr> типа прогнозных реальных ставок. Вторые - это те, которые получаются по факту, то есть которые можно посчитать год спустя, когда статистика по инфляции уже известна. Именно ставки ex-ante и служат фактором спроса на кредиты. Именно через них проявляется теория инфляционных ожиданий: если инфляционные ожидания высоки, то компании и население будут ждать отрицательных реальных процентных ставок, соответственно брать кредиты и минимизировать сбережения, так как ожидания высокой инфляции означают ожидания, что накопленные финансовый капитал будет терять свою стоимость.</p> <p>Я недавно вспомнила, что «Центр развития» уже много лет собирает у аналитиков прогнозы по основным макропоказателям и на базе этих опросов формирует консенсус-прогноз, в том числе по инфляции. Эти прогнозы можно использовать как базу расчета реальных ставок ex-ante, и результаты, на мой взгляд, получились довольно интересные.</p> <div> <div> <div> <div> <div> <div> <div class="tabData"> <table class="tabData" cellSpacing="0" cellPadding="0"> <tbody> <tr> <td> <strong>Реальные ставки по корпоративным кредитам</strong> </td> <td> <strong>Реальные ставки по розничным депозитам</strong> </td> </tr> <tr> <td> <img src="/upload/images/_columnists/3784112/1.gif" border="0" width="311" height="205" /> </td> <td> <img src="/upload/images/_columnists/3784112/2.gif" border="0" width="311" height="205" /> </td> </tr> <tr> <td> <em>Источники: «Центр развития», ЦБ РФ, Росстат, <nobr>Альфа-Банк</nobr></em> </td> <td> <em>Источники: «Центр развития», ЦБ РФ, Росстат, <nobr>Альфа-Банк</nobr></em> </td> </tr> </tbody> </table> </div> </div> </div> </div> </div> </div> </div> <p>Ключевые рынки для российского банковского сектора - это рынок корпоративных кредитов, на который приходится 75% всего кредитования в стране, и рынок розничных депозитов - 60% внутреннего долгосрочного фондирования банковского сектора. До кризиса реальные фактические ставки в корпоративном кредитовании периодически уходили в отрицательную плоскость и в среднем колебались в районе нуля, а в сегменте розничных депозитов были отрицательными. После 2008 года реальные ставки стали либо слабоположительными, либо нулевыми. Но, как можно увидеть из ставок ex-ante, эти изменения представляются малозначимыми для рынка.</p> <p>В сегменте корпоративных кредитов заемщики по сути все докризисные и пост-кризисные годы ориентировались на положительные реальные процентные ставки (ex-ante). Поэтому на деле для корпоративных клиентов переход фактических ставок в положительную плоскость просто означает, что действительность стала больше соответствовать ожиданиям. Это можно считать положительным моментом, так как такое сближение ожиданий и реальности вряд ли негативно повлияет на кредитный рост.</p> <p>А вот в сегменте розничных депозитов рынок как до кризиса, так и после него продолжает ориентироваться на отрицательные процентные ставки, несмотря на изменение тренда фактических реальных ставок. По этой причине неудивительно, что рост розничных депозитов замедляется в последние два года, не реагируя на улучшение реальной доходности вкладов. Это означает, что вкладчики до сих пор не верят, что на депозитах можно зарабатывать положительную реальную доходность и, исходя из этого недоверия, минимизируют свои сбережения.</p> <p>По сути мы видим ситуацию, когда в результате постоянных обещаний ЦБ снизить инфляцию и таких же постоянных неисполнений этих обещаний экономика не может извлечь из недавнего замедления инфляции пользу, то есть повысить уровень сбережений и заставить компании повысить уровень производительности. Негативные инфляционные ожидания устойчивы, и падение темпов инфляции воспринимается как случайность. Именно поэтому, на мой взгляд, ситуация реальных положительных процентных ставок в России не может длиться долго. Устойчивое предпочтение потребления рано или поздно запустит новую инфляционную спираль. Уровень конкуренции, как я писала в предыдущих статьях, также играет определяющую роль. Исследования, проводимые международными организациями по поводу зависимости между уровнем конкуренции и реальными ставками, показывают, что чем выше доля частного бизнеса в экономике, тем более высокие реальные процентные ставки могут наблюдаться в экономике. Высокая доля государственного сектора рождает небрежное отношение к деньгам, поэтому большому числу компаний не слишком важно, сколько они платят по кредитам. Накал дискуссий вокруг роста тарифов демонстрирует, что естественные монополии не отказались от этого источника финансирования своих бюджетов.</p> <p>Поэтому еще раз повторю свое убеждение: реальные положительные процентные ставки в России могут сохраниться только в условиях значительной демонополизации внутренних рынков, что вряд ли произойдет в ближайшее время. </p> <p><em>Мнение автора может не совпадать с мнением редакции</em></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3782152&r1=rss&r2=news <p>Будь я креативщиком Сбербанка, я бы снял рекламный ролик. Он бы непринужденно объяснил народу, зачем банк, в котором старики хранят свои «гробовые», приобрел самый знаменитый в стране Московский городской гольф-клуб.</p> Колумнисты Tue, 01 May 2012 00:05:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3782152&r1=rss&r2=news <p><strong>Бабка Мария долго выбирала клюшку. Айрон? Нет, лучше паттер. «Очки надень, небось грина и не видишь?» - глумился дед Матвей, стоя в зоне </strong><strong>«т</strong><strong>и</strong><strong>»</strong><strong>. «Фервей различаю, а дальше Бог поможет!» - парировала Мария. «Виски не желаете? - осведомился у деда официант. - Ред, блек, блю?» - «Да мне бы пивка... «Жигулевского», - смутился старик. «Организуем», - сухо ответил разносчик спиртного. «Эх, жизня пошла, помирать не надо!» - помыслил дед Матвей и развалился в шезлонге.</strong></p> <p>Будь я креативщиком Сбербанка, я бы снял этот рекламный ролик. Он бы непринужденно объяснил народу, зачем банк, в котором старики хранят свои «гробовые», приобрел самый знаменитый в стране Московский городской гольф-клуб. Но не будет такого ролика. Потому что не придет ни дед, ни бабка в гольф-клуб. Кто их пустит? Бабок-дедов много, а гольф-клуб один и Сбербанк один. Кстати о бабках. Других бабках. Вступительный взнос - 75 тыс. евро, потом - по 200 тыс. рублей в год. Вероятно, менеджеры Сбербанка получат право бесплатного входа. Возможно даже, что это самый лучший способ играть в гольф на халяву. Не можете оплатить счет? Купите ресторан.</p> <p>Теперь о сделке. Продавец клуба - офшор «Стиаб Интернэшнл Холдингз Лимитед» сына лужковского функционера Владимира Малышкова, Игоря. Покупатель - офшор Kiparisiana Investment Ltd, он в списках аффилированных лиц Сбербанка. Ушлые журналисты вычислили, что за офшором может стоять Ашот Хачатурянц, руководитель «Сбербанк Капитала» - структуры, которая работает с «плохими» долгами. И долги у клуба в самом деле есть. Так, может, его не покупают, а забирают?</p> <p>Да нет. Клуб должен 204 млн рублей и 3,5 млн долларов не Сбербанку, а трем офшорам. Один - уже знакомый нам «Стиаб Интернэшнл Холдингз Лимитед». Другие кредиторы - «Альфард файнэншл корп» (известен только в связи с делом гольф-клуба) и «Гольф вижн интернэшнл лтд», московский офис которого (где якобы занимаются рекламой и консалтингом) находится по тому же адресу, что и сам клуб. Складывается впечатление, что долги клуба - мнимые, что он должен сам себе.</p> <p>Да и откуда долги, если бизнес-то хороший? Тут отдельная история. Заведение и правда приносило доход. Директором тогда в нем числился Игорь Владимирович Малышков. Затем он уходит со сцены, вместо него на нее поднимается офшор, подконтрольный ему же. И - появляются убытки. Одновременно с кредитами самим себе.</p> <p>Все это занятная история о том, как трансформируется бизнес команды Юрия Лужкова после «утраты доверия». Но зачем в нее впутываться Сбербанку? Будет развивать бизнес на клюшках? Или отдаст территорию под застройку? Но в мэрии журналистам сообщили, что строить жилье здесь не дадут. А гольф для «Сбера» - ай-<nobr>ай-ай</nobr> - непрофильный актив. Тут меня, конечно, упрекнут в пуризме. Профильный или нет, а деньги приносит - и ладно. Но я на то и пурист, что в упор не вижу тут никакого блага для вкладчиков банка. Для менеджеров - да. Клиентам-то что с того? «Мы снизили проценты по кредитам после покупки гольф-клуба» - вы можете представить себе такой пресс-релиз?</p> <p>Я бы не брюзжал, кабы речь шла о частном банке. Ну льется ликвидность из ушей, да покупай хоть Эйфелеву башню. Но проблема в том, что Сбербанк - необычный банк. Для жителей глубинки он по-прежнему «Сберкасса». Его социальную роль трудно переоценить. Сбербанк можно встретить в таких местах, где хороши пастбища для оленей, а вот с банкингом <nobr>как-то</nobr> не сложилось. Сбербанку доверяют люди, которые в силу слабого развития у них финансовой грамотности не доверяют даже трехлитровой банке под собственным матрасом. </p> <p>И банк пользуется своим особым положением. Если регулятор задумывает вещь, которая повредит бизнесу «Сбера» (такое нечасто, но случается - скорее, от недосмотра регулятора), менеджеры (и по совместительству дрессировщики слонов) достают из сундуков бабушек и предъявляют их регулятору. Стыдись, от финансов чиновник, - вот плачет в отставке полковник, вот слезы доярки в стеклянной склянке, стыдись, от финансов чиновник! Но едва угроза проходит, как аргументы убираются в пропахший нафталином шкаф. </p> <p>Хорошо быть системообразующим! Да, есть отдельные трудности. Не хватает банкоматов в отдаленных провинциях. Маловато получают операционисты. <nobr>Как-то</nobr> туго решается проблема очередей. Тормозят сервисы. А вы попробуйте поддерживать такую филиальную сеть, совершенно невыгодную с точки зрения голого бизнеса! Это в самом деле непросто. Зато ты диктуешь правила игры, а не тебе. Потому что за тобой армия народа, электорат. Но, наверное, в эту игру прилично было бы играть до конца. И не совершать инвестиций, слабо совместимых с профильной деятельностью. Ну есть же, в конце концов, правила политеса. Как говорил первый секретарь Чувашского обкома КПСС: «Я не надену дорогого костюма - народ достаточно разозлен тем, что у меня личный водитель».</p> <p>А теперь представим скорое будущее. Капитал для банков поднимут сначала до 300 млн рублей, потом до 1 млрд. В стране останутся только «системообразующие» банки. Государственные. Нам говорят, что так будет лучше. Зачем нам эти Урины, в самом деле? Наелись мы этих уриных, напились.</p> <p>Я тут на днях пообщался с уходящей натурой. И в этой нехитрой легенде усомнился. Встречался я с владельцем небольшого банка в Самарской области. Он ждал меня возле гостиницы в своем Hyundai Santa Fe. Без охраны. Прибываем в ресторан, садимся в общий зал. За соседними столиками банкира приветствуют. Его тут знают все.</p> <p>- Иногда подкалывают: «Что тебе - взял из кассы да потратил на баб». Нет, так не получится. Я со своими вкладчиками в одну школу ходил. Профукаю их деньги - порвут.</p> <p>- Может, тебе местную футбольную команду купить? А то вон лежит она.</p> <p>- Не поймут.</p> <p>Вспоминаю своего давнего знакомца, владельца такого же маленького, женевского, банка - Жоржа. И тот сам за рулем. И тот сидит себе без «бодигардов» в уютном кабачке, перекидываясь шутками через стол с местными старушками. </p> <p>Местечковый, локальный, семейный капитализм - это, вообще-то, нормально. Особенно для финансового сектора. Деньги любят тишину. Интим любят деньги. А старушки - женевские ли, самарские ли - любят, чтобы их средства хранились и инвестировались у них на глазах. Как минимум сразу заметишь перемену в образе жизни того, кому ты доверил «кровные». Сигары вместо сигарет? Да ты, братец, не наш!</p> <p>Систему хозяйствования, которую сейчас строят в России, тактично именуют госкапитализмом. Лучше бы госфеодализмом. Крупные, лишь формально неподконтрольные «королю» латифундии. Со своим уставом. Что внутри - знают только они. Король собрал налоги, король ушел. Роза остается розой, как ее ни назови, а феодализм - феодализмом, даже если вместо замков - башни-офисы. </p> <em>Мнение автора может не совпадать с мнением редакции</em> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3764925&r1=rss&r2=news Как изменения в монетарной политике Центробанка влияют на инвестиционные возможности граждан. Колумнисты Mon, 23 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3764925&r1=rss&r2=news <p>В предыдущих колонках авторы Ольга Беленькая, Наталья Орлова и Дмитрий Мирошниченко раскрыли важные аспекты тенденций процентных ставок на российском финансовом рынке. Однако существуют динамические аспекты изменения денежной политики Центробанка, которые влияют на процентные ставки и инвестиционный выбор домохозяйств.</p> <p>Говоря о «динамических аспектах», я имею в виду изменения в режиме денежной политики Банка России, который переходит от управляемого плавания рубля к таргетированию инфляции. Для перехода на новый режим денежной политики до 2014 года необходимо снизить темп роста цен до 2-4% в год, чтобы закрепить инфляционные ожидания на этом низком для современной России уровне.</p> <p>Процесс снижения темпов роста цен называется дезинфляцией. Снижать цены можно по-разному: либо директивно (например, замораживая цены на некоторые товары и платные услуги населению), либо монетарными методами - ограничивая рост денежных агрегатов и денежной базы.</p> <p>Именно изменения в монетарной политике стали одним из существенных факторов замедления темпов роста цен в российской экономике (автор оставляет за скобками точность и методологию измерения инфляции госорганами). Банк России и правительство изъяли избыточные банковские резервы, чем создали искусственную нехватку свободной ликвидности у банков в 2011 году. Соответственно, банки, ощущая нехватку ликвидности, начали конкурировать за деньги населения, что привело к росту ставок по вкладам, вслед за которыми вверх потянулись и ставки по кредитам.</p> <p>Более высокие ставки стимулируют граждан делать сбережения, но, с другой стороны, ограничивают возможности бизнеса и домохозяйств в получении (более дорогих) кредитов. Дезинфляция в дистиллированном виде - это болезненный процесс для тех, кто живет в кредит, и благостный - для тех, кто делает рублевые сбережения. Когда процесс дезинфляции закончится, ставки, вероятнее всего, вновь начнут снижаться вслед за снижением инфляционных ожиданий.</p> <p>Дезинфляционная политика Центробанка приводит к любопытным эффектам на фондовом рынке. Когда ликвидности у банков много, цены акций, как правило, растут динамично (формируются так называемые финансовые пузыри), доходность по вложениям в акции опережает доходность по депозитам и облигациям. Во время процесса дезинфляции, который может длиться несколько лет, все наоборот: вклады с фиксированной доходностью становятся выгоднее и надежнее, чем вложения в ценные бумаги с сильными курсовыми колебаниями.</p> <p>Исходя из вышесказанного можно сделать следующие выводы.</p> <p>Рублевые вклады со ставками на уровне 10% и выше на сегодняшний день - вполне интересный инструмент для вложений временно свободных денег на срок до года.</p> <p>Рынок акций интересен тем, кто готов вкладывать деньги на длительный срок - скажем, лет пять (не считая, конечно, прожженных спекулянтов и игроманов). Как правило, на этом временном интервале доходность по данному типу инструментов выше, чем по инструментам с фиксированной доходностью.</p> <p>При этом необходимо помнить, что всегда возможны форс-мажорные ситуации, например существенное снижение цен на нефть, либо искусственная девальвация национальной валюты в тех или иных целях со стороны государства. Соответственно, возможны резкие скачки курса рубля в сторону снижения. Поэтому порядка трети сбережений в денежной форме, на мой взгляд, надо для страховки держать в валютных депозитах или наличности (если нет доверия банкам), желательно в контрциклических валютах, долларах и швейцарских франках.</p> <p>Автор напоминает, что выводы в статье являются всего лишь рекомендациями, а не руководством к действию.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3747551&r1=rss&r2=news В силу разных причин банки не используют в своих целях один из российских обычаев - откладывание денег на похороны. Но времена меняются, и скоро мы сможем увидеть в линейках вкладов «гробовые» депозиты. Колумнисты Mon, 16 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3747551&r1=rss&r2=news <p>В Древней Греции существовал обычай: умерших людей хоронили с монетой во рту, чтобы они могли заплатить Харону за перевоз через Стикс в царство мертвых. Эта плата называлась навлон - по аналогии с обычным тарифом на морские перевозки. Харону платили не очень щедро: обычно хватало мелкой серебряной монеты, а то и медяка. В наше время так дешево не отделаешься.</p> <p>В России принято ближе к естественному концу начинать откладывать деньги на организацию собственных похорон, чтобы не напрягать неожиданными (или даже ожидаемыми) расходами друзей и родственников. У многих со временем привычка откладывать часть дохода «на похороны» закрепляется, и сумма может вырасти до величин, достаточных для весьма пышных проводов в мир иной, несмотря на скромную жизнь в течение многих лет перед этим событием.</p> <p>«Гробовые», вообще говоря, весьма лакомый кусок для банков. Во-первых, это длинные деньги. Срок действия подобных сбережений исчисляется годами, причем отложенная сумма будет только расти. Ведь вряд ли ее обладатель потратит часть средств на текущие нужды. Во-вторых, это консервативные деньги. Мало кому придет в голову вкладывать такие сбережения в акции, ПИФы или собственный бизнес. Очевидно, что они должны храниться в максимально доступном виде (чаще всего - в наличных). В-третьих, это значительные деньги - похороны нынче удовольствие дорогое, поэтому даже у небогатых старушек в матрасе может оказаться несколько десятков тысяч рублей. В-четвертых, в условиях инфляции есть очевидный спрос на получение хотя бы небольшого, но стабильного дохода на эти сбережения. Ведь вложенные «в матрас» пять лет назад деньги сегодня имеют намного меньшую покупательную способность.</p> <p>Получается, что «гробовой» клиент - практически идеальный вкладчик для любого банка. Тем не менее банковские депозиты не пользуются популярностью среди владельцев «похоронных» сбережений. Почему?</p> <p>На мой взгляд, есть три причины. Первая - низкая финансовая грамотность потенциальных вкладчиков. К мыслям о вечном большинство людей обращается <nobr>где-то</nobr> в возрасте выхода на пенсию. Поэтому людям с более-менее значимыми похоронными накоплениями сейчас примерно 65 лет. Очевидно, что для большинства из них (хоть и не для всех) современный банк - явление глубоко чуждое.</p> <p>Вторая причина - вполне объяснимое недоверие к банкам. Пожилые люди в своей сознательной жизни прошли и через 1998-й, и через 1991-й, а многие - и через 1961-й. Страх «в случае чего» оказаться без столь важных сбережений слишком велик.</p> <p>Наконец, третья причина непопулярности банков - отсутствие удобной специализированной инфраструктуры для таких вкладов. Получить деньги с обычного депозита умершего человека не так просто, и уж точно сложно это сделать в течение первых нескольких дней, когда они особенно нужны. А для самостоятельного облегчения жизни наследникам вкладчику необходимо прилично потрудиться, оформляя доверенность с особыми не совсем стандартными условиями. Скажем, давать наследникам обычную доверенность на получение денег со счета или предоставлять доступ к банковской карте и ПИН-коду может быть опасно - не ровен час останешься без денег задолго до «события».</p> <p>Но времена меняются. Многие люди начинают задумываться о бренности всего сущего задолго до пенсии и формируют «гробовые» сбережения в среднем возрасте. А доля привыкших к общению с банком граждан среди этой категории намного выше, чем среди их старших товарищей. Да и к пенсионному возрасту сейчас уже подходят те, кто половину своей сознательной жизни прожил при капитализме, получая зарплату на карточку и храня деньги на депозите. То есть первая проблема постепенно исчезает по естественным причинам.</p> <p>Доверие к банкам растет. События во время и после кризиса показали, что вклады в российских банках защищены настолько, насколько это вообще возможно: государственные гарантии сработали даже по отношению к откровенно слабым финансовым учреждениям. Опросы подтверждают это мнение: ромировское исследование показывает, что в 2012 году 34% населения считает, что лучше всего держать сбережения в банках (против традиционных 22-27% в последние годы). Если тренд сохранится, то уже скоро вклады в этом «рейтинге» выйдут на первое место, сместив с него недвижимость.</p> <p>Остается последнее препятствие на пути появления специализированного постмортем-депозита: нежелание банков создать соответствующий специальный продукт. Это должен быть вклад с возможностью пополнения (но не снятия) средств, плавающей процентной ставкой, близкой к уровню инфляции, и специальным набором стандартных документов, которые позволили бы быстро и без проблем выдать накопленные средства заранее обозначенным людям в случае смерти вкладчика. Обычное завещание здесь не очень хорошо работает, так как на оформление документов может уйти много времени.</p> <p>Тема смерти в России несколько табуирована, поэтому решиться на введение в линейку вкладов «похоронного» депозита может только очень смелый банк. Будем надеяться, что это все-таки произойдет, ведь любой законный финансовый интерес в конечном итоге должен быть удовлетворен.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3737143&r1=rss&r2=news Какой инструмент следует избрать простому россиянину, обладающему некоторыми сбережениями, с тем чтобы эти накопления не обесценились, а приумножились? Колумнисты Fri, 13 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3737143&r1=rss&r2=news <p>Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим два основных сценария. Ближайшая развилка российской экономики может быть связана с состоянием счета капитальных операций. По последней оценке Банка России, отток капитала из страны в I квартале превысил 35 млрд долларов. Первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев прогнозирует, что уже вскоре (в мае, край - в июне) Россия столкнется с обратным процессом, то есть с масштабным притоком капитала. Оставляя в стороне оценку вероятности осуществления данного прогноза, посмотрим на последствия его реализации для нас с вами, скромных (и не очень) российских (и не только) вкладчиков. В какой инструмент надо входить, чтобы встретить предстоящий вал иностранных денег в полной финансово-боевой готовности? <br /></p> <p>Логика рассуждений будет следующая. В настоящее время высокие цены на товары российского экспорта, прежде всего на нефть, обеспечивают стране большое положительное внешнеторговое сальдо. Иными словами, на закупку импортных товаров мы тратим значительно меньше денег, нежели получаем от продажи своих на экспорт. Внешнеторговый баланс России за первые три месяца текущего года составил 61,4 млрд долларов (экспорт 134,7 - млрд, импорт - 73,3 млрд). Эту величину нам надо скорректировать на следующие показатели: сальдо услуг, баланс оплаты труда, инвестиционных доходов, а также текущих трансфертов. В сумме по этим статьям из страны ушло 19,1 млрд долларов. Оставшаяся сумма в 42,3 млрд в статистике платежного баланса называется счетом текущих операций. Это и есть окончательная величина валюты, пришедшей в страну и ушедшей из нее по резонам, не связанным с новыми инвестициями. Как видно, по счету текущих операций у нас также весьма значительный профицит (то есть пришло больше, чем ушло). Куда же эти деньги исчезают?</p> <p>Чисто статистически возможны два варианта: отток капитала и увеличение золотовалютных резервов. Если экономика не смогла потратить выручку от экспорта на закупки товаров и услуг по импорту, то этот излишек она может либо потратить, продав его родному Центробанку, либо не потратить вовсе, т. е. фактически оставить за границей. Опять же призываю читателей подходить к этому процессу профессионально и не давать пропагандистских оценок, здесь нет никакого заговора за кулисы, просто так работает экономика во всем мире.</p> <p>После столь обширного экскурса в статистику внешнего сектора экономики наконец-то перейдем к более прозаичным вещам, например к ответу на вопрос: «Что будет с курсом рубля?» Здесь многое зависит от политики Центробанка, будет ли он скупать поступающую в страну инвалюту или нет.</p> <p>Скупать будет. Это значит, что тем самым Банк России, во-первых, не будет давать укрепляться рублю (повышая спрос на валюту), а во-вторых, станет производить денежную эмиссию, увеличивая количество рублей в экономике. В переводе на язык вкладчика следствием этого будет относительная стабильность рубля при одновременном падении ставок по депозитам в национальной валюте. Действительно, зачем банкам переплачивать, если денег у них и так полно? То есть фактически мы вернемся в ситуацию 2010 года.</p> <p>Если скупать не будет. В условиях притока капитала предложение инвалюты растет, рублей на рынке больше не становится. Значит, рубль будет укрепляться, а ставки по рублевым депозитам если и будут снижаться, то весьма неохотно. Ну а товары российских производителей станут еще более неконкурентоспособными в силу своей дороговизны. Эту ситуацию мы как раз могли наблюдать в январе - марте текущего года.</p> <p>Но напомним, что мы рассматриваем данные сценарии в условиях положительного сальдо по счету как текущих, так и капитальных операций. Теперь нелишне будет задаться вопросом, а с какой же стати иностранный капитал вдруг хлынет в российскую экономику. Вариантов, как водится, два. Первый - инвестиции в производство. Предпосылок к этому на горизонте пока не просматривается никаких. Про пресловутый инвестиционный климат говорено-переговорено, но инфраструктура не улучшается, издержки, в том числе трудовые, высоки, производственные мощности на существующих предприятиях в развитых странах недозагружены. Так с какой стати международные капиталисты вдруг ломанутся в Россию строить новые? Но вот куда капитал действительно с удовольствием придет в заметных объемах, так это в финансовые активы. Все вполне прагматично: макроэкономические параметры России в краткосрочной перспективе вполне позволяют ей предложить свои услуги международному спекулятивному капиталу для извлечения прибыли. А уж он этот шанс не упустит. Реализацию именно этой схемы можно было наблюдать в I квартале этого года. В случае притока капитала мы прежде всего увидим рост на фондовом рынке. Так зачем же нам оставаться в стороне от столь многообещающего процесса? Зачем нам рублевые депозиты с их не поражающей воображение доходностью? Гораздо логичнее скинуть все активы в иностранных валютах и войти в те же акции. Куш обещает быть очень неплохим! Конечно, самое главное будет вовремя соскочить, ведь на то они и спекулянты, чтобы, разогнав рынок, выйти из него с максимальной прибылью, оставив всем остальным право наслаждаться звуком лопающегося пузыря. Но на данный момент для нас важно понять следующее: если вы верите в скорое пришествие капитала в Россию, то вам дорога лежит прочь от банка в сторону брокера, от депозита - к ПИФу.</p> <p>Теперь же посмотрим, что может случиться, если капитал вопреки разговорам представителей власти не соизволит в сколь-нибудь заметном количестве притечь в страну.</p> <p>Реализация предвыборных программ нового-старого президента обещает увеличить доходы населения, малое количество более-менее надежных корпоративных заемщиков плюс нерешенные проблемы с «плохими» долгами заставят банки и дальше пытаться наращивать розничное кредитование. А на что наши сограждане направляют полученные деньги в первую, вторую и третью очередь? Правильно, на приобретение импортных товаров. Значит, даже если цены на нефть не упадут, рост импорта приведет к уменьшению поступлений иностранной валюты в страну по счету текущих операций, то есть к снижению ее предложения. Более того, как показывает весь опыт последних 20 лет, в таких условиях, чуя неладное, экономические агенты начинают потихоньку избавляться от рубля, что приводит к его девальвации. Стало быть, при реализации этого сценария вкладывать средства в рублевые финансовые инструменты может оказаться не очень разумным решением. Более правильным будет переложиться в иностранную валюту и... положить ее на депозит в банк. Тем более что - по крайней мере в Москве - можно найти весьма привлекательные условия размещения валютных средств. Здесь, конечно, возникает проблема выбора валюты вложения, но это уже другой вопрос.</p> <p>Итак, мы имеем два основных сценария развития событий, при реализации каждого из которых вложение в рублевый банковский депозит не является оптимальной стратегией поведения. Первый: если вы верите в то, что российская экономика (за исключением сырьевых отраслей) неконкурентоспособна, а вкладывать в нее деньги в ощутимых количествах из иностранцев могут только спекулянты, вашим естественным выбором в качестве инструмента сбережения средств на данный момент будет депозит в иностранной валюте. Второй путь: если же вы уверовали в скорый приток капитала в российскую экономику, то ваш выбор - ценные бумаги, номинированные в национальной валюте.</p> <p>А что же рублевые депозиты? Видимо, они остаются тем, кто не верит ни во что, то есть закоренелым атеистам. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3729928&r1=rss&r2=news Сочетание низкой инфляции и высоких номинальных процентных ставок говорит о том, что реальная стоимость денег (то есть реальные ставки) выросла. Колумнисты Mon, 09 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3729928&r1=rss&r2=news <p>Говоря точнее, ставки с недавнего времени стали положительными, что периодически случается, но нехарактерно для российской экономики. В то, что реальные ставки останутся высокими в течение длительного времени, верится с трудом. Почему? Потому что такая ситуация означает, что экономика должна значительно повысить свою эффективность, так как в такой экономике деньги уже не являются «бесплатными», она должна повышать производительность, чтобы иметь возможность платить проценты по кредитам. Поэтому или процентные ставки будут снижаться, или инфляция будет расти. <br /></p> <p>Низкий темп роста цен прошлого года определялся стабилизацией мировых цен на сельскохозяйственную продукцию, скачок которых в 2010 году привел к серьезному всплеску продовольственной инфляции и в России. По итогам 2011-го именно стабилизация продовольственных цен обусловила замедление инфляции. Кроме того, дефляция в европейских странах также импортируется в Россию. Внутренняя (тарифная) история тоже важна. Решение о переносе повышения тарифов с января на июль позволило снизить инфляцию с 6,1% в годовом выражении в конце 2011 года до 3,7% в последние два месяца. Но это замедление, как отметили <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3694723" target="_blank" >Ольга Беленькая</a> и <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3693497" target="_blank" >Олег Солнцев</a>, временное: как только индексация будет проведена, годовая инфляция вернется ближе к 6%. В целом же, на мой взгляд, экономика России будет обречена на относительно высокую инфляцию в обозримом будущем в силу низкой конкуренции. Структура российского рынка, на котором доминирует небольшое количество игроков, позволяет компаниям перекладывать рост своих издержек на конечных потребителей. И пока нет причин считать, что конкуренция будет расти.</p> <p>Что касается повышения процентных ставок, то, на мой взгляд, оно носит более фундаментальный характер. В предыдущее десятилетие деньги в России оставались дешевыми благодаря значительному притоку капитала в экономику. Сейчас мировые финансовые рынки значительно хуже выполняют функцию финансового посредничества, чем раньше, поэтому приток дешевых долговых денег крайне ограничен. Кроме того, если до кризиса 2008 года рубль демонстрировал укрепление на протяжении длительного периода и это провоцировало рост спроса на валютные заимствования, то сейчас заимствовать все хотят в рублях, чтобы не пострадать в случае девальвации. Увеличивающаяся зависимость платежного баланса и бюджета от нефтяных доходов приводит к тому, что в экономике растет недоверие к рублю как к валюте сбережений и это не дает использовать зарубежный капитал, даже когда он становится более доступным.</p> <p>На этом фоне в последние два года значительно ускорился отток капитала, который как раз связан с тем, что низкий уровень конкуренции в экономике не позволяет игрокам расширяться и перекраивать рынок. Отсутствие инвестиционных возможностей выталкивает капиталы за рубеж и повышает уровень процентных ставок в России. Как уже обсуждалось в предыдущих статьях, это дополняется склонностью государства к поддержке профицитного бюджета и его спросом на внутренний долг, что также становится фактором роста процентных ставок.</p> <p>Ситуация положительных реальных процентных ставок может быть использована для создания предпосылок к увеличению сбережений в экономике. Тем не менее, как я писала в своих предыдущих публикациях, российские предприятия сейчас предъявляют ограниченный спрос на финансовые ресурсы, инвестируя капиталы за рубеж. Спрос возникнет, только если структура экономики начнет меняться и уровень конкуренции повысится, то есть появятся более рентабельные компании, которые смогут расти в условиях высоких реальных процентных ставок. Но если такие структурные изменения не будут запущены, то единственным выходом из нынешнего состояния будет ускорение темпа роста цен, чтобы вернуть реальные процентные ставки в отрицательную зону и поддержать функционирование малорентабельных компаний и предприятий. Поэтому, возвращаясь к нынешнему состоянию рынка, я бы говорила о том, что инфляция будет расти, а ставки снижаться не будут. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3726063&r1=rss&r2=news Россияне с упоением судятся с банками, небезосновательно рассчитывая на успех. Но далеко не всегда иски и претензии говорят о росте финансовой грамотности населения. Колумнисты Fri, 06 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3726063&r1=rss&r2=news <p>Недавно опубликованная статистика Верховного суда РФ должна была порадовать всех, кто заботится о повышении уровня финансовой грамотности в стране. В 2011 году число исков граждан к банкам выросло по сравнению с 2010-м в 2,5 раза. А если сравнить с 2007-м - докризисным - годом, то результат еще более впечатляет: число исков в судебные органы от граждан к кредитным организациям возросло в 50 раз - с 4,8 тыс. до 257,6 тыс.</p> <p>Основная масса исков связана со всевозможными банковскими комиссиями, что обусловлено главным образом двумя факторами. Во-первых, в последнее время было принято несколько резонансных решений относительно неправомерности взимания тех или иных комиссий банками (за досрочное погашение, за открытие и ведение ссудного счета). Большинство крупных игроков прекратили подобные безобразия, но, конечно, не все банки могут отказать себе в таком удовольствии. Во-вторых, суды встают на сторону заемщиков гораздо чаще, чем на сторону кредитных организаций.</p> <p>В общественном сознании бытует мнение, что все банки - мошенники, а заемщики - несчастные обманутые лишенцы. Банкиры, конечно, и сами не отрицают, что есть среди них и нечестные игроки. Ведь, по сути, основная претензия граждан заключается в том, что банки не предоставляют им полной информации по кредитам и сопутствующим комиссиям. Пишут условия маленьким расплывчатым шрифтом сложным для понимания «банковским» языком, скрывают комиссии, дополнительные расходы по кредитам и даже эффективные ставки. А судебные решения кредитные организации умело обходят. К примеру, после вынесения решения об отмене комиссий за досрочное погашение некоторые банки начали переносить основную массу процентных платежей на начало срока выплаты кредита.</p> <p>С другой стороны, финансовая грамотность россиян иногда даже «слишком сильно» выросла. При слове «комиссия» граждане теперь нервничают и начинают судиться, оспаривая чуть ли не комиссионные платежи за переводы, обмен валюты, ведение карточного счета (кредитной карты) и т. д. А ведь эти и многие другие банковские услуги тоже чего-то стоят: должны же финансовые институты зарабатывать. Но суды идут и по таким делам.</p> <p>Вспоминаются и более печальные примеры, которыми делятся банкиры в кулуарах. Например, такая ситуация: заемщик отказывается гасить ипотеку, потому что у него нет денег, а сам он учится в университете и не работает. По справедливости, с такого должника надо бы взыскать квартиру, но суд встает на его сторону.</p> <p>В общем, проблем гораздо больше, чем решенных вопросов. Участники рынка ждут принятия закона о потребительском кредитовании, который с переменным успехом обсуждается законодателями с 2005 года. В настоящий момент законопроект дорабатывают Минфин и Ассоциация региональных банков (АРБ). Анатолий Аксаков, глава АРБ, уверен, что этот закон поможет выстроить честные правила игры на рынке, ведь в случае его принятия банки обязаны будут предоставлять клиентам паспорт кредита со всеми условиями, а клиент сможет сравнить предложения разных банков и выбрать, где ему лучше кредитоваться. Но станет ли этот закон панацеей от кредитных бед?</p> <p>С одной стороны, да. Например, по нынешнему российскому законодательству, банк имеет право в одностороннем порядке изменить условия пользования кредитом. Именно этот пункт в последнее время и вызывал многочисленные конфликтные разбирательства - досудебные и судебные - между гражданами и банками. В проекте закона потребителям обещают, что они будут защищены от «банковского беспредела».</p> <p>С другой стороны, проблему финансовой грамотности судами и законами не решить. Равно как и не уменьшить желание банков подзаработать на ее отсутствии или низком уровне. Способы обойти судебные и законодательные запреты всегда найдутся: досрочное погашение можно сделать сложным с точки зрения формальных процедур, а комиссию за открытие и ведение счета заменить комиссией за зачисление кредита на банковский счет при безналичных видах кредитования (ипотека, автокредиты).</p> <p>И все же, суть проблемы - отнюдь не в комиссиях, а в том, что россияне не склонны видеть свои ошибки и учиться на них, зато всегда с удовольствием ищут виноватого. Большинство людей отчего-то уверены, что кредит - это здорово, берут его, не задумываясь. Миллионы на квартиру, автомобиль - а почему нет? Дают же. А на банки, которые ответили отказом и вдруг не выдали этот самый очередной миллион, ругаются. Потом, когда выплаты оказываются неподъемными для имеющегося уровня доходов, заемщик начинает задумываться - зачем это он в такое дело влез? И тут приходит пора искать виноватого, которым оказывается, конечно, банк. Ну а кто же еще?</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3718123&r1=rss&r2=news На фоне приватизационной риторики в России происходят делиберализация экономики, экспансия госсектора и разрушение конкуренции. Особенно рьяно закручивают гайки после выборов. В банковском секторе эти процессы проявляются в форме экспансии госбанков и уничтожения... Колумнисты Wed, 04 Apr 2012 15:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3718123&r1=rss&r2=news <p>Новую атаку на малые банки инициировали эксперты «Стратегии-2020». Основной повод - якобы «генетическая» предрасположенность малых банков к отмыву. Эксперты «Стратегии» предлагают «повысить с 2013 года минимальный размер капитала банков до уровня, который сделал бы использование банковской лицензии для проведения полукриминальных операций экономически невыгодным. Речь может идти об уровне капитала в 1 млрд рублей». А с 2015 года они призывают поднять планку до 3 млрд. <br /></p> <p>Какое-либо экономическое обоснование необходимости увеличения минимального размера капитала в «Стратегии-2020» отсутствует. Эксперты не затрудняются ответом на вопрос, почему 1 млрд рублей, а не, скажем, 2 млрд или 0,5 млрд и почему именно с 2013 года? И уж тем более они не затрудняются анализом последствий такого повышения. На 1 марта в России действовало 916 банков, в том числе 607 - с капиталом меньше 1 млрд. Если пройдет предложение экспертов «Стратегии-2020», а банки-«запорожцы» не сумеют нарастить капитал до 2013-го, то уже через год Россия имеет шанс лишиться 2/3 банков. А ведь в них на 1 марта находились вклады населения на сумму свыше 484,1 млрд рублей, тогда как размер фонда страхования вкладов АСВ в три раза меньше - всего 162,5 млрд.</p> <p>Борьба с отмывом, также резко активизировавшаяся после выборов, удачно вписывается в очередную антикоррупционную кампанию и призвана противостоять мощному оттоку капитала за рубеж. Но, разумеется, основная, хотя и скрытая цель подобных кампаний - это передел рынка, в том числе рынка отмыва. Коррупция не способна уничтожить коррупцию. Кровь коррупционной и криминальной экономики - «черный нал». Как давать взятки без него? Как платить «черную» зарплату? Пока существует «черная» и «серая» экономика, неизбежно будет существовать индустрия отмыва.</p> <p>К мнению профильной экспертной группы «Стратегии-2020» прислушиваются: 12 марта президент России Дмитрий Медведев провел совещание с министрами экономического блока и представителями бизнеса, в том числе руководителями этой самой группы, по вопросам развития банковского сектора на основе предложений, ею сделанных. Министр финансов Антон Силуанов присоединился к мнению экспертов: «Давайте повысим до 1 миллиарда рублей минимальный размер капитала банков». Подобные предложения, исходящие из столь авторитетных источников, могут дестабилизировать ситуацию в банковской сфере.</p> <p>«Стратегия развития банковского сектора до 2015 года», принятая в марте 2011-го, указывает существенно меньший порог капитала - 300 млн рублей с 2015 года.</p> <p>Единодушия по поводу столь радикального повышения минимального капитала нет даже в Центробанке. Так, 23 декабря 2010 года в интервью газете «Коммерсант» председатель Банка России Сергей Игнатьев заявил: «Сейчас обсуждается радикальное предложение - увеличить минимальный размер капитала для действующих банков к 2015 году до 0,5-1,0 миллиарда рублей. Признаюсь, что у нас нет единства взглядов по этому вопросу даже внутри ЦБ. Ведем жаркие дискуссии. Я лично против резкого повышения минимального капитала для действующих банков».</p> <p>Однако не все так плохо. Как известно, жесткость законов смягчается их повсеместным неисполнением. Повышение порога ведет к эффекту adverse selection (неблагоприятного отбора): «злонамеренные» банки с легкостью рисуют недостающий капитал, тогда как самые «добропорядочные» складывают лапки и тонут. Ибо если банк благополучно занимается отмывом, то что мешает ему фальсифицировать капитал?</p> <p>Мы уже наблюдали два повышения минимального капитала: с 1 января 2010-го - до 90 млн рублей, а с 1 января этого года - до 180 млн. Однако количество банков, лишившихся лицензии или превратившихся в НКО (небанковские кредитные организации), после обоих повышений было невелико, хотя за год до каждого этого повышения более сотни банков не дотягивали до заветной планки. Поднятие порога не генерировало ожидаемую волну слияний и поглощений в банковском секторе, в частности, <nobr>из-за</nobr> высоких издержек юридической консолидации. Только одну-две сделки юридической консолидации 2011 года можно объяснить повышением порога.</p> <p>Рассмотрим аргумент о «генетической» предрасположенности малых банков к отмыванию денег. Какие известны наиболее громкие случаи отзыва лицензии за отмыв? Это, во-первых, банки Френкеля - ВИП-Банк, «Европроминвест» и ИнтеРУС-Банк. Капитал первого банка на 1 января 2005 года составлял 839,2 млн рублей, второго - 339,4 млн, то есть оба проходили над планкой 300 млн - но это еще семь лет назад. И только у третьего банка капитал был даже ниже предыдущего порога 90 млн рублей: 72,3 млн на 1 января 2005 года. Отзыв лицензии за отмыв у Содбизнесбанка генерировал мини-кризис 2004 года. Его капитал на 1 января 2004-го составлял 2,2 млрд рублей. Известен и случай отзыва лицензии, также за отмыв, у банка «Нефтяной», капитал которого на 1 января 2005 года был равен 1,7 млрд.</p> <p>Будто бы в насмешку над банковскими экспертами «Стратегии-2020» 27 марта первый заместитель председателя правительства РФ Виктор Зубков на встрече с Владимиром Путиным заявил: «Только за последние несколько недель проведены проверки в пяти крупных банках, и в одном из них обнаружено большое количество документов, которые показывают, что этот банк занимался противоправной деятельностью. Более 500 печатей разных фирм (в основном это, конечно, однодневки), около 10 печатей гербовых - налоговых инспекций, печати суда города Москвы, еще много-много других документов, которые позволяют сделать вывод о том, что действительно эти учреждения занимались противоправной деятельностью. Заведены уголовные дела, проведены задержания».</p> <p>Итак, мы видим, что аргумент о предрасположенности малых банков к отмыву явно несостоятелен. Крупные банки столь же охотно занимаются отмывом, как и их малые собратья. Более того, у крупных есть преимущество перед малыми в криминальной сфере - гораздо более высокая и крепкая «крыша», которая столь необходима для криминальной деятельности. <br /></p> <p>Другой аргумент - якобы малые банки менее устойчивы. В упомянутом интервью Сергей Игнатьев подверг сомнению это утверждение: «Мы решили проверить гипотезу, что в «трудные» времена маленькие банки гораздо менее устойчивы, чем большие. Взяли перечень всех кредитных организаций, которые действовали на 1 сентября 2008 года, разбили ровно пополам по размеру активов - на «маленькие» и «большие». И посмотрели, у кого были отозваны лицензии либо началась процедура санации под угрозой отзыва лицензии в период до 1 января 2010 года, исключив из рассмотрения тех, у которых были отозваны лицензии за нарушения «противоотмывочного» законодательства, это все-таки другая статья. Так вот, из 81 кредитной организации, которые оказались финансово несостоятельными, к числу «больших» относится 46, к числу «маленьких» - только 35. Выходит, что гипотеза, что маленькие банки финансово менее устойчивы, чем большие, не подтверждается».</p> <p>Кому выгодно уничтожение малых и средних банков? В первую очередь крупным, которые избавляются от назойливых конкурентов. Кто возглавляет экспертную группу «Развитие финансового и банковского сектора» «Стратегии-2020»? Президент - председатель правления Сбербанка Герман Греф и председатель совета директоров МДМ Банка Олег Вьюгин. МДМ Банк - 15-й по размеру активов.</p> <p>Изменение минимального капитала позволяет изменять число банков. Не утруждая себя серьезными эконометрическими исследованиями, авторы доклада ИНСОР «Структурная модернизация финансовой системы России» (февраль 2010 года) заявили: «Исходя из существующих международных закономерностей, «оптимальное» число банков в России - 220-280». Ни одному чиновнику, даже самому умному, не придет в голову объявить, например: «Оптимальное число магазинов в России - 220-280 тысяч». Оптимальное число хозяйствующих субъектов на конкурентном рынке должен определять сам рынок, а не чиновник. Для сравнения: в США на 29 марта действовало 6 265 чисто коммерческих банков, застрахованных FDIC (американский аналог АСВ). В России на эту дату было 896 банков - участников системы страхования вкладов. Почему у нас должно быть существенно меньше банков, чем в США? <br /></p> <p>Если количество банков избыточно для экономики, то почему высока цена банковской лицензии? А ведь она стоит несколько миллионов долларов...</p> <p>Вспомним раннюю осень 2009 года: в Москве начались гонения на киоски. Всего через несколько дней после старта этой кампании даже самому умному чиновнику стало ясно, что это головотяпство. Кампания против малых банков ничуть не лучше.</p> <p>Аппетит приходит во время еды: сегодня съедят малые банки, завтра возьмутся за средние. Почему бы сразу не ввести порог в 1 трлн рублей? Останется ровно один невероятно большой и невероятно эффективный Сбербанк, и, куда ни кинешь взгляд, - всюду его отделения. Теряй час в очереди и наслаждайся изысканным сервисом. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3708731&r1=rss&r2=news Росфинмониторинг выступил с пакетом антиотмывочных мер. Если сегодня за отмывание привлекают начиная с 6 млн рублей, то будут - с 600 тыс. Уже подсчитано: мера нарастит число осужденных (а за работу в «прачечной» дают до четыре лет) вдвое. Колумнисты Mon, 02 Apr 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3708731&r1=rss&r2=news <p>Не прошло и часа после объявления этой инициативы, как на нее отреагировал глава Счетной палаты Сергей Степашин. Росфинмониторинг не справится с задачей, полагает он. Много на себя взяли. Кому же по плечу? Комиссии под председательством первого вице-премьера Виктора Зубкова, считает Степашин. Комиссия - это, конечно, не федеральный орган, оговаривается глава Счетной палаты. Но пусть поработает год-два, а там посмотрим. <br /></p> <p>Вот это «год-два, а там посмотрим», безусловно, <nobr>ноу-хау</nobr> и тренд. Были Госплан и пятилетние планы. Было стратегическое планирование с индикативными показателями. Таргетирование опять же. Но все это сложно и скучно. Чужие, непонятные слова. Мудрствование - не наше, выхолощенное. Наше - это «авось» и «ввяжемся в драку, там посмотрим». Авось и ныне там.</p> <p>Когда с нехорошими банками и отмывными схемами борется ЦБ, это понятно. Можно подозревать отдельных сотрудников Центробанка в пристрастии. Можно говорить, что его политика приняла обвинительный уклон. Но укорять работников Банка России за непрофессионализм, наверное, самонадеянно. Росфинмониторинг - тоже структура и система. Правила, регламенты. Но что такое комиссия, которая даже не орган? Какие у нее правила? Свычаи и обычаи? Когда-то большевики столкнулись с тем, что им не хватало судей для революционных судов. Большевиков мало, кулаков и прочей нечисти много. Так появились «тройки». Чисто техническое решение поначалу. Имя нарицательное потом. Попытка упростить процедуру обернулась произволом. Рассказывают, что это в «тройках» додумались: как нужно кого расстрелять, голову в унитаз, кровь смыть. Никакого садизма. Просто так удобнее. Прагматика на марше. Чрезвычайное время требует творческих решений.</p> <p>Сейчас время тоже чрезвычайное. Практически в ту самую минуту, когда Степашин рассуждал о том, кому бороться с плохими бизнесменами, действующий президент Дмитрий Медведев объявил через Twitter: кот Дорофей, о пропаже которого сообщили СМИ поутру, никуда не исчезал. Кот был с Дмитрием Анатольевичем все его президентские годы. Кота охраняли. Уйдя в сверкающее мартовское утро, Дорофей нарушил баланс. Как кот Апокалипсиса с картины Босха, он явился в небесах - увенчанный рогом, покрытый попоной, кара, укор, знамение. Rex sacrorum вызов принял. Кота нашли, даже если не нашли. Баланс восстановлен. Но призрак Калиюги продолжает витать над Третьим Римом. Ибо написано на знаменах последних времен: «Год-два, а там посмотрим».</p> <p>Легионы, несущие эти знамена, идут по земле, не встречая сопротивления. Экономическая политика - как антитеза хаосу - сошлась на одном Алексее Леонидовиче Кудрине. Одни - в тень. Другие - в молчание. Кудрин был последним, кто говорил. Он умел заострять дискуссию, сказал первый вице-премьер Игорь Шувалов премьеру и избранному президенту Владимиру Путину.</p> <p>- Что вы несете? - осведомился Путин.</p> <p>- Я несу мысль, Владимир Владимирович, - ответил Шувалов. <br /></p> <p>Диалог войдет в историю. Ни слова о том, что будет делать Кудрин в новом Кабинете или около него. Полная ясность, что ему дороги во власть закрыты. Плохая новость, наверное. Но ясность - уже хорошо. Если бы так было во всем и со всеми. Кабинет Медведева - слабый или сильный? Медведев - надолго ли? Уживется ли с Медведевым Сечин? Вопросы без ответа. А знать ответы очень и очень нужно.</p> <p>Когда-то именно банкиры рассказали мне, что Медведев откажется от борьбы за пост президента. Это было в конце мая. Решение, как мы теперь знаем, принималось в апреле. Страна, напомню, была поставлена в известность в сентябре. Банкиры все быстро узнали. Им это важно - знать, кто с кем уживется. Если системные органы контроля заменяются несистемными комиссиями. Если мыслящие строгими категориями люди уходят со сцены, освобождая ее адептам «отрешенности и порыва», то и знание экономической политики сводится к искусству угадать движение фигур. Ключевым вопросом современности в свете этой волатильности и хаоса становятся, например, такие. Сергей Игнатьев, глава ЦБ, - доработает или уйдет досрочно? Антон Силуанов, министр финансов, - «местогрей» или персона, власть имеющая? Аркадий Дворкович - куда? На место Игнатьева? Силуанова? Бери выше? Ниже, вбок?</p> <p>Комиссары, которых мы уже поминали, писали в характеристиках, коли верить писателю Пильняку: «Магет ергично фукцировать». Критерий сегодня свеж как никогда. Комиссия Зубкова проверила пять банков и в одном нашла печати. В том числе с гербами. Вопрос, магет ли комиссия фукцировать, после этого даже задавать неудобно. Уже фукцирует! Еще как магет! А стараниями Степашина сделает это ергично. И нет никаких сомнений, что бурное, энергичное движение мыслей, проектов, тем станет трендом нового Кабинета. Если бы молекулы стакана все двинулись в одну сторону, стакан подпрыгнул бы на столе. Но чудес не бывает. Молекулы не имеют воли и движутся хаотично. Стакан стоит как вкопанный. И будет стоять. Броун победил и Маркса, и Спенсера.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3710801&r1=rss&r2=news Быть бедным должно стать стыдно, глупо и дорого. Если такой подход победит, то с нищетой будет покончено. Но она слишком выгодна, чтобы с ней <nobr>кто-то</nobr> по-настоящему боролся. Колумнисты Fri, 30 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3710801&r1=rss&r2=news <p>В руководстве страны в очередной раз обсуждается перспектива введения «налога на богатство», или (более политкорректно) «налога на престижное потребление». Мол, если ты позволяешь себе купить большую квартиру, дорогую машину или толстую золотую цепочку, будь добр заплатить чиновникам выкуп за такое свое вызывающее поведение. Экономического толка от этого никакого нет, что признают даже сами власти. Весь смысл подобного налога в потакании низменным чувствам толпы, то есть в демонстрации стремления к «социальной справедливости». Сюда же относятся и призывы к введению прогрессивной шкалы подоходного налога, которые, к счастью, пока всерьез не рассматриваются.</p> <p>Налог на роскошь и вовсе может оказаться убыточным для бюджета. Ведь его администрирование будет сложным и дорогим - попробуй поймать защищенного со всех сторон юристами богача, доказав, что тот или иной «предмет роскоши» он покупает для личного потребления и «по правильной цене». Очевидно, что часть подобных сделок физически переместится за границу, другая будет проводиться по заниженным ценам или проходить через офшорки. Налоговым органам придется либо закрывать на это глаза, либо тратить много средств на розыск концов и судебные издержки.</p> <p>Впрочем, это все банальности, известные любому экономически грамотному человеку. Намного интереснее посмотреть на налоговую систему с другой стороны. Почему, собственно, облагать налогом надо богатство? Может быть, если есть цель бороться с бедностью, стоит облагать налогом именно ее? Это не такое глупое и странное предложение, как может показаться. Просто к данному вопросу надо подойти с нужной стороны.</p> <p>Почему-то личный налог, взимаемый с гражданина (точнее, с резидента), считается в процентах от дохода. Что, кто много зарабатывает, того больше защищают армия и полиция, лучше лечат и учат? Вряд ли. Все граждане получают услуги государства более-менее одинаково (исключения есть, конечно, но они не зависят от доходов). Может быть, в таком случае есть смысл ввести «абсолютный», а не «относительный» налог - в рублях, а не в процентах? Давайте посмотрим, к чему это приведет.</p> <p>Во-первых, такой налог будет максимально социально справедлив, если вообще считать это понятие существующим и существенным. Ведь справедливо, что все граждане государства должны в равной мере оплачивать расходы этого государства.</p> <p>Во-вторых, равный налог будет играть важную роль в борьбе с бедностью. При такой системе необеспеченным быть крайне невыгодно, а рост доходов резко улучшает благосостояние семьи. Скажем, если налог равен 5 тыс. рублей в месяц с человека, то у семьи из четырех человек при двух работающих за 15 тыс. рублей в месяц каждый чистый доход составит 10 тыс. рублей. А у точно такой же семьи, но с зарплатами по 20 тыс. рублей в месяц чистый доход вырастет до 20 тыс. То есть рост зарплаты на треть увеличивает реальный доход вдвое. Это отличный стимул для самых малооплачиваемых групп населения зарабатывать больше.</p> <p>В-третьих, важна политическая роль такого налога. Вообще говоря, равный налог должен быть единственным налогом в стране. Ведь в конечном итоге все налоги платят «физические лица», просто оформляются эти платежи в виде очень сложной, несбалансированной и постоянно меняющейся системы. Так почему бы не упростить до предела налоговую систему, приведя ее к естественному состоянию?</p> <p>Если допустить, что сумма единого равного налога должна определяться Госдумой при принятии бюджета ежегодно, то в интересах депутатов делать этот налог как можно меньше. А при таком раскладе придется повышать эффективность трат государства и «уменьшать» само государство, выводя его из тех сфер, где оно не нужно.</p> <p>Кроме того, когда граждане ежемесячно платят из своего кармана существенные для них деньги государству, они наверняка заинтересуются качеством работы этого государства.</p> <p>Наконец, в-четвертых, предельное упрощение налоговой системы приведет к многократному сокращению расходов на сбор налогов. Не понадобится высчитывать, кто сколько должен платить, следить, чтобы никто не спрятал доходы, оценивать экономическую целесообразность сделок и т. д. Высвободятся рабочие руки и головы, которые сейчас занимаются никому не нужной возней вокруг налогов, - и в госорганах, и в бизнесе.</p> <p>В общем, с какой стороны ни посмотри, прямые платежи граждан в виде единого налога вместо нынешней сложной и несправедливой системы - сплошное благо. Впрочем, есть две группы людей, для которых такое предложение смерти подобно: завидующие чужому успеху бездельники и чиновники. Первым будет очень обидно, что государство не наказывает за успех (как происходит сейчас), а для вторых останется крайне мало рабочих мест.</p> <p>Учитывая, что первая категория граждан составляет подавляющее большинство, а вторая держит контрольный пакет акций власти, по-настоящему справедливой и разумной налоговой системы мы, конечно, никогда не увидим.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3694723&r1=rss&r2=news <p>Уменьшение официальных показателей годовой инфляции в начале года до уникально низких для России 3-4% формально означает резкое увеличение реальной стоимости кредита для заемщиков. Должны ли банки снижать кредитные ставки вслед за инфляцией?</p> Колумнисты Mon, 26 Mar 2012 15:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3694723&r1=rss&r2=news В статье Александра Ивантера «Вложи в ставку все» («Эксперт» № 10 от 12-18 марта 2012 года) утверждается, что сегодня на рынке сложилась ситуация, при которой реальная (с поправкой на инфляцию) стоимость кредитов для предприятий превысила 5%, что соответствует уровню 2009 года (разгар финансового кризиса в России). Делается вывод, что удорожание кредита, вернее отрыв кредитных ставок от резко замедлившейся инфляции, - результат неправильной политики Минфина и ЦБ, а также избыточно высокой маржи банков. <p>Действительно ли сегодняшние кредитные ставки для предприятий завышены? Посмотрим на историческую динамику нескольких ключевых параметров, раскрываемых ЦБ РФ, - средневзвешенная ставка нефинансовым организациям по кредитам нефинансовым предприятиям сроком до года (далее - ставка по кредитам предприятиям), инфляция (накопленным итогом за 12 месяцев), ставка рефинансирования, средневзвешенная ставка по рублевым депозитам банков сроком до года, кроме депозитов до востребования (далее - депозитная ставка).</p> <p>Рисунок 1 вроде бы подтверждает тезис о резком расширении разрыва между кредитной ставкой и инфляцией в последнее время - в январе средняя ставка по кредитам предприятиям составила 8,8%, а годовая инфляция замедлилась до 4,2%. Таким образом, реальная (по формуле Фишера) ставка по кредитам возросла до 4,4%. Действительно, это уникально высокий уровень с первого полугодия 2010 . Более того, в феврале инфляция снизилась до 3,8%,<nobr> то есть </nobr>реальная кредитная ставка должна была еще вырасти (данных ЦБ пока нет).</p> <p>Аномальна ли такая ситуация с точки зрения экономики? Свидетельствует ли она об избыточной «жадности» банков? Должны ли регуляторы <nobr>как-то</nobr> на нее реагировать? Ответ: нет.</p> <p>Первое - текущий уровень инфляции не воспринимается как среднесрочно устойчивый ни Центробанком, ни банками, ни бизнесом. Рисунок 2 показывает, что основная причина отрыва кредитной ставки от инфляции - резкое замедление годовой инфляции в январе-феврале. Причина очевидна - в 2012 впервые за постсоветскую историю правительство не проиндексировало тарифы монополий с 1 января, перенеся это действие на середину года. Очевидно, те цифры инфляции, которые нам сейчас сообщает Росстат, имеют исключительно временный характер - собственно, поэтому Центробанк, ориентируясь на среднесрочные прогнозы инфляции (официальный прогноз на 2012 год - 5-6%), не понижает ставку рефинансирования вслед за формально замедлившейся инфляцией. А при инфляции в 6% реальная кредитная ставка составила бы сейчас 2,8%, что вполне нормально.</p> <p>Второе - классический банковский бизнес предполагает привлечение сбережений и преобразование их в кредиты бизнесу и населению. При этом инфляция и даже ставка рефинансирования - вторичные параметры. На первом месте - стоимость привлекаемых ресурсов, прежде всего ставка по депозитам, поскольку в пассивах банковского сектора более 60% составляют клиентские средства.</p> <p>Рисунок 3 показывает исторический уровень кредитных и депозитных ставок для российского банковского сектора. С июля 2011 по январь 2012-го средняя ставка по срочным рублевым депозитам населения выросла с 5% до 6,9% (+190 б. п.), в то же время стоимость кредитов для бизнеса увеличилась менее чем на 100 п. п. (с 7,9% до 8,8%). В результате чистый процентный спред (разность между этими ставками) по итогам января сократился до 1,9 п. п. (минимум за весь рассматриваемый период с декабря 2007 года). Таким образом, банкам сейчас приходится работать в условиях резкого сжатия чистой процентной маржи, на которое их <nobr>бизнес-модели</nobr> исторически не рассчитаны.</p> <p>Кстати, в этом нынешняя ситуация разительно отличается от пика кризиса конца <nobr>2008-го - начала</nobr> 2009-го - тогда процентный спред между ставками был на максимуме (5 п. п. и выше), <nobr>так как </nobr>банки закладывали в стоимость кредита очень высокие риски. Сейчас этого не происходит, хотя объективно риски для мировой экономики достаточно высоки. Поэтому я согласна с коллегой <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3693497" target="_blank" >Олегом Солнцевым</a>, что кредитные ставки в текущей экономической ситуации должны были быть выше. Ситуация может объясняться тем, что их уровень на российском рынке определяется госбанками, для которых ресурсы обходятся дешевле, чем для рынка в целом.</p> <p>Таким образом, нынешний уровень кредитных ставок, на мой взгляд, не является завышенным: он соответствует экономическим ожиданиям по инфляции и стоимости фондирования для банков. Другое дело, что средняя кредитная ставка, раскрываемая Центробанком, в большей степени отражает стоимость кредитов для крупного бизнеса, в то время как малому и среднему бизнесу кредиты обходятся дороже.</p> <p>Нужно ли искусственно занижать стоимость кредита для бизнеса? Вернемся к рисунку 1 - за последние годы отрицательные реальные процентные ставки (<nobr>то есть </nobr> кредитная ставка ниже инфляции) отмечались в двух периодах - конец 2007-го - начало 2008 и январь - август 2011 года. Перед кризисом-2008 Минфин стал основным источником дешевых денег для банков, замещая сокращение доступа к внешним рынкам. Одним из результатов такой политики стал ускоренный рост банковского кредитования в условиях нараставшего глобального экономического кризиса. Когда последний добрался до России, кредитный бум предыдущих месяцев сыграл с российской экономикой злую шутку - предприятия потеряли возможность рефинансировать долги, а банки накопили на балансах избыточные кредитные риски, которые реализовались в резком увеличении просроченных и невозвратных кредитов. Таким образом, опыт отрицательных реальных кредитных ставок перед кризисом оказался, скорее, отрицательным.</p> <p>В 2011 году подобная ситуация сложилась <nobr>из-за</nobr> слабого спроса экономики на кредиты, который банки пытались поддержать низкими кредитными ставками. Результатом стало постепенное увеличение спроса на кредитные ресурсы, однако с осени кредитные ставки начали расти - <nobr>из-за</nobr> дефицита ликвидности и повышения стоимости ресурсов для банков. Одновременно резко замедлилась инфляция <nobr>из-за</nobr> высокой статистической базы прошлого года, поэтому реальные кредитные и депозитные ставки вновь стали положительными.</p> <p><nobr>То есть </nobr>, на мой взгляд, стоимость кредита должна <nobr>все-таки</nobr> определяться рынком, регулятору же следует заботиться о финансовой стабильности и не накачивать экономику дешевыми деньгами, если ситуация не является критической.</p> <p>Сказанное не отменяет необходимость механизма обеспечения российского финансового сектора долгосрочными ресурсами, в котором ключевую роль должно взять на себя государство.</p> <p><strong>Рис. 1. Ставка по кредитам предприятиям (номинальная и реальная)</strong></p> <img src="http://www.banki.ru/upload/images/_columnists/3694723/1.gif" /> <p><em>Источник - ЦБ РФ, расчеты ИК «Совлинк»</em></p> <p><strong>Рис. 2. Ставка по кредитам предприятиям, инфляция и ставка рефинансирования</strong></p> <img src="http://www.banki.ru/upload/images/_columnists/3694723/2.gif" /> <p><em>Источник - ЦБ РФ, расчеты ИК «Совлинк»</em></p> <p><strong>Рис 3. Ставка по кредитам предприятиям и срочным депозитам физических лиц</strong></p> <img src="http://www.banki.ru/upload/images/_columnists/3694723/3.gif" /> <p><em>Источник - ЦБ РФ, расчеты ИК «Совлинк»</em></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3693497&r1=rss&r2=news Многих озадачивает нынешняя динамика кредитных и депозитных ставок. В самом деле: почему они растут, не реагируя на стабильную ставку рефинансирования Банка России и низкую инфляцию (индекс потребительских цен вырос за год - с февраля по февраль - на 3,8%)? Колумнисты Fri, 23 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3693497&r1=rss&r2=news <p>Причин несколько. Во-первых, в настоящее время доля кредитов Центробанка и депозитов Минфина в общем объеме привлеченных средств банков составляет около 4%. Это достаточно значимо, но все-таки пока не позволяет говорить о процентной политике ЦБ как о решающем факторе рыночного «ставкообразования».</p> <p>В результате фундаментальные факторы, поддерживающие ставки на их нынешнем уровне, перевешивают. Фундаментальные факторы - это и напряженная ситуация с ликвидностью, и опережение спросом на кредит динамики ресурсной базы банков. В последнем случае речь идет прежде всего о темпах роста срочных депозитов.</p> <p>Во-вторых, фиксируемый сейчас аномально низкий показатель инфляции год к году - это некий статистический фантом. Он вызван тем обстоятельством, что обычный для января скачок регулируемых государством тарифов в нынешнем году по предвыборным соображениям перенесен на лето. Можно не сомневаться, что, после того как этот скачок состоится, инфляция вновь восстановится на уровне не ниже 6% год к году. <br /></p> <p>В-третьих, инфляция на ставки (по крайней мере в России) и вообще-то влияет лишь в среднесрочной перспективе - и через собственно изменение спроса на кредит и предложения депозитов.</p> <p>При этом нужно иметь в виду, что эластичность этого спроса по реальной (с учетом инфляции) ставке довольно ограниченна. Важную роль в изменении его динамики играет потребительский/предпринимательский оптимизм (оценка населением/предприятиями устойчивости потока доходов).</p> <p>И вот здесь есть риск, что нынешний разогрев цен на нефть, вызванный ситуационными факторами (спекуляциями вокруг напряженности с Ираном), может сыграть дурную шутку. В первом полугодии связанный с ним оптимизм будет препятствовать охлаждению кредитного рынка (и одновременно задерживать восстановление динамики депозитов). А затем может наступить охлаждение. Резкое же охлаждение кредитного рынка всегда ведет к ухудшению качества портфеля.</p> <p>Такое ухудшение, в свою очередь, может оказаться небезболезненным. И вот почему. К началу нынешнего года в банковской системе сформировалась довольно значимая «группа риска»: около 100 банков с низким (на грани минимально допустимых 10% норматива Н1) уровнем достаточности капитала, неясными перспективами его повышения за счет прибыли, высокой долей проблемных долгов или рискованных ценных бумаг в портфеле. На эту группу приходится около 20% активов системы, в нее входят пять-шесть банков из числа 30 крупнейших. Общий рост кредитных рисков в экономике может выбить кого-то из них из колеи и запустить «домино» на межбанковском рынке...</p> <p>С этой точки зрения «популистская» процентная политика ЦБ (снижение ставки рефинансирования вслед за формальным снижением инфляции) сейчас принесла бы только вред - разумеется, в той ограниченной мере, в какой она вообще способна повлиять на ситуацию. Такая политика способствовала бы дальнейшему искусственному подогреву спроса на кредит и препятствовала бы восстановлению сбережений. Это снизило бы готовность заемщиков, вкладчиков и банков к возможным во втором полугодии внешним шокам. Как следствие, повысилась бы уязвимость к этим шокам финансового сектора и экономики в целом.</p> <p>Поэтому не стоит сейчас жаловаться на повысившийся уровень ставок по кредитам - им следовало бы быть еще выше... <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3685644&r1=rss&r2=news Спортивные события мирового масштаба заставляют банки прыгать выше головы, чтобы удовлетворить запросы иностранных болельщиков. Но надо ли ждать очередных чемпионатов, чтобы улучшить сервис? Колумнисты Wed, 21 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3685644&r1=rss&r2=news <p>Движение банков навстречу клиенту в странах СНГ уже стало объективной реальностью. В разных регионах это движение приняло очень разный характер: от программ лояльности для потребителей банковских продуктов (как мы видим в Азербайджане или Армении) до максимального упрощения любых взаимодействий с банками (в России). Это движение обостряет конкурентную борьбу, а сравнивать банки и линейки продуктов между собой становится все сложнее.</p> <p>В основе такого движения лежат различные факторы: усложнение конкурентной борьбы, укрупнение банков, повышение важности роли розничных клиентов. Однако попробуем рассмотреть такой неожиданный фактор влияния на данный процесс, как вынужденное следование банками ценностям прогрессивной, но пока чужой им финансовой культуры.</p> <p>Так, например, чемпионат Европы по футболу в 2012 году заставляет украинские банки и торговые сети активно работать в области обслуживания платежных карт, валютных переводов и прочих услуг, кажущихся естественными для европейских гостей. Некоторые банки с 2011 года запустили программы проектов, ориентированные за окупаемость только в течение одного летнего «футбольного» месяца. Впрочем, владельцы гостиниц, судя по ценам на простые двухместные номера, тоже решили окупить существование своего отеля за этот же летний месяц.</p> <p>Возвращаясь к банкирам, отметим, что все более очевидна разница между текущим предложением банковских услуг для розничных клиентов и потребностями европейских гостей. Поэтому банкиры полагают, что без изменения услуг и инфраструктуры европейские гости будут не только недовольны сервисом (городом, страной?!), но и банально не смогут потратить свои деньги.</p> <p>Еще более глобальные задачи будут решать федеральные и региональные банки России во время Олимпиады в Сочи. Удивительно, что благоустройство территории, создание минимальных удобств для людей с ограниченными возможностями и распространение POS-терминалов в Сочи проводятся вместе и связаны только с Олимпиадой в 2014 году. Тем более вызывает улыбку тот факт, что часть POS-терминалов распространяется на правах аренды на 6-12 месяцев и будет вывезена из торговых точек после завершения Олимпиады и Параолимпиады. Между тем в столицах предыдущих зимних Олимпиад - Ванкувере и Солт-Лейк-Сити - количество безналичных сделок близко к 90%.</p> <p>Другой вариант изменять свои услуги под потребности культуры, чьи ценности пока не очень понятны, - это копирование схем работы иностранных банков или следование модным трендам. Это понятный способ найти новую нишу на рынке финансовых услуг, а значит - найти клиентов, чьи потребности не удовлетворены текущими продуктами и услугами. Банкиры понимают, что бизнес успешен тогда, когда вы в той или иной степени близки к ценностям вашего клиента. Вот новые финансовые стартапы (в т. ч. небанковские) и ищут эти обновляющиеся ценности: копируют модели работы банков без отделений, исследуют пути краудсорсинга, интегрируют свои услуги в пакеты с небанковскими игроками, создают приложения для модных мобильных платформ.</p> <p>С течением времени (иногда очень большого) банкиры таких современных кредитных учреждений сами начинают разделять новые ценности, а значит, их продукты и услуги органично впишутся в жизнь целевой аудитории клиентов.</p> <p>В завершение отмечу, что развиваемые финансовые услуги более чем востребованы в любом крупном российском городе и без знаменательного спортивного события. Да, есть определенная специфика в проектной подготовке банковского сектора к мероприятиям масштабов Олимпиады, но большинство выполняемых действий направлено на создание удобной и современной финансовой инфраструктуры.</p> <p>Финансовое окружение, которым пользуются жители США или Европы, все более привычно для жителей крупных российских городов, а значит - для того чтобы создавать новые и новые конкурентные преимущества для своего бизнеса, не нужно ждать футбольный чемпионат мира в 2018 году.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3677099&r1=rss&r2=news «Сенсационное» открытое письмо уволившегося инвестбанкира в New York Times вызвало бурю в западной прессе - десятки статей и тысячи комментариев читателей. Но люди, знакомые с кухней финансового бизнеса, смотрят на эту бурю с недоумением. Колумнисты Fri, 16 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3677099&r1=rss&r2=news <p>Бывший сотрудник легендарного инвестбанка Goldman Sachs Грег Смит опубликовал в рубрике «Мнение» газеты New York Times колонку о том, почему он ушел из этого банка. Особо интересующиеся могут прочитать <a href="http://superinvestor.ru/archives/7770" >полный текст</a> в переводе на русский. Если же коротко, то основная мысль колонки заключается в том, что «нынче Goldman - не то, что давеча»: клиент воспринимается сотрудниками как помесь дойной коровы и тупого хомячка; продвижение по службе в банке зависит не от интеллекта или установления долгосрочных отношений с клиентами, а от количества заработанных любыми законными способами денег; старожилы обучают младший персонал плохому, а значит, аморальные бизнес-практики будут реплицироваться и в будущем. При этом Грег отмечает, что когда он пришел в Goldman 12 лет назад, такого не было, и изменение корпоративной культуры - дело рук нынешних топов компании Ллойда Бланкфейна и Гэри Кона.</p> <p>История, на самом деле, совершенно обычная. Примерно о том же (хоть и не так драматично) за пару дней до Смита <a href="http://habrahabr.ru/post/140070/" >написал</a> Джеймс Уиттакер - бывший топ-менеджер Google. Мол, «корпорация добра» и «рай для инженеров» превратились в бюрократизированную баблорубку, излишне глубоко влезающую в частную жизнь миллионов людей. Сам я точно так же как раз примерно 12 лет назад (когда Грег пришел в GS) уходил из «Комсомольской правды» - после того как понял, что мне стало стыдно говорить, где я работаю.</p> <p>Множество подобных историй происходит каждый день, каждый месяц и каждый год. Люди уходят из разных компаний, понимая, что ценности этих компаний принципиально отличаются от ценностей самих этих людей. Не все имеют возможность написать о своих переживаниях в NYTimes; более того, не все даже в частных беседах признаются в причинах, побудивших их искать новую работу.</p> <p>Однако пример с Грегом Смитом интересен больше, чем множество подобных историй. Дело в том, что в финансовом мире Goldman Sachs уже очень давно воспринимается как «абсолютное зло». За компанией тянется гигантский шлейф скандалов, подозрений, судов и разбирательств на уровне американского парламента. Если начать раскапывать почти любую крупную пакость, на которой можно было сделать деньги, почти наверняка <nobr>где-то</nobr> в глубине окажутся сотрудники GS.</p> <p>Кто заботливо помогал Греции влезть в долговую петлю, скрывая уже имеющиеся обязательства? Кто стоит за созданием одного из самых перспективных рынков будущего - рынка квот на выбросы CO2, возникшего на фоне антинаучной истерии? Кто настолько успешно впарил клиентам свои токсичные ипотечные бумаги незадолго до кризиса, что с минимальными проблемами прошел через биржевой крах? Кто купил целый танкерный флот, чтобы в 2008-2009 годах хранить в нем нефть, не выпуская ее на рынок, пока цена не вырастет до запредельной? В разной степени в эти и другие истории были втянуты и Morgan Stanley, и Citi, и другие, но чаще всего и активнее всего в них участвовал Goldman Sachs.</p> <p>Впрочем, GS - лишь воплощение духа Уолл-стрит, лидер инвестбанковского мира и главная мишень для противников современной финансовой системы. Все остальные «жители» этой улицы отличаются от Голдманов лишь масштабом деятельности и уровнем профессионализма (в их понимании этого слова). В этом море нет окуней или дельфинов, здесь все - акулы, готовые сожрать все, что движется и представляется относительно слабым. А Goldman Sachs - лишь самая умная, сильная и свирепая акула на данный момент.</p> <p>Кроме того, говорить, что десяток лет назад GS был белым и пушистым, а потом испортился, несколько наивно. Инвестбанковский мир никогда не отличался монашеской моралью. Достаточно вспомнить Майкла Льюиса с его «Покером лжецов», описывающим нравы инвестбанка Salomon Bros конца 1980-х годов. Уже тогда впаривание клиентам «токсичного» мусора (ненужных фирме потенциально убыточных ценных бумаг, от которых она стремится избавиться), продвижение по службе тех, кто приносит больше денег компании, и циничное отношение к клиентам было нормой для Уолл-стрит. Выражение blowing up a customer («надуть клиента», то есть агрессивно продать ему «плохие» бумаги, сняв их с баланса фирмы) родилось не в 2000-е, его активно использовал тот же Майкл Льюис.</p> <p>И, кстати, не стоит думать, что подобный цинизм - черта только американских банков. «Закрываться об клиента» и «стричь лохов» умеют и в России, в том числе в самых «солидных» и известных конторах. Вряд ли ошибусь, если скажу, что большинство ПИФов, особенно ОФБУ, созданных при крупных инвесткомпаниях и банках, нужны только для того, чтобы в ответственный момент слить в них ненужные самой компании бумаги по приятной цене.</p> <p>Описанные Грегом Смитом «ужасы» Уолл-стрит - это не возникшая совсем недавно искривленная аморальная практика, а совершенно обычная ежедневная рутинная работа, продолжающаяся десятилетиями и поколениями сотрудников инвестбанков по всему миру. Почему же подобный стиль ведения бизнеса все еще приносит прибыль, хотя, как пишет Смит, он должен привести к потере клиентов? Почему же клиенты не бегут как можно дальше от подобных «советников» и «управляющих»?</p> <p>Есть несколько ответов на этот вопрос. Во-первых, при всей жесткости и циничности отношения финансистов к клиентам, благоприятные внешние условия могут создать иллюзию успешной работы. На растущем рынке прибыли хватает на всех. Истина же становится понятной только во время кризиса, когда банки «потрошат» клиентов, чтобы за их счет остаться на плаву.</p> <p>Во-вторых, финансистам выгодно сначала создать у клиента иллюзию успеха, чтобы он принес в банк не малую часть своих средств (помня о диверсификации), а все, что может достать. Вот <nobr>тут-то</nobr> бычка и режут. Учитывая, что процесс вытягивания капитала у жертвы может длиться месяцами, а то и годами, а экспроприация происходит быстро, в любой момент времени на одного только что «заколотого» бычка приходится несколько пока еще довольных - тех, кого откармливают. Поэтому кажется, что крах - это случайность, а успех - закономерность.</p> <p>В-третьих, в крупных инвестбанках на самом деле работают суперпрофессионалы. Но не управляющие активами, а продавцы услуг и маркетологи. Каждые несколько лет на рынке возникает новый «самый выгодный» инструмент, который на этот раз уж точно принесет потрясающую прибыль вкладчикам. Мусорные облигации, акции доткомов, CDO, альтернативные ETF и т. д. А люди очень любят верить в то, что «на этот раз все будет иначе», и что они, конечно же, умнее тех неудачников, что вкладывались в инструменты, бывшие в моде пять лет назад. Или десять лет назад. Или пятнадцать. В общем, умнее.</p> <p>Наконец, многие клиенты инвестбанков не обладают специфичными знаниями о фондовом рынке, его истории и обычаях, зато имеют самомнение и самоуверенность размером с Эмпайр Стейт Билдинг. Ведь они смогли заработать миллионы в своем бизнесе (инвестбанки практически не работают с мелкими вкладчиками), а значит, с легкостью разберутся в том, что им предлагают ребята из Goldman или Morgan. А те, конечно, поддерживают и одобряют такой подход.</p> <p>На мой взгляд, в описанной Грегом Смитом реальности нет ничего драматичного. Это совершенно обычный процесс перетока денег из одних карманов в другие. Процесс циничный, крайне неприятный, дурно пахнущий и часто абсолютно аморальный. Но если ты заключаешь сделку, то ты должен понимать, что с другой стороны стола сидит человек, который хочет максимизировать свою прибыль, а не твою. Наиболее безопасное поведение в такой ситуации - исходить из предположения, что вторая сторона сделает все, чтобы присвоить твои деньги. А значит, следует либо просто не заключать эту сделку и заниматься своим делом, либо быть максимально бдительным и при малейших признаках проблем забирать деньги. Даже если клерк из инвестбанка рыдает на коленях, говоря, что его <nobr>из-за</nobr> этого уволят, а малые дети останутся голодными без миллионного бонуса.</p> <p>Не надо жалеть инвестбанкира. В случае чего он вас не пожалеет. This is business not personal, Sonny.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3665622&r1=rss&r2=news Пока банкиры маленькие, они, как все обычные люди, пугливы, вздорны и жадны. А когда взрослеют, у них остается только жадность. Эти слова я услышал не так давно от сотрудника Банка России и задумался. Колумнисты Mon, 12 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3665622&r1=rss&r2=news <p>А вот год назад мог такой феерический афоризм прозвучать? А пять, десять лет назад? <br /></p> <p>У меня есть ощущение, и я даже не против, если вы его опровергнете. Мне чуется, что частные банки, то есть кредитные учреждения без госучастия, чем дальше, тем больше у нашего регулятора не в чести. То ли проблем с ними много - эвона какие силы нужно отвлекать на надзор. То ли само их существование - уже есть оскорбление натуре и правильному ходу вещей.</p> <p>Ну в самом деле. Здесь госкорпорации, там госкорпорации. Государство берет под крыло судостроителей, авиапром и вас, производителей доступных и комфортных желудку овощей. Раны, нанесенные лихими 90-ми, бережно зализываются шершавым языком бюджета. Чиновники покидают кабинеты и идут по заводским корпусам, сокрушенно кивая головами, как наркомы в известной картине «Сталинградский тракторный после налета немецкой авиации». Сколько украдено, разрушено, сколько предстоит воссоздать! Новую генерацию директорского корпуса неспешно готовят к выходу на мировой рынок. Чтобы не обидели их там китайские и немецкие конкуренты. Опекают и потребителя - ты вражеские мандарины не ешь, на машинах, не в России собранных, не катайся. В общем, патернализм и благодать. <br /></p> <p>А тут - какие-то нахалы. «Ноу, - говорят, - хау. Сами справляемся. Не мешайте только». Что есть, конечно, подрыв устоев и форменная дерзость. С барской-то ладони да не откушать? Из рук регулятора да инсигний не принять?</p> <p>Конечно, тщетно было бы ждать от государевых людей прямых заявлений на этот счет. Разве что афоризм вырвется вроде процитированного. Однако же потаенное все-таки прорывается на свет - в дискуссии о «мотивированном (профессиональном) суждении». Если очистить ее от терминов и ритуальных заклинаний, она вот о чем.</p> <p>Приходит регулятор к банкиру. В тужурке киношного Жеглова. И с порога понимает: перед ним очевидный вор. А не возьмешь, верткий, гад. Недаром обложился юристами. Под диваном Жеглов посмотрел. В шкафу. Нет, замел следы, вражина. А глаза-то бегают. И с этим офтальмологическим фактом надо <nobr>что-то</nobr> делать. По буржуйским-то законам оно, понятно, не подкопаешься. Но в наше время - особое, революционное - есть закон, который выше закона писаного. Закон чутья.</p> <p>«Ну что, соколик, - говорит наконец наш Жеглов. - Вижу, спрятал ты свои фиктивные активы хорошо. И фальшивых ценных бумаг у тебя вроде не видать. И с отмыванием все чисто. И мамочки у тебя в зарубежах нет. Ну и как нам быть? Сам расколешься или помочь? Ибо вот тебе мое суждение: аспид ты окаянный».</p> <p>Люди, знающие наши свычаи и обычаи по газетам и журналам, пожалуй, что упрекнут меня - утрирую, краски сгущаю. А народ практикующий, предвижу, грустно покачает головой, да и поддержит. Вот на днях в один небольшой банк пришла налоговая, так и так, говорят, на подведомственной нам территории с планом швах, ваш вклад в общее дело нам видится в размере 10 миллионов. И у вас таки есть выбор: или мы найдем какие-нибудь нарушения, да и оштрафуем, или сами покажете. Это хорошо, когда выбор есть, должен быть выбор.</p> <p>Не питаю никаких иллюзий касательно нашего банковского сообщества. Да, нарушают. Да, отмывают и выводят. Но, во-первых, не вижу разницы между менеджерами госбанков и комбанков. А во-вторых, если так пойдет дальше, не увижу уже и банковского сообщества. Возьмите любой банковский рейтинг лет за десять. И посмотрите, как откатываются назад комбанки. И как растут госбанки, карабкаются по ступенькам вверх. <br /></p> <p>Чрезвычайность мер, конечно, можно оправдать чрезвычайностью ситуации. Но «алярмизм» проистекает единственно от того, что государство возомнило себя хозяином всей экономики. И ему нужны послушные, как пальцы собственной руки, кредитные учреждения. Ипотека под 1% для учителей сельских школ? Кредиты без залога для делегатов Селигера? Финансирование дороги Заморочинск - Вертухайск, которую пообещали перед выборами? Эти и другие упражнения должны исполняться весело и споро. Государству, которое исповедует дирижизм и под управлением понимает распределение, не нужны банки, живущие в парадигме «у нас есть собственные бизнес-интересы». Общественное благо выше личного, как говорил... э, ну неважно.</p> <p>Где-нибудь в ветхозаветной Европе мотивированное суждение, наверное, в самом деле облегчает работу регулятора - в тех редчайших случаях, когда откровенные воры филигранно прячут концы в воду. У нас это станет механизмом расправы с остатками рыночной банковской системы. Нет, уж лучше lex. Он у нас, конечно, dura, но таки lex, а не usus и прочие фантомы сумеречного сознания бывших работников Госплана. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3650049&r1=rss&r2=news Кто больше выиграет от принятия нового закона о коллекторской деятельности - банки, сами коллекторы или должники? Колумнисты Thu, 08 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3650049&r1=rss&r2=news <p>Необходимость принятия закона о коллекторской деятельности обсуждается уже много лет. И вот, наконец, нам обещают, что проект внесут в правительство в марте, а Госдума рассмотрит его в первом чтении уже весной.</p> <p>Мнения о проекте закона высказываются противоположные. Крупные коллекторские агентства настаивают на необходимости узаконить стихийно сложившийся порядок работы коллекторов. А Роспотребнадзор в лице недремлющего Геннадия Онищенко неоднократно заявлял о ненужности самого существования коллекторских организаций в России. Сейчас деятельность коллекторов отдельным законодательством не регулируется. Организации, контролирующей их работу, нет.</p> <p>Неоднократно подвергались сомнению законность, к примеру, передачи банками коллекторам сведений о нерадивых заемщиках, составляющих банковскую тайну. Немало вопросов вызывает использование рядом коллекторов в работе, непонятно каким образом полученных баз данных госорганов и сведений о кредитной истории должников.</p> <p>В новом законе планируется упорядочить передачу коллекторам сведений о должнике и предоставить им возможность запрашивать в госорганах и кредитных бюро информацию о заемщике. Зато коллекторам запретят звонить своим жертвам... простите - клиентам по ночам, а также чаще 3 раз в сутки.</p> <p>Большим достижением авторы закона считают запрещение использования незаконных методов взыскания (вдумайтесь в эту фразу). Впрочем, от действий «черных» коллекторов никакой отдельный закон должников не спасет.</p> <p>При этом регулироваться рынок взыскания задолженности будет саморегулируемыми организациями. Коллекторы будут регулировать свою деятельность сами, очищая свои ряды от коллег, особенно «прославившихся» нарушением прав россиян.</p> <p>Тема для спора, безусловно, есть. Ведь за время протекания острой фазы последнего кризиса объемы бизнеса коллекторов небывало выросли и, по оценкам экспертов, превысили в 2011 году 200 млрд рублей. Число же самих коллекторских организаций в России приближается к тысяче.</p> <p>Определить точный масштаб этого бизнеса непросто. Ведь выбиванием долгов из нерадивых заемщиков заняты самые разные организации - от крупных коллекторских агентств, старающихся держать своих сотрудников в рамках закона, до приснопамятных бритоголовых бригад, не утруждающих себя подобными предрассудками.</p> <p>За быстрый рост бизнеса коллекторы должны благодарить наши банки. Выдавая в период «кредитного бума» потребкредиты, автокредиты и даже ипотечные кредиты без должного предварительного анализа, те не только получили клиентскую базу добросовестных заемщиков, но и фактически своими руками породили армию неплательщиков. Что неудивительно, учитывая невысокую финансовую грамотность среднего россиянина.</p> <p>Впрочем, значительную часть задолженности, которую пытаются взыскать коллекторы, составляют штрафы за просрочку, доходящие до нескольких сот процентов годовых. Это вызвано тем, что к коллекторам чаще всего попадают долги с большим - 1-2 года - сроком просрочки, а банки в договорах частенько предусматривают штрафные санкции, доходящие до 1% в день. В судах правомерность таких драконовских штрафов банку или коллектору доказать весьма непросто.</p> <p>Кто больше выиграет от принятия закона - банки, их должники или коллекторы? Настораживает, что в подготовке проекта коллекторы принимали самое деятельное участие. Но, не видя окончательной редакции закона, судить о его достоинствах и недостатках непросто. Мы уже не раз наблюдали, как неузнаваемо меняются законы в процессе их прохождения по инстанциям.</p> <p>Но перспективы рынка долгов, конечно, впечатляют. Ведь пока около 80% просрочки, с которой работают коллекторы, - это долги банкам. Но растет и задолженность граждан телекоммуникационным компаниям (вспомните скандалы минувшего года о фантастических суммах задолженности за интернет-трафик за рубежом), задолженность перед страховщиками, а также долги населения за постоянно дорожающие услуги ЖКХ.</p> <p>Сейчас банки возобновили розничное кредитование практически в докризисном объеме. А некоторые даже запустили «кредитные фабрики», побочным продуктом которых будут, как обычно, «плохие» долги. Коллекторы, потирая руки, ждут новой волны кризиса. Только бизнес, ничего личного.</p> <p>Я же вижу выход из «долгового тупика» не столько в законодательном регулировании коллекторов, сколько в повышении финансовой и юридической грамотности россиян.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3650016&r1=rss&r2=news Влияние Министерства финансов РФ на банковскую ликвидность определяется отнюдь не только профицитом или дефицитом бюджета. Нужно помнить еще о внутренних заимствованиях и размещении средств на депозитах Минфина. Если обобщить, то получится, что он не так... Колумнисты Tue, 06 Mar 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3650016&r1=rss&r2=news <p>В <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3568337" target="_blank" >одной из статей</a> на Банки.ру я рассматривала сжатие ликвидности через призму банковского сектора, в результате чего разгорелась гораздо более широкая дискуссия по поводу причин этого сжатия. Как справедливо отметил в своей колонке Максим Осадчий, есть микро- и макроуровни данного процесса и не стоит их смешивать. Свое мнение по микрофакторам я уже изложила и, поскольку и в <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3365139" target="_blank" >моих предыдущих статьях</a>, и в материалах Олега Акимова политика Минфина упоминается в качестве макрофактора сжатия ликвидности, хотела бы предложить более подробно взглянуть на действия правительства. Это совершенно необходимо, потому что за последний год Минфин воздействует на экономику через разнонаправленные инструменты и финальный эффект не всегда можно верно просчитать. <br /></p> <p>Базовой компонентой влияния на банковскую ликвидность является, безусловно, баланс федерального бюджета - так сказать, видимая часть айсберга. Бюджетный дефицит означает, что правительство увеличивает ликвидность, а профицит - что изымает ее. Взгляд только на этот показатель действительно может дать некое общее представление о роли правительства в формировании денежного предложения и, соответственно, ликвидности. К примеру, фактор конца года, то есть значительных расходов в декабре, работает всегда: в декабре правительство вливает в экономику значительные средства и тем самым, как правило, обеспечивает банкам спокойное начало года. В декабре 2011-го оно профинансировало 2 трлн расходов, что привело к дефициту в размере 1 трлн рублей.</p> <p>Но первая проблема заключается в том, что больше всего информации мы получаем по состоянию федерального бюджета, а на его долю приходится лишь часть бюджетных потоков в стране - есть еще бюджеты регионов и внебюджетных фондов. В последние годы исполнение консолидированного бюджета было существенно жестче по сравнению с федеральным, то есть регионам приходилось экономить. Наглядный пример - в прошлом году профицит консолидированного бюджета почти в два раза превысил баланс федерального и составил 850 млрд рублей (см. таблицу ниже). Судя по опыту прошлых лет, можно предположить, что даже в этом году дефицит федбюджета в размере 125 млрд в январе-феврале не гарантирует, что на консолидированном уровне бюджет не был профицитным.</p> <p>Второе наблюдение заключается в том, что одновременно с накоплением профицита государство стало активно накапливать внутренний долг, конкурируя с частным сектором. Чистое увеличение долга в условиях профицитного бюджета также стало механизмом стерилизации ликвидности и направляется на счета Министерства финансов в ЦБ РФ. В 2011 году Минфин привлек с рынка 790 млрд рублей, причем наиболее активно заимствования шли в летние месяцы, создав предпосылку для роста межбанковских ставок. После паузы во втором полугодии с начала этого года улучшение ситуации с ликвидностью позволило Минфину активизироваться на долговом рынке, и в его планах стоит привлечение с внутреннего рынка до 1,5 трлн рублей в 2012 году.</p> <p>В-третьих, в последнее время существенно выросла значимость управления ликвидностью со стороны Минфина. Размещая свободные бюджетные средства на банковских депозитах, он выполняет несвойственную ему функцию управления предложением денег, фактически «конкурируя» с Центральным банком. Это дополнительно усложняет восприятие бюджетной политики как фактора ликвидности денежных рынков. Например, из таблицы видно, что декабрьский дефицит бюджета был в значительной степени нейтрализован изъятием депозитов Минфина из банковского сектора. <br /></p> <br /><div> <div> <div> <div class="tabData"> <table class="tabData" cellSpacing="0" cellPadding="0"> <tbody> <tr> <td width="636" valign="bottom" nowrap="" colspan="4"> <p align="center"><strong> Изъятие (+) / предоставление (-) ликвидности Минфином через...</strong></p> </td> <td width="184" rowspan="2"> <p align="center"><strong>Чистое изъятие(+) / предоставление(-) ликвидности</strong></p> </td> </tr> <tr> <td> <br /></td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>...профицит консолидированного бюджета</strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>...привлечение внутреннего долга </strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>... размещение депозитов в банковском секторе</strong></p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">янв.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">469</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-4</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">140</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">605</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">фев.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-13</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">148</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-137</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-2</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">мар.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">361</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">141</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-258</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">244</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">апр.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">355</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">72</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-49</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">378</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">май.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">271</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">114</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-175</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">210</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">июн.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">303</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">193</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-234</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">262</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">июл.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">338</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">108</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-53</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">393</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">авг.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">273</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">10</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-204</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">79</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">сен.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">69</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">4*</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-367</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-294*</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">окт.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">274</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">10</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">103</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">387</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">ноя.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-59</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-15</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">158</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">84</p> </td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right">дек.11</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-1 791</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">9</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">624</p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center">-1159</p> </td> </tr> <tr> <td> <br /></td> <td> <br /></td> <td> <br /></td> <td> <br /></td> <td> <br /></td> </tr> <tr> <td width="85" valign="bottom" nowrap=""> <p align="right"><strong>2011</strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>850</strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>790*</strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>-453</strong></p> </td> <td width="184" valign="bottom"> <p align="center"><strong>1187*</strong></p> </td> </tr> </tbody> </table> </div> </div> </div> </div> <p> </p> <p><em>* - не включает в себя </em><em>non</em><em>-</em><em>cash</em><em> размещение ОФЗ на 295 млрд рублей в рамках поддержки Банка Москвы</em> <br /></p> <p>Многоликость проявлений Минфина рождает много мифов: банкирам кажется, что он поддерживает ликвидность, так как они в большей степени видят приход средств по его депозитам, инвесторы на долговом рынке считают, что Министерство финансов, наоборот, активно связывает ликвидность через долговое привлечение. Однако суммарно эти три показателя рисуют несколько иную картину событий 2011 года. Минфин среагировал на европейский банковский кризис в сентябре, но затем до декабря никакой поддержки от него денежный рынок не видел, так как и в октябре, и в ноябре его действия приводили к дополнительному сжатию ликвидности. В декабре правительство, правда, как всегда, профинансировало свои расходы, и даже с учетом погашений депозитов это дало финансовому сектору около 1,2 трлн рублей, но, как мы знаем, не привело к какому-либо снижению процентных ставок на межбанковском рынке. И, на мой взгляд, главная причина этого как раз в том, что у ряда банков был накоплен структурный дефицит ликвидности, на ликвидацию которого потребовалось время. Ведь если бы этого не было, то ставки межбанковского рынка упали бы до 4% еще в январе. </p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3633732&r1=rss&r2=news Главная угроза для руководства банка - не действия регулятора, кризис ликвидности и прочая волатильность. Собственные сотрудники - вот перший враг. Колумнисты Wed, 29 Feb 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3633732&r1=rss&r2=news <p>Вы можете ловко, как игрок в Doom, отражать конкурентов, фонтанировать креативом и блистать остроумными стратегическими ходами. Но если ваши сотрудники вас подводят, то вы не банкир, а медь звенящая. <br /></p> <p>Скажем, <a href="http://www.banki.ru/banks/bank" target="_blank" >Сбербанк</a> сейчас активно рекламирует онлайн-банкинг, и сервис при ближайшем рассмотрении в самом деле неплохой. Видна серьезная работа дрессировщиков, обучивших слона достаточно прецизионным движениям. Рекламный ролик, сказать по правде, так себе, в стиле «кабачок на левом берегу Дона» - шумно и «бохато», однако же для людей, которые принимают решения исходя из телерекламы и кроме Сбербанка других банков не знают, самое то. Проблема в том, что рядовые операционисты сводят усилия рекламщиков и дрессировщиков к пшику.</p> <p>Лично я бился за право не стоять в знаменитых «сберовских» очередях почти месяц. Просто было на бумаге: суешь карту в банкомат, получаешь код, активируешь на сайте. Но оказалось, что некоторые платежи сделать невозможно. Звоним в службу поддержки, обещают перезвонить, не перезванивают. Идем в отделение, там выясняется: проблема в том, что карта оформлена на старый паспорт.</p> <p>- Вы зачем паспорт меняли? - вопрос операциониста свалил с ног.</p> <p>Ну, вроде сделали все. Однако же не работает. В ближайшем отделении разговаривать теперь не хотят: дескать, карта оформлялась в другом отделении. В службе поддержки при этом уверяют - география неважна, Сбербанк разрушает границы и стирает расстояния. После третьего визита в отделение и получасового разговора старший операционист наконец-то просто входит в базу и меняет паспортные данные за несколько секунд. Оказывается, проблема не стоила выеденного яйца.</p> <p>В случае со Сбербанком налицо беды от недостаточной сметки персонала. Альфа-Банк страдает, напротив, от излишнего усердия оного. Мой знакомый завел зарплатную карту и был удивлен, что для ее активации нужно позвонить в банк, хотя в бухгалтерии ему уже выдали конверт с ПИН-кодом. После разговора с менеджером новоиспеченному клиенту показалось, что «активация» задумана только ради того, чтобы побудить подключиться к сервису СМС-оповещений - разговор свелся к уговорам, как это круто. На всякий случай отказавшись (так уж научен наш человек - не верит в хорошее), приятель побрел в банкомат окешиться и тут перепугался не на шутку. Банкомат осведомился: «А что это вы СМС-оповещениями не пользуетесь?» Чтобы получить деньги, пришлось кликнуть по унизительной строчке «Да, я отказываюсь от пользования удобным сервисом».</p> <p>- Известный и уважаемый банк выглядит как побирушка, которая охотится за двумя баксами в месяц, и это совсем не «гут», - сформулировал приятель.</p> <p>Не буду телепатом, если предположу, что история выглядела так. Высшее руководство банка выразило пожелание - «продвигать новый сервис». Как безусловно прогрессивный. Рядовые взяли под козырек, да так, чтобы клиент чучелом или тушкой, но акцептовался. Топ-менеджер не будет смотреть, как выглядит интерфейс банкомата, и не станет вникать в тактику разговора операциониста с клиентом. Это - задачи менеджеров среднего и низшего звена. А им просто в голову не пришло, что они своему банку вредят.</p> <p>Прослушав эту историю, вспомнил, как несколько лет назад в одном из отделений Райффайзенбанка работала девушка. Она кидалась на входящих со словами: «А вот подойдите ко мне», и, поскольку в руках у нее наблюдались какие-то папки, ее принимали за продавца пищевых добавок. Хотя эта бедолага из города Иваново всего лишь помогала клиентам сориентироваться. Ну, переборщила - и с косметикой, и с «волком-смайл». Хотела же как лучше. Наблюдал за ней несколько месяцев: пообтесалась, разучила скользящую московскую походку, приобрела должную коренной столичной жительнице бледность лица.</p> <p>Но не всегда наука так быстро идет впрок. Моcоблбанк давно жаждет тесного контакта с частным клиентом. Решил и я забежать - сделать перевод Contact. Думал, что «забежать», потому что в Международном Банке Азербайджана, где я делал «контакты» прежде, процедура занимала минут пять. Рука, видать, набита. Но быстро не получилось, хотя я явился в банк с заполненным бланком. Менеджер долго изучал его, потом ксерокопировал паспорт, затем показывал результаты трудов старшему менеджеру, послал меня в кассу, привлек к себе после кассы... В этот момент я заметил рекламу на стене: «1,5 часа в очереди или 15 рублей в месяц?». Плакат рекламировал услугу доверительного платежа. Наверное, странно, когда банк сам, за свои деньги объявляет миру: «У меня тут очереди по полтора часа». Но честность, я считаю, дорогого стоит. Вот, скажем, реклама «Элитная стоматология в Проектируемом проезде. Спроектировал челюсть? Проезжай!» вызывает много вопросов. А «Делаем хреново, но дешево» - уже не так много.</p> <p>Если вы нанимаете на работу свежего хипстера али метросексуала и верите, что, раз у него в ушах наушники, он разделяет ценности капитализма, подумайте о том, что у его мамы по-прежнему горка хрусталя в «зале». А бабушка, небось, на прялке пряла при лучине. Россия - очень молодая страна. И буржуазные ценности, вроде «нечего тут творчество разводить - как сказано, так и исполняй», у нас приживаются с трудом. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3630083&r1=rss&r2=news Взгляд аналитика на события в финансовой сфере не должен ограничиваться узкими рамками промежутка времени, в котором эти события происходили. Для понимания причин возникших проблем необходимо расширить временной горизонт. Колумнисты Mon, 27 Feb 2012 21:30:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3630083&r1=rss&r2=news <p>Максим Осадчий <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3623265" >продолжил</a> дискуссию о дефиците ликвидности, дополнив ее рядом наблюдений. Однако он, как и многие другие наблюдатели, весьма упрощенно списал дефицит в прошлом году на отток капитала. «По моему мнению, причина дефицита ликвидности 2011 года была ровно той же, что и у кризиса ликвидности 2008-го... Начался стремительный отток капитала из России. За сентябрь - декабрь он достиг 51,6 млрд долларов. Инвесторы продавали российские ценные бумаги, скупали валюту и выводили деньги из «тихой гавани» за рубеж в первую очередь для покупки американских казначейских обязательств», - писал Осадчий.</p> <p>Безусловно, нельзя не отметить роль оттока капитала в сокращении ликвидности банковского сектора 2011 года, но не стоит списывать проблемы ликвидности исключительно на осеннее обострение. Об этом факте говорилось и в моей предыдущей колонке. Избыточная ликвидность исчезла из банковской системы значительно раньше этих событий. Так, денежная база без учета наличных денег на 1 января 2011 года составляла 2 405 млрд рублей, а уже на 1 августа - 1 231 млрд. Грубо говоря, двукратное сжатие тех денег, которыми распоряжаются банки, произошло еще до событий, описанных в колонке Максима Осадчего как кризис оттока капитала.</p> <p>Почему это случилось? Как я и написал в колонке, правительство накапливало средства на счетах в Банке России, изымая их у банков. А тот, в свою очередь, докупал валюту в недостаточных количествах, чтобы компенсировать отбор средств Минфином. Как раз это и привело к исчезновению избыточной ликвидности, о чем написала и Наталия Орлова. Однако она отнесла этот факт к агрессивной политике госбанков на кредитном рынке. Сама же автор в последующей <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3598640" >колонке</a> признала главную причину напряженности с ликвидностью: «Главную причину такой напряженности в последние несколько месяцев опять-таки следует искать в политике Министерства финансов».</p> <p>Стратегия, которой с начала 2011 года придерживались Минфин и ЦБ РФ, в международной практике называется exit strategy: денежные регуляторы ужесточают денежную политику, изымая избыточные резервы у банков по мере восстановления экономики. И тут не следует впрямую искать заговор Госдепа, хотя МВФ и давал свои рекомендации.</p> <p>Осенью (действительно, <nobr>из-за</nobr> оттока капитала) стратегию пришлось изменить. Банк России начал продавать валюту, стерилизуя денежную базу еще больше, однако в то же время компенсировал эту стерилизацию операциями РЕПО. Это не противоречит написанному мною ранее.</p> <p>Вначале ЦБ и Минфин в течение первой половины 2011 года ужесточали денежную политику, что с временными лагами при трансмиссии денежных сигналов и дало результат дефицита ликвидности осенью, усугубленный, безусловно, оттоком капитала. В этой связи дифирамбы Максима Осадчего в адрес регуляторов («именно действия ЦБ и Минфина предотвратили кризис ликвидности») выглядят несколько странно. Вначале проблема умышленно или неумышленно ими создавалась, а потом под аплодисменты решалась. Интересно, что данный тезис о спасателях-регуляторах, собственно, противоречит самой позиции Наталии Орловой, согласно которой причина напряженности - в политике Минфина.</p> <p>Поэтому я остаюсь при своем особом мнении: активность госбанков на кредитном рынке не сыграла существенной роли в дефиците ликвидности. К дефициту привели действия по ужесточению денежной политики ЦБ и Минфина с начала 2011 года, усугубленные оттоком капитала осенью 2011-го.</p> <p>Внимательно прочитав аргументы Осадчего, я понял, что они либо не противоречат написанному мною (М. О.: «Скупая рубли, регулятор снижал ликвидность на финансовом рынке. Происходила шоковая стерилизация денежной массы»), либо базируются на неверной интерпретации моих выводов и ряда понятий, как в случае с определением ликвидности (М. О.: «Акимов смешивает понятия: Орлова пишет о ликвидности в банковской системе, а он - о ликвидности в экономике в целом»). Привожу свою же дословную цитату из колонки: «Ликвидность, в том числе и избыточная (если понимать под ликвидностью средства, которые банки в той или иной форме держат в ЦБ, или рублевые денежные средства в кассах КБ)».</p> <p>Соглашусь с тем, что Банку России, возможно, действительно стоит подумать о предоставлении валютных кредитов и тем более равномерно «вливать ликвидность».</p> <p>И наконец, самое важное. Для анализа проблемы дефицита ликвидности, как, впрочем, и любой другой экономической проблемы, стоит брать более широкий временной интервал и смотреть, что было до того, а не ограничиваться коротким отрезком времени.</p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3623265&r1=rss&r2=news Между колумнистами на Банки.ру развернулась заочная дискуссия по поводу причин дефицита ликвидности. Колумнисты Fri, 24 Feb 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3623265&r1=rss&r2=news <p>Наталия Орлова <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3598640" target="_blank" >в своей колонке</a> объясняет его жадностью госбанков, тогда как Олег Акимов <a href="http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3609002" target="_blank" >считает</a>, что «дефицит ликвидности - это не просто досадная случайность и не последствие агрессивного кредитования госбанками экономики, а результат скоординированных действий органов денежного регулирования: Банка России и Минфина». Прямо заговор какой-то, осталось найти еще для полноты коллекции следы Госдепа и вездесущих масонов... <br /></p> <p>По моему мнению, причина дефицита ликвидности 2011 года была ровно той же, что и у кризиса ликвидности 2008-го: для российских предприятий и банков в августе-сентябре прошлого года закрылись иностранные рынки капитала, и начался стремительный отток капитала из России. За сентябрь - декабрь он достиг 51,6 млрд долларов. Инвесторы продавали российские ценные бумаги, скупали валюту и выводили деньги из «тихой гавани» за рубеж, в первую очередь для покупки американских казначейских обязательств.</p> <p>Удерживая рубль от еще большего обвала, Центробанк распродавал валюту. Международные резервы ЦБ стремительно таяли: за сентябрь - декабрь они сократились на 46,4 млрд долларов. Скупая рубли, регулятор снижал ликвидность на финансовом рынке. Происходила шоковая стерилизация денежной массы. <br /></p> <p>Кроме того, российские предприятия и банки, будучи не в состоянии рефинансировать свои обязательства за рубежом, предъявляли спрос на кредитные ресурсы на отечественном рынке.