В последние годы количество российских банков, обладающих лицензией на операции с драгоценными металлами, остается примерно одинаковым — около полутора сотен. Однако же реально используют эти лицензии все меньше и меньше банков.
Даже «Альфа-банк», традиционно входивший в десятку кредитных организаций, которые проводили самый крупный объем операций с драгоценными металлами, ликвидировал свое управление по работе с драгметаллами (теперь «Альфа-групп» осуществляет инвестиционные проекты в золотодобыче через специальную компанию). Ушли с рынка драгоценных металлов «Авангард», «Зенит», «Ханты-Мансийский банк» и многие другие.
Среди банков, продолжающих осуществлять операции с драгоценными металлами, идет процесс централизации. Если еще три-четыре года назад разрыв в объеме операций между полутора десятками российских банков был не столь очевидным, то сегодня можно легко назвать первую четверку банков-основных игроков на этом поле, дальше за ними с большим отрывом идут еще полдюжины финансовых структур, за которыми зияющая пустота.
Эти банки-лидеры в отрасли хорошо известны. Во главе списка — «Сбербанк», который обладает, с одной стороны, огромными финансовыми ресурсами, а с другой — самой крупной в стране филиальной сетью, охватывающей даже самые отдаленные северные и восточные районы, на которые приходится основной объем добычи желтого металла. Кроме того, его специалистам удалось удачно прокредитовать «длинными деньгами» ряд дорогостоящих золоторудных проектов и получить хорошую отдачу.
На втором месте — «Внешторгбанк». У него были в последние годы как успехи, так и серьезные неудачи на рынке драгоценных металлов (в частности, по Магаданской области у ВТБ был очень серьезный невозврат кредитов со стороны ряда артелей). Неизвестно, как сложатся у ВТБ в ближайшем будущем отношения с артелью старателей «Амур». В этом крупном золотодобывающем предприятии совсем недавно сменился его многолетний руководитель Виктор Лопатюк. Личность в отрасли абсолютно легендарная — вплоть до того, что в начале девяностых Лопатюк пытался организовать добычу золота еще и в Колумбии, а потом, под натиском местной мафии и индейцев, сумел перебросить горную технику через горные перевалы за границу; но главное — наладил серьезное производство драгоценных металлов в Хабаровском крае. Многое в сотрудничестве «Амура» с ВТБ строилось на его личных контактах и его личном поручительстве. Теперь артель попала под контроль группы «Альянс», которая ранее добычей драгоценных металлов никогда не занималась. Сохранится ли сотрудничество этих структур — теперь большой вопрос. Но, очевидно, в силу своих огромных ресурсов, ВТБ может себе позволить и такие потери.
На третьем-четвертом местах стоят Номос-банк и Росбанк. Однако, говоря о роли Росбанка«в рассматриваемой нами сфере, затруднительно сказать, как в перспективе скажется его интеграция с французским «Сосьете Женераль» (имеющим, впрочем, значительный опыт операций с драгоценными металлами в разных регионах мира, в частности, в Африке).
С другой стороны, на их место на рынке может повлиять стремление крупных предприятий отрасли самостоятельно экспортировать свою продукцию. Ранее, как известно, федеральный закон о драгоценных металлах разрешал экспорт только через банки. И эта форма сотрудничества с артелями приносила банкам неплохой доход, особенно, когда после дефолта правительство додумалось обложить экспорт драгоценных металлов высокой вывозной пошлиной. Естественно, банки тут же перешли на «серые» схемы экспорта, когда металл вывозился якобы в страны, входящие в единое экономическое пространство — Беларусь, Казахстан, Киргизию без уплаты каких-либо пошлин. При этом им удалось снимать солидную маржу (попытки налогового ведомства остановить эти схемы через суд были банкирами блестяще отбиты).
Сейчас данные ограничения (не говоря уже о запретительных пошлинах) сняты. Разумеется, далеко не всякая артель имеет возможность организовать экспорт металла собственными силами, слишком велики оказываются накладные расходы. Собственно, банки по этой причине и проводят во всем мире операции с золотом, а не с нефтью или углем, что обладают для этого необходимой инфраструктурой — специально оборудованными сертифицированными хранилищами, навыками перевозки малогабаритных ценных грузов, спецсвязь и т. д.
Но лидеры отрасли, крупнейшие золотодобывающие компании, уже начинают вывоз металла своими силами, без посредников. Это, например, «Полиметалл», начавший самостоятельно экспортировать серебро. Государство и по отношению к этим компаниям делает многое, дабы жизнь им медом не казалась. Например, «Полиметаллу» на самом высоком уровне уже больше года обещают, что в Магадане организуют таможенный пост, через который оформлялся бы вывоз этой компании серебра (а вывозить его «Полиметалл» предполагает в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, и уже делал пробные поставки), но президентского указа об этом нет как нет («Полиметалл» вынужден везти металл из Магаданской области для таможенного оформления в Москву, а потом обратно на Дальний Восток). Тем не менее, очевидно, что преодоление подобных проблем — вопрос времени. Скорее всего, и ОАО «Полюс золото», крупнейший производитель золота в стране, основной объем металла скоро будет вывозить своими силами, без посредников в виде банков,. Это будет для него тем легче, что президент «Полюс-золота» Евгений Иванов в качестве важной ступени карьерного роста прошел управление по работе с драгоценными металлами «Росбанка», и очень хорошо изнутри знаком с вопросом. К ним присоединятся и другие.
За четвертое-пятое места уже борются Газпромбанк и «Уралсиб». Дальше идут МДМ и Промсвязьбанк. А дальше, как было сказано раньше, начинается пустота… Особенно сильно «выкосило» на этом поле региональные банки. Кто сейчас вспомнит, что на рынке золота достаточно успешно выступали Нерюнгри-банк, БратскГЭСстройбанк или Колыма-банк? Уже названный Ханты-Мансийский банк закрыл недавно операции с драгоценными металлами после того, как получил серьезный невозврат кредита в Челябинской области. По оценкам самих банкиров, в нашей стране сейчас рентабельными становится работа на рынке золота только при условии, что его объем составляет не менее 10 тонн в год. Между тем, все больше золотодобывающих предприятий уходят к «крупняку», не давая средним банкам нарастить объемы закупки металла.
Отдельно можно сказать об активности на российском рынке драгоценных металлов зарубежных банков и их дочерних банков в РФ. Абсолютно провальной оказалась идея кредитовать артели через Европейский банк реконструкции и развития. Артель на Чукотке, взяв один кредит ЕБРР, через некоторое время понимала, что собирать огромное количество документов для отчетности и оформления новых займов ей куда сложнее, чем договориться с российскими финансистами. Из тех российских компаний, которые успешно и длительно работали с ЕБРР, можно назвать лишь «Бурятзолото», принадлежащее канадцам.
Крупные банки проявляют понятную осторожность, когда речь идет даже о кредитовании совместных предприятий с западными золотодобывающими фирмами на российской территории (ибо целый ряд западных корпораций, начиная от «Кельтик Ресорсиз» до «Пан Американ сильвер», вынуждены были не по своему желанию нашу страну преждевременно покинуть). Однако же наиболее крупные российские холдинги уже начали в последние годы брать кредиты в иностранных банках. Скажем, МНПО «Полиметалл» еще в 2004 году взял кредит у синдиката международных банковских учреждений. Организатором и агентом по привлечению краткосрочного обеспеченного предэкспортного финансирования выступил Standard Bank London. Однако же в целом иностранные банки на рынке драгметаллов российским еще не конкуренты.
Сохранится ли тенденция, ведущая к уменьшению количества игроков в сфере кредитования золотодобывающих предприятий и проведения других операций с драгметаллами? Ответить можно в том случае, если понять, откуда она появилась. Одним из важнейших факторов, влияющих на это, оказалась стабилизация банковских тавок в этом секторе. Конечно же, ставки, по которым банкиры осуществляли сезонное кредитование артелей, были и остаются достаточно гибкими (даже в тех исключительных случаях, когда банки их заранее обнародовали, например, на своих сайтах). Проверенному клиенту обычно давали за его металл цену повыше, обычным — пониже. Но в целом стоимость банковских услуг стабилизировалась (особенно при кредитовании рудной, а не сезонной россыпной добычи).
И вот здесь появился субъективный фактор, фактор доверия. За десять лет, прошедших с момента начала работы банков в золотодобыче (после выхода закона о драгметаллах) очень многие банки, даже очень крупные, ушли из золотодобывающего сектора (а некоторые попросту были ликвидированы), куда поначалу активно ринулись Инкомбанк, «Менатеп-Санкт-Петербург», банк ИБК и множество других. Пока у банкиров существовала возможность за счет «серых» экспортных схем получать значительную прибыль, недропользователям было, из кого выбирать. Сейчас менять «шило на мыло» артелям уже нет особого смысла — условия везде примерно одинаковы. Это не значит, что данное правило не знает исключений. Скажем, не так давно крупная якутская артель старателей «Западная» ушла из «Внешторгбанка» на обслуживание в «Номос-банк», и этот список можно продолжить. Но в большинстве случаев, как при естественном отборе, побеждает сильнейший. Но не просто сильнейший, а именно тот, которому золотопромышленники доверяют, с которым они работают уже многие годы. Таких осталось очень мало. Нельзя исключать, что в итоге на российском рынке драгоценных металлов останутся лишь три-четыре структуры, а остальные кредитные организации с него просто исчезнут. К тому, по крайней мере, все идет.
Алексей ВАСИЛИВЕЦКИЙ, агентство новостей «Карат» специально для banki.ru