Центробанк и Минфин завершают проработку нового механизма санации банков в России за счет средств их кредиторов. Законодательные поправки, позволяющие использовать так называемый механизм bail-in, будут доработаны за один-два месяца, рассказал «Газете.Ru» замглавы Минфина Алексей Моисеев.

Смысл системы в том, что крупные вкладчики проблемного банка станут в ходе санации его акционерами. По словам замминистра, механизм в целом проработан, но в нем не хватает критериев: какие именно кредиторы в ходе такой санации получат акции вместо денег.

«Эти предложения мы прорабатываем вместе (с ЦБ)», — сообщил Моисеев, добавив, что новый механизм увеличит набор опций и инструментов для ЦБ и Агентства по страхованию вкладов в случае возникновения проблем у того или иного банка. В ответ на вопрос о том, какие именно вкладчики в случае проблем у банка останутся с его акциями на руках, замглавы Минфина пояснил, что речь идет о крупных кредиторах, но ими необязательно станут только юридические лица. Он не исключил, что нововведение может коснуться и крупных вкладчиков — физических лиц.

Критерии определения таких вкладчиков — «это самая тяжелая вещь», которую разработчики новой системы все еще обсуждают, заметил Моисеев. Конкретных сроков для проработки этого вопроса нет, добавил он, но, по его расчетам, обсуждения между Минфином и ЦБ завершатся через месяц-два, после чего начнется обычная процедура согласования законопроекта.

О том, что ЦБ прорабатывает возможности введения bail-in, заявила в среду в интервью «Интерфаксу» председатель Банка России Эльвира Набиуллина. Она добавила, что видит в такой системе преимущества. «В ряде случаев она за счет участия кредиторов позволит не отзывать лицензию, а сохранить банк с перспективой роста платежеспособности», — сказала глава ЦБ. Но параметры и сроки введения механизма требуют обсуждения, добавила она.

На сегодняшний день в российской законодательной базе нет четкого определения таких механизмов, как bail-in (спасение банков за счет вкладчиков) или bail-out (спасение банков за счет средств государства), отмечает Василий Ицков, руководитель практики разрешения споров компании «Горизонт Капитал». По его словам, сам принцип bail-in еще достаточно новый в мировой практике. «Если не считать применения схем, подходящих под весьма общее понятие bail-in, в 2013 году в результате банковского кризиса на Кипре, прецедентов использования таких крайних мер практически нет», — говорит он.

Финансовый кризис на Кипре, разразившийся в марте 2013 года, привел банковскую систему этой страны к преддефолтному состоянию. Офшорная республика, известная на тот момент как «тихая гавань» для российских капиталов, не смогла договориться о более мягких условиях помощи Евросоюза. В обмен на кредит Брюссель потребовал изъятия части денег со всех банковских депозитов на Кипре, превышающих 100 тыс. евро.

Тем не менее ситуация на Кипре стала скорее исключением, говорит Ицков, а нормой в мировой практике пока остается докапитализация банковского сектора государственными деньгами — bail-out. Таким образом, напоминает юрист, действовали США, спасая банки в период кризиса 2008—2009 годов, так же поступали ЕС и Россия.

В российском законодательстве нет инструментов, которые позволили бы применять bail-in, вторит Екатерина Ильина, старший юрист адвокатского бюро «А2». Например, отсутствует понятие бридж-банка (банка, которому проблемный банк на период санации передает активы) и нет законодательной процедуры конвертации долгов в ценные бумаги.