Проект по созданию в стране цифрового рубля, громко анонсированный Банком России, пока вызывает больше вопросов, чем дает понимания реальной пользы от появления этого инструмента.

До конца прошлого года Банк России собирал мнения экспертов и участников рынка по вопросу появления в стране цифрового рубля. Первые ответы уже поступили регулятору. Главная претензия, которую высказывают игроки рынка, заключается в том, что Банк России так и не сформулировал цель появления новой формы национальной валюты. Но, хотя целесообразность выпуска цифрового рубля поставлена экспертами под сомнение, скорее всего, этот проект в том или ином виде будет реализован.

В этом вопросе регулятор, что называется, движется в русле общемировых тенденций: мировые центробанки, включая и Банк России, разглядели в криптовалютах реальную угрозу их монополии на эмиссию денег и задумались о необходимости создания конкурирующего механизма.

Удастся ли этого добиться в действительности? Начну с того, что криптовалютам присущи два основных свойства, которые и сделали их настолько популярными в глазах их пользователей, — анонимность и отсутствие единого центра эмиссии. Именно эти возможности «крипты» в итоге и привели к ответным шагам мировых регуляторов.

Что предлагает ЦБ? Взять на себя функции эмитента цифрового рубля, наряду с наличными и безналичными «классическими» рублями. При этом все три формы будут равнозначными, курс обмена между ними составит 1:1. По замыслу регулятора, цифровой рубль будет выполнять все три функции денег: средство платежа, мера стоимости и средство сбережения.

То есть один из основополагающих принципов «крипты» — децентрализация — уже не выполняется. Однако одновременно появляется и конкурентное преимущество цифрового рубля: он будет обязателен к приему для любых получателей как средство платежа, в то время как хождение в этом качестве криптовалют на территории страны официально запрещено.

Что касается анонимности использования цифрового рубля, то здесь все упирается в вопрос доверия. И я сейчас говорю не о сомнительных или криминальных операциях, для которых зачастую используются те же биткоины, а о приватности любых платежей. Проблема в том, что реестр цифрового рубля, который будет вести ЦБ, предполагается сделать закрытым для всех, кроме самого регулятора и некоторых заинтересованных (в том числе силовых) ведомств. То есть расчеты в таких рублях будут анонимными для всех, кроме этих структур. Справедливо? Безусловно. Но, учитывая, как легко самые закрытые базы данных сегодня оказываются в свободном (пусть и платном) доступе на черном рынке, в реальности обещанной анонимности можно усомниться.

Более того, поскольку вся система платежей посредством цифрового рубля будет замкнута на ЦБ, регулятор получит возможность спокойно отслеживать, контролировать любые операции. С одной стороны, на это звучит понятный ответ: «если вы работаете «вбелую», то вам волноваться не о чем». Но и сегодня даже самый «белый и пушистый» бизнес регулярно сталкивается с ситуациями, когда он вынужден объяснять банкам экономический смысл той или иной операции. А здесь за дело возьмется уже не просто банк, но Центральный банк.

Еще одна проблема, связанная с внедрением цифрового рубля, администрировать который будет ЦБ, — это будущее банков как платежных агентов. Ведь во всех трех моделях, которые регулятор представил на обсуждение, банкам максимум отводится роль посредников, которые открывают кошельки клиентам, предоставляют мобильные приложения для осуществления расчетов, проводят проверку физлиц и юрлиц, но сами цифровые рубли находятся в ЦБ. Это приведет к потере банками весомой статьи доходов и станет еще одной причиной ухода ряда финансовых учреждений с рынка. Возникает вопрос: если все цифровые операции будут проходить напрямую, через регулятора, если у каждого человека, у каждой компании будет свой счет в ЦБ, то зачем тогда нужны сами банки? Частично снял опасения по этому поводу зампред регулятора Алексей Заботкин. «Депозиты в цифровом рубле не будут предусмотрены, не будут являться частью механизма цифрового рубля, точно так же, как и кредиты в цифровом рубле тоже выдавать будет невозможно», — сказал он. То есть кредитно-депозитные операции по-прежнему останутся за банками, и сценарий потери ими основных функций не рассматривается всерьез, но ведь чисто технологически для этого уже не будет никаких препятствий.

Так, зампред правления «Сбера» Анатолий Попов заявил, что в течение трех лет после появления новой формы денег в нее может перейти 2—4 трлн безналичных рублей. Учитывая, что эти средства не смогут быть направлены на кредитование, фактически они будут изъяты из банковской системы, что приведет к росту дефицита ликвидности. Сегодня население и корпораты держат на счетах в банках порядка 65 трлн рублей, то есть в худшем случае отток может превысить 6%, что довольно ощутимо для банковской системы.

Никто не отменяет риски хакерских атак. Кроме того, при нахождении эмиссионного центра в руках Банка России (говорим «ЦБ» — подразумеваем «государство») не исключено принятие решения о девальвации.

Как мы видим, пока что идея с появлением цифрового рубля выглядит так, как будто ЦБ хочет найти простой ответ на вызовы, которые ставит перед ним новая сущность — криптовалюты. Механизм, предлагаемый регулятором, не несет в себе никаких новых функций для потребителей. С одной стороны, он как бы освобождает потребителей от платежного рабства и тут же загоняет их в другое — полный контроль за операциями, параллельно «отодвигая» банки в сторону от их классического рынка и доходов и создавая новые предпосылки для отзыва лицензий.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции