​«Потенциал роста ВВП России ограничен 1,5—2%  в год»

​«Потенциал роста ВВП России ограничен 1,5—2% в год»

Грегорио Де Феличе
главный экономист банка Intesa Sanpaolo (Италия)
6938 2

Будет ли новый мировой финансовый кризис, как китайцы спасут Россию и остальной мир, есть ли рецепт против популизма.

Грозит ли России и миру новый кризис

— Одна из самых острых тем этой осени — вероятность глобального финансового кризиса из-за потрясений, которые были в октябре на американской бирже. На ваш взгляд, какова вероятность такого кризиса в ближайшее время?

— Мы находимся на длинной позитивной фазе экономического цикла, следующий год будет десятым годом роста американской экономики. Прогнозы на 2019 год для американской, а следовательно, и для мировой экономики позитивные. Глобальный рост продолжится, прибавив еще 0,5 процентного пункта к тем трем процентам, что мы должны увидеть по итогам этого года. Состояние экономики по-прежнему будет фактором поддержки для финансовых рынков.

Кроме того, если мы посмотрим на европейские биржи, то увидим: котировки ценных бумаг соотносятся с фундаментальными показателями компаний, что оставляет пространство для позитивного тренда.

Так что я не вижу риска кризиса финансовых рынков в ближайшем будущем.

— В таком случае, в чем вы видите главную угрозу для российской экономики?

— Традиционно это ваша зависимость от цен на сырьевые товары. Сейчас цена на нефть довольна хорошая, в районе 70 долларов за баррель, и это позитивный для вас фактор. Но вам надо продолжать усилия, направленные на диверсификацию экономики.

— О, мы постоянно об этом говорим.

— Я знаю. Но важно что-то и делать. Главный вызов, который крайне остро стоит сегодня перед Россией и всеми станами Евразийского экономического союза (организация, в которую входят Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан и Киргизия. — Прим. Банки.ру), — это развитие инфраструктуры. Вам надо интегрировать российское производство в глобальную торговлю куда в большей степени, чем сегодня: это даст мощный стимул для экономического роста. Пока же для России потенциал роста ВВП в долгосрочной перспективе ограничен 1,5—2 процентами в год, в том числе из-за отсутствия инфраструктуры, отвечающей современным требованиям.

Так что инвестиции в крупные инфраструктурные проекты — это для вас и сложный вызов, и важная возможность одновременно.

Частично это можно сделать на государственные деньги, но необходимо также и партнерство с частным капиталом. России важно привлекать больше иностранных прямых инвестиций. Но, чтобы такое партнерство состоялось, необходимы правила, которые будут благоприятствовать иностранным инвесторам на российском рынке.

Желающие работать на российском рынке есть. В частности, главные строительные компании Италии — глобальные игроки в своем сегменте, работающие более чем в 90 странах, — очень заинтересованы в реализации крупных контрактов. Особенно те, что связаны с китайской инициативой One Belt One Road*. Главное, повторю, прозрачные правила и перспективы.

Для России очень важно принять участие в проекте One Belt One Road по созданию глобальной инфраструктурной сети, чтобы быть более задействованной в глобальной торговле. И с этой точки зрения очень интересен договор об экономическом и торговом сотрудничестве между ЕАЭС и Китаем, подписанный в Астане в мае этого года. Это часть более крупного проекта по созданию «Великого Евразийского партнерства» — коммерческого блока, в который, помимо ЕАЭС, войдут также Ассоциация государств Юго-Восточной Азии и Шанхайская организация сотрудничества. Этот проект может усилить взаимодействие между странами и снизить негативное влияние торговой войны между США и Китаем.

Когда отменят санкции

— Вы говорите, что России важно быть больше вовлеченной в международную торговлю. Но есть проблема — санкции. В декабре Европе будет в очередной раз голосовать за их автоматическое продление. Когда, на ваш взгляд, закончатся санкции?

— Сложный вопрос. Я думаю, что Европа должна действовать сообща в решении этой проблемы. Эти санкции и российские контрсанкции — огромный тормоз для итальянских компаний. Италия хочет инвестировать в Россию. Но Италия также является частью Европейского союза и некоторые вопросы не может решать в одиночку.

Существует мнение, что санкции не будут сняты долго еще и потому, что за прошедшие четыре с половиной года их обход превратился в успешный бизнес. К тому же, если вспомнить, поправка Джексона — Вэника, запрещавшая экспорт технологий и высокотехнологичной продукции в СССР, была введена Штатами в 1974 году, а отменена только в 2012-м, когда СССР уже давно не существовало.

— Нет, сейчас это невозможно. Экономический рост базируется на международной торговле. Все, что происходит в мире в последние годы, — санкции и контрсанкции, Brexit, а теперь еще и торговые войны США и Китая — никоим образом не способствует глобальному экономическому росту.

Цепочка добавленной стоимости очень многих товаров становится сегодня весьма длинной. Сегодня именно глобализация — драйвер роста и для отдельной страны, и для всего мира. И все политические решения, направленные на то, чтобы укоротить цепочку добавленной стоимости, сделать ее более локальной (в особенности, думаю, действия администрации США в торговой войне), неизменно приводят к росту цен, что, в свою очередь, будет разгонять инфляцию и замедлять экономический рост.

Лекарство против популизма

— Многие страны сегодня сталкиваются со структурными проблемами: мы видим кризис пенсионной системы по всему миру, уменьшение среднего класса и растущее имущественное неравенство, риск безработицы из-за развития искусственного интеллекта. Какие из этих проблем самые сложные?

— Думаю, один из главных эпохальных вызовов — миграция: из Африки и в целом из бедных стран в более богатые. Другой критический вызов — инновации. Новые технологии, роботехника, искусственный интеллект несут с собой большой риск роста безработицы.

Но я сомневаюсь, что на эти глобальные вопросы можно дать локальный, национальный ответ. На данной стадии — огромных вызовов и огромных перемен в нашем укладе жизни — куда эффективнее приложить совместные усилия. Более того, борьба с этими проблемами на страновом уровне может быть даже опасной, так как конкретное государство будет думать о своих интересах и не думать об интересах других стран. Но в итоге это ударит по всем.

— Совместные усилия сейчас не в моде. Посмотрите, по всему миру мы видим всплеск популизма: США, Италия, Великобритания со своим Brexit… Население, наоборот, голосует за приоритет национальных интересов над международными.

— Это закономерный результат. Тот рост экономики, который мы наблюдаем по всему миру последнее десятилетие, очень избирательный. Плодами этого роста воспользовалась очень малочисленная группа людей. Целые классы, целые социальные группы и слои населения оказались исключены из этого экономического роста. И это стало большим ограничением в дальнейшем развитии разных стран. Такая ситуация спровоцировала специфический тип конфликта — суверенизм (политическая доктрина, провозглашающая приоритет национальных интересов над международными обязательствами, которые якобы ущемляют интересы данного государства.Прим. Банки.ру).

Если мне говорят, что экономика моей страны растет, но моя жизнь от этого лучше не становится, я голосую в знак протеста. Суверенизм рассчитывает на этот протест.

Что надо делать в этой ситуации? Дать возможность людям, которые обеспечивают рост экономики, воспользоваться плодами этого роста. А не просто их эксплуатировать.

Я думаю, что проблему популизма, как и другие глобальные проблемы, о которых мы говорили раньше, можно решить только путем большего экономического роста. А чтобы получить более высокие темпы роста экономики, необходимо увеличивать объемы торговли и улучшить стандарты жизни людей.

— Но как можно ускорить экономический рост?

— Например, это можно сделать, развивая инфраструктурные проекты.

— Главный мировой инфраструктурный проект сегодня — вышеупомянутый китайский One Belt One Road. Он поможет увеличить рост мировой экономики?

— Когда один из главных игроков мировой сцены инвестирует свои деньги, чтобы построить инфраструктуру по всему миру, инициирует проект, в который будут вовлечены не только китайцы, но и американцы, европейцы, россияне и другие, это может стать мощным толчком для всей мировой экономики.

Беседовала Милена БАХВАЛОВА, Banki.ru

* Инициатива правительства КНР One Belt One Road («Один пояс, Один путь»), которую в российских СМИ чаще называют «Новый шелковый путь», — беспрецедентный инфраструктурный мегапроект, который втянет в свою орбиту, по некоторым оценкам, до 4,4 млрд человек, окружит планету сетью железных и автодорог, авиалиниями и морскими путями, трубопроводами и линиями электропередачи, соединив Австралию, Индонезию, Среднюю и Восточную Азию, Европу, Африку и Латинскую Америку.