Угольная отрасль России, пища для размышлений.

По данным Росстата, добыча угля в России в июле 2024 года упала на 6,7% в годовом выражении, достигнув самого низкого уровня с начала пандемии в 2020 году — 31,5 млн тонн. Это значительное снижение, особенно на фоне пиковых значений декабря 2022 года, когда угольные компании добывали на 12 млн тонн больше, что составляет сокращение на 27%. Основной удар пришелся на каменный уголь, который составляет около 80% всего производства. Его добыча снизилась на 8,2%, в то время как антрацит, наиболее ценный сорт угля, сократился почти на четверть — на 23,7%.

Влияние внешних факторов на экспорт угля

Ситуация усугубляется снижением спроса на российский уголь со стороны ключевых международных покупателей. Так, поставки угля в Китай в первой половине 2024 года сократились на 8%, что связано с введением китайских пошлин на российский уголь. При этом такие страны, как Индонезия и Австралия, которые входят в зону свободной торговли с КНР, не попали под действие данных пошлин, что сделало их продукцию более конкурентоспособной. Помимо этого, экспорт угля в Индию снизился на 55%, а в Турцию — на 47% согласно данным Центра исследований энергетики и чистого воздуха (CREA).

Совокупный экспорт угля из России за период с января по июль 2024 года уменьшился на 11,4%, составив 112,6 млн тонн. Поскольку половина добычи угля отправлялась на экспорт, это привело к значительным потерям для угольной отрасли.

Ценовое давление и убыточность отрасли

В дополнение к санкциям и пошлинам, мировые цены на уголь в первой половине 2024 года снизились на 34%, составив $132 за тонну на условиях FOB Ньюкасл (Австралия) — крупнейшем угольном хабе Азиатско-Тихоокеанского региона. Это негативно отразилось на финансовых показателях угольных компаний. Более половины из них стали убыточными, а совокупный убыток угольной промышленности за первые семь месяцев 2024 года составил 7,1 млрд рублей. Убытки компаний выросли в 3,4 раза, в то время как прибыль прибыльных организаций сократилась на 72%.

Высокие транспортные расходы также оказали давление на отрасль. Если перевозка нефти одним танкером стоит $5 млн при стоимости груза в $50 млн, то транспортировка угля обходится значительно дороже: танкер с углем несет груз всего на $15–20 млн, а транспортные расходы съедают до трети выручки.

Долгосрочные перспективы и энергетическая стратегия

Российское правительство продолжает включать рост добычи угля в свои стратегические планы. Согласно энергостратегии, добыча угля должна вырасти с 438 млн тонн в 2024 году до 482 млн тонн в 2030 году и 556 млн тонн к 2050 году. Однако независимые эксперты, указывают на то, что спрос на этот уголь будет сокращаться. Китай продолжает развивать собственную добычу, а страны Азии все больше ориентируются на «зеленую» энергетику. Мировые металлурги также переходят на низкоуглеродные технологии, что снижает спрос на энергетический уголь.

В условиях снижения спроса и высокой себестоимости добычи закрытие ряда угледобывающих предприятий, удаленных от экспортных рынков, выглядит неизбежным.

Снижение добычи и продаж угля, а также ухудшение финансовых показателей отрасли оказывают давление на акции и облигации угольных компаний. Акции таких компаний, как ПАО «Распадская» $RASP и Мечел $MTLR , демонстрируют волатильность на фоне нестабильности мирового спроса и падения цен на уголь.

В итоге имем уменьшение объемов добычи каменного угля, снижение экспорта в Китай, Индию и Турцию, а также спад в производстве антрацита.