</p> <p>В отличие от 2008 года, когда госпомощь подоспела только через месяц после начала пожара, государство в августе 2011-го стало немедленно заливать рынок все усиливающимися потоками ликвидности - сперва депозитами Минфина, а затем и средствами ЦБ с помощью РЕПО. Поэтому кризиса ликвидности удалось избежать. Однако госликвидность досталась преимущественно госбанкам, и сработал тот же механизм, что и в декабре 2008 года - январе 2009-го: <nobr>из-за</nobr> дисфункции кредитного рынка потоки госликвидности устремились прямиком на валютный рынок и обрушили рубль - если 1 августа 2011 года курс находился на отметке 27,52 рубля за доллар, то к 5 октября достиг 32,68. Отсюда первый вывод: если угроза кризиса ликвидности вызвана оттоком капитала за рубеж, то вливать госликвидность надо не в рублях, а в валюте.</p> <p>Тем не менее дефицит ликвидности возник, но имел он локальный характер - если государственные банки «купались» в потоках избыточной ликвидности и не знали, куда ее пристроить, то средние и мелкие, напротив, испытывали ее острый дефицит. Именно эти банки открыли новый сезон охоты на вкладчиков - возобновилась гонка процентных ставок по вкладам, к которой вынуждены были присоединиться и госбанки, чтобы избежать оттока депозитов. Отсюда второй вывод: необходимо вливать госликвидность более равномерно, допуская к ее источникам не только крупнейшие банки.</p> <p>Наталия Орлова пишет следующее: «И именно их (госбанков. - Прим. ред.) аппетит к наращиванию доли кредитного рынка привел к дефициту ликвидности в банковской системе». Полагаю, что «жадность госбанков», направивших госликвидность на розничный рынок, стала одной из важных причин ужесточения дефицита ликвидности. <br /></p> <p>Олег Акимов находит утверждение Орловой ошибочным: «На самом деле, поскольку банки увлеклись кредитованием, ликвидность пропасть не может». Акимов смешивает понятия: Орлова пишет о ликвидности в банковской системе, а он - о ликвидности в экономике в целом. Теоретически банки могут вовсе не держать ликвидности, размещая все деньги в кредиты за вычетом обязательных резервов в ЦБ. <br /></p> <p>Утверждение Акимова о том, что, «сколько бы банки ни выдавали кредитов, объем ликвидности в номинальном исчислении останется тем же», неверно, даже если под ликвидностью понимать только наличные: Олег забывает об обязательных резервах в ЦБ.</p> <p>Наконец, мнение Акимова, что «дефицит ликвидности - это ... результат скоординированных действий органов денежного регулирования: Банка России и Минфина», противоречит действительности: именно действия ЦБ и Минфина предотвратили кризис ликвидности. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3614565&r1=rss&r2=news Предвыборная ситуация в России - кредитный бум на фоне масштабного оттока капитала, раздутые бюджетные расходы и рост протестных настроений. Рассмотрим несколько поствыборных сценариев. Колумнисты Mon, 20 Feb 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3614565&r1=rss&r2=news <p>В отличие от декабря прошлого года рынки сейчас значительно спокойнее воспринимают российские политические риски. Возможно, это связано с общим ростом спроса на рисковые активы - в последнюю неделю января EPFR (Emerging Portfolio Fund Research), отслеживающий потоки движения средств глобальных фондов, зафиксировал приток в акции развивающихся рынков в размере 2,6 млрд долларов, в том числе Россия получила рекордный с апреля прошлого года приток иностранных средств - 237 млн. Это следствие смягчения денежно-кредитной политики основных центробанков - рынкам дан сигнал, что деньги долго будут оставаться дешевыми, а долговые проблемы будут «заливать деньгами» - значит, можно попытаться заработать на более доходных активах. Немаловажным фактором привлекательности российского рынка служат ожидания высоких цен на нефть <nobr>из-за</nobr> рисков военного конфликта в Иране. Снижение напряжения на финансовых рынках в целом смягчает опасения шока, аналогичного глобальному кризису 2008-2009 годов. <br /></p> <p>Таким образом, настроения в отношении отечественной экономики и фондового рынка несколько улучшились, хотя внешние риски на самом деле никуда не исчезли. Они связаны с долговыми и бюджетными проблемами развитых стран, возможным повторением финансовых шоков, негативным влиянием на экономику Европы и США вынужденной борьбы правительств с бюджетными дефицитами (что означает урезание расходов, сокращение рабочих мест в госсекторе, повышение налоговой нагрузки, увеличение пенсионного возраста) и сокращения банковского кредитования, резким торможением экономики Китая. В среднесрочной перспективе влияние внешних факторов на российскую экономику и рынок по-прежнему будет преобладающим. Однако впервые за много лет появляются новые внутренние факторы неопределенности.</p> <p>Докризисная модель роста ВВП на 6-7% в год больше не работает даже при высоких ценах на нефть. После провала российского ВВП в 2009 году на 7,8% (один из худших результатов для G20) экономика в течение двух лет восстанавливается скромными темпами - 4,3% в год, и среднесрочные прогнозы не предполагают выход на более высокий рост.</p> <p>Структура ВВП показывает, что основным фактором роста в прошлом году стали инвестиции в прирост товарных запасов. Реальные доходы населения стагнируют (+0,8%), а в течение части года снижались, рост инвестиций существенно замедлился (+6,2% против двузначных темпов 2003-2007 годов), относительно приличные показатели розничной торговли (+7,2%) достигаются за счет сокращения нормы сбережений и увеличения заимствований (объем кредитов банков населению вырос в 2011-м на 35,9%).</p> <p>На наш взгляд, основные причины слабости роста - ухудшение экономических ожиданий на фоне затяжного кризиса в мировой экономике, перекосы в бюджетной политике, усиление налоговой нагрузки на компании (повышение единых страховых взносов с 2011 года), сохраняющиеся высокие риски для бизнеса, в последнее время - еще и неопределенность, связанная с парламентскими и президентскими выборами.</p> <p>Основные проявления предвыборного периода - рекордный с 2008 года отток капитала (84,2 млрд долларов), усилившийся после сентябрьского решения о «рокировке» президента и премьера, подавленная до рекордно низких значений инфляция, антикоррупционная кампания, увеличение социальных выплат. К условно популистским мерам можно отнести перенос сроков повышения тарифов с января на июль, обещания 30-процентной скидки на ГСМ для сельхозпроизводителей, уникальное предложение премьера и кандидата в президенты по выкупу акций ВТБ у участников «народного» IPO по цене размещения 2007 года (13,6 копейки) при текущей рыночной цене в районе 7 копеек.</p> <p>Приметой предвыборного сезона стал и кредитный бум в условиях дефицита ликвидности - рост корпоративных кредитов на 26%, розничных - на 36%. Это рекордные цифры с 2008 года. Одна из причин - закрытие внешних долговых рынков для российских корпоративных заемщиков во второй половине 2011-го, в результате которого спрос компаний на кредиты существенно вырос. Вторая причина - изменение потребительского поведения граждан (на фоне низких депозитных ставок в течение большей части 2011 года и недостатка надежных финансовых инструментов они стремились больше тратить, чем сберегать). Третья - банки всеми силами стимулировали рост кредитования населения, пытаясь заработать на наиболее доходных продуктах. Это и поддержало потребительский спрос при стагнации реальных доходов россиян.</p> <p>Просматривается несколько серьезных послевыборных экономических проблем в России: 1) риски рецессии / слабого роста мировой экономики не будут способствовать благоприятному внешнему фону в России в ближайшие годы; 2) в структуре расходов бюджета ближайших трех лет опережающими темпами растет доля расходов на силовые структуры в ущерб доле национальной экономики, образования и здравоохранения; 3) зависимость бюджета от нефтяных цен существенно возросла в последние годы - цена, при которой достигается бездефицитный бюджет, увеличилась с 65-70 до 117 долларов за баррель; 4) повышение эффективности госрасходов - наиболее правильный путь, но малореалистичный в рамках действующей модели; 5) выход на более высокие темпы экономического роста затруднен низкой конкурентоспособностью промышленности и возросшей монополизацией, неэффективностью системы управления, пробелами в законодательной базе и произволом в правоприменительной практике.</p> <p>Рейтинг Владимира Путина, по данным ВЦИОМ, существенно выше, чем у других кандидатов, и на последнюю дату превышает 50%, что означает высокую вероятность его победы в первом туре президентских выборов. Одновременно в последние месяцы заметно растут протестные настроения - впервые с 1991-1993 годов отмечается столь массовая активность оппозиционных митингов. Контрмитинг на Поклонной горе в поддержку Путина говорит о том, что власть не собирается сдавать позиции и действует по плану, причем также готова непосредственно апеллировать к улице, недовольству бюрократией, коррупцией, опасениям развала страны.</p> <p>Таким образом, хотя основным сценарием представляется победа Путина в первом туре, неопределенность реакции общества и дальнейших последствий сохраняется.</p> <p><strong>Сценарий 1.</strong> Победа Путина в первом туре в целом воспринимается как легитимная, протестная активность затухает. Краткосрочное влияние на фондовый рынок - положительное. <br /></p> <p>Последствия для экономики - по информации в СМИ, правительственные эксперты уже активно обсуждают варианты «налогового маневра», осознавая риски несбалансированности бюджетов ближайших лет. Рассматриваются варианты повышения налоговой нагрузки (увеличение ставки НДС, возврат к ставке страховых взносов в 34% с 2014 года после ее временного снижения до 30%, введение шкалы прогрессивного налога). Со временем вероятно и повышение пенсионного возраста, хотя сейчас Путин отвергает эту идею. При этом вероятно постепенное снижение доли государства в экономике и социальной сфере. Вариант сокращения бюджетных обязательств, устранения «военно-полицейского» перекоса не исключен, но вряд ли правительство на него легко согласится.</p> <p>Экономическая модель едва ли существенно изменится, сырьевая ориентация сохранится, уязвимость к внешним рискам будет расти. По мере разочарования в экономической политике может повышаться социальное недовольство. Неизбежно возрастет политическая конкуренция, и система управления усложнится. <br /></p> <p><strong>Сценарий 2</strong> - второй тур (наиболее вероятные соперники - Путин и Зюганов). Исход станет менее предсказуемым, что может вызвать <strong>снижение рынка между двумя турами</strong>. На наш взгляд, вероятность этого сценария сейчас очень мала. <br /></p> <p><strong>Сценарий 3 (поствыборный).</strong> Недоверие к результатам выборов, рост протестной активности. Активная часть общества не признает легитимной победу Путина в первом туре. Массовые акции протеста, гражданское неповиновение, забастовки, требования новых выборов. <strong>Краткосрочно дестабилизация политической ситуации может вызвать резкое падение рынка и усиление оттока капитала.</strong></p> <p>Власти придется выбирать между жесткими действиями и уступками. Вероятность повторных выборов с более широким набором кандидатов существенно возрастет. Дальнейшие последствия пока непредсказуемы.</p> <p><strong>Одним из вариантов уступок могут стать досрочные парламентские выборы</strong> с получением представительства частью внесистемной оппозиции и <strong>частичное смещение полномочий от президента к парламенту</strong> (некий компромиссный вариант между президентской и парламентской республикой). Это снизит концентрацию властных полномочий, может ограничить возможности «ручного управления» (что в кризисной ситуации не всегда хорошо), затруднить принятие непопулярных решений. От властных групп потребуются умение и желание находить компромиссы, что всегда непросто. Однако расширение групп, участвующих в управлении государством, способно привести к более публичному процессу управления и ускорению реформ, что в итоге может положительно отразиться на рынке и экономике.</p> <p><strong>Вывод:</strong> хотя опасения инвесторов в отношении мартовских президентских выборов ослабли, они, учитывая неопределенность развития событий, предпочтут дождаться прояснения ситуации. Фундаментально российский рынок акций остается одним из наиболее дешевых среди глобальных конкурентов (по P/E12=5,2 дисконт составляет около 45%), и снижение рисковой премии может сократить этот разрыв. <br /></p> http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3612002&r1=rss&r2=news Чиновники хотят поставить под свой личный контроль еще один (только зарождающийся) сегмент финансового рынка. Как обычно, в интересах простых людей. Колумнисты Fri, 17 Feb 2012 00:00:00 +0400 http://www.banki.ru/news/columnists/?id=3612002&r1=rss&r2=news <p>Процентная ставка по кредиту - это всего лишь цена денег. Вы покупаете деньги и платите за это продавцу. Деньги - такой же товар, как любой другой. Да, обладающий не совсем обычными для товара свойствами, но тем не менее принципиально не отличающийся от хлеба, машины, земли или золотой цепочки. Для экономистов такой подход очевиден, чего не скажешь о многих обывателях и правительствах. Для этих двух категорий людей деньги - нечто загадочное и сакральное, требующее особого отношения и регулирования.</p> <p>В очередной раз убедился в этом, читая новости про желание антимонопольщиков ввести понятие «ростовщический процент» и ограничить деятельность организаций, выдающих «слишком дорогие» кредиты и займы. Заменим слово «кредиты» на слово «товар» и получим, что чиновники хотят явным образом ограничивать цену товара, обращающегося на свободном рынке. То есть создать своего рода Госкомцен, который будет решать, по какой цене предприниматель должен продавать свой товар.</p> <p>В отличие от разного рода монополий - как естественных, так и не очень - относительно которых ограничение цен на товары или услуги можно хоть <nobr>как-то</nobr> понять, финансовые и микрофинансовые организации - субъекты совершенно нормального, конкурентного и бурно развивающегося рынка. Со своей спецификой, со своими не всегда приятными потребителями и еще менее приятными продавцами. Но этот рынок легальный, свободный и в основе своей (продажа денег) вполне этически приемлемый.</p> <p>Другое дело - конкретная реализация. Мне крайне неприятна микрофинансовая деятельность на данном этапе ее развития в России. Нынешние условия работы продавцов займов подразумевают полное отсутствие у них чести, совести и вообще какой-либо рефлексии. Впаривание денег под безумный процент малоподготовленным к подобным отношениям людям нельзя уважать. Дельцов микрофинансирования можно (а то и нужно) открыто презирать, исключать из числа друзей и не подавать им руки при встрече. Им это безразлично (если бы у них была хоть капля рефлексии, они бы самоубились), но вы хотя бы не запачкаетесь.</p> <p>И тем не менее эти отвратительные люди не делают ничего изначально незаконного. Они просто продают обычный востребованный товар по цене, которую готовы платить покупатели.</p> <p>Именно поэтому государству не стоит лезть в этот бизнес с помощью своих привычно-топорных методов - вводя те или иные ограничения на проценты, суммы займов или параметры заемщиков. Все эти вопросы должны регулироваться через механизмы общественной и предпринимательской обратной связи.</p> <p>С одной стороны, естественный рост информированности потребителей ограничит спрос на слишком дорогие деньги. С другой - конкуренция приведет к расширению предложения и снижению цены денег, то есть процента по займам. Конечно, этот процент будет намного выше, чем в респектабельных банках, требующих под свой кредит хорошего обеспечения и гарантий поручителей. Но и такой вид продажи денег («перехватить до получки») имеет свою нишу, а значит, имеет право на существование.</p> <p>Кстати, заботливое государство, одной рукой пытающееся оградить неразумных людишек от акул-кредиторов, другой не дает этим самым людишкам получить «лишний» доход от деятельности банков. Не совсем формальные, но весьма жесткие ограничения по ставкам депозитов отнимают у простых вкладчиков суммы, значительно превышающие весь объем рынка микрокредитования.</p> <p>И кому нужна такая трогательная забота?</p>