Банк ВТБ второй раз за месяц поднял ставки по валютным вкладам, пишет РБК (написано 24.10.18). Теперь максимальная доходность составила 3,5% по долларовым депозитам. Для сравнения доходность по рублевым вкладам в том же банке не превышает 7,3%.

Никто особенно не обратил внимания на эту новость, ну, повысил и повысил, тем более что ставки растут по всему рынку. Но здесь самое интересное не абсолютное значение ставок, а «спред» (разница) между ставками по рублевым и валютным депозитам. В данном примере она составила 3,8%. Эта величина по идее должна отражать риск девальвации рубля, чтобы уравнять долгосрочные доходности по рублю и доллару. То есть рублевые ставки традиционно выше и должны быть такими, чтобы сделать равно привлекательными для инвесторов отечественные и иностранные активы.

Основная проблема при владении активом в рублях (например, депозите) – это риск внезапного обрушения национальной валюты. Какой смысл хранить деньги в рублях – если рано или поздно придет очередной северный пушной зверек, курс рухнет, и рублевые сбережения обесценятся? Не проще ли хранить деньги в валюте, какое-то время потерпеть низкую доходность, зато потом (когда этот пушной зверек придет, а он придет) разом отыграть всю разницу и еще заработать прилично сверх того?

Только очень высокая рублевая ставка может побудить инвесторов пренебречь данным риском, сыграв на их жадности (и то, при малейших признаках паники они все равно массово устремятся на выход). Соответственно, мы должны понимать, что чем ниже спред ставок между долларом и рублем, тем в большей опасности находится «деревянный».

Если бы валютные ставки снижались вслед за рублевыми, это могло бы ослабить проблему. Но к сожалению для российских властей это невозможно. Во-первых, на западе могут периодически ужесточать кредитно-денежную политику (как делают это, например, сейчас); во-вторых, даже если западные ЦБ будут снижать ставки, все равно процент по валютному депозиту ниже нуля не опустишь. Был период, когда Сбербанк устанавливал околонулевые проценты по валютным депозитам, но еще ниже, увы, никак невозможно (иначе люди просто заберут деньги со вкладов).

Таким образом, мы видим, что валютные ставки остаются примерно на том же уровне или даже растут, а рублевую ставку правительство и ЦБ пытаются снижать, чтобы стимулировать экономику. Но чем больше они ее снижают, тем сильнее вырастает риск неконтролируемого обрушения рубля. Ведь что такое спред 3,8%? – это соответствует всего лишь 2,5 рублям изменения курса (текущий курс 65,6 руб/долл). Только в 2018 году рубль дважды девальвировался – в апреле и августе каждый раз примерно на 10%, а движения на 3,8% процента происходили буквально за один день. При таких раскладах становится очень эффективна тактика переводить рубли в доллары, дожидаться очередного всплеска волатильности и дальше либо фиксировать прибыль, либо ждать более серьезной девальвации.

Катализатором обрушения в принципе может быть что угодно. Но основной риск для российской экономики – это цены на нефть. Прогнозировать их никто не умеет, но известно, что периодически они «валятся», а раз так, то рубль тоже обречен. В 2014-2016 наглядно показал, что в кризисной ситуации никто курс рубля никто удерживать не будет (да и нет для этого ресурсов), а раз этот риск всегда имеется, то и рублевая ставка должна быть всегда очень высокой. Если пытаться ее искусственно опускать, то это приведет к более обширной девальвации и ставку все равно придется экстренно повышать (что нам продемонстрировал 2014 год).

Поэтому пока существует волатильность российского рубля (как следствие сырьевой зависимости российской экономики), ставки снизить невозможно